Ньюлин снова улыбнулся. Это была добрая улыбка. Маленький человечек и не думал злорадствовать или насмехаться над ней. Потом он поднял высохшую руку и повел ею по сторонам.
— Послушай меня, девочка. Оглянись вокруг.
Нахмурив брови, Ронуэн огляделась. Мимо прошмыгнул кролик. С ветки вспорхнули три крапивника и скрылись за деревьями. Где-то рядом раздался крик лисы, ей ответила другая, тоже находившаяся неподалеку.
Потом на поляну выскочила небольшая олениха. Она явно была чем-то напугана. Вместе с маленьким олененком она в тот же миг исчезла.
Все это было странно. Даже пребывая в смятении, Ронуэн поняла, что в лесу что-то не так. Животные вели себя слишком смело. В воздухе сгустилось напряжение. Даже деревья, казалось, беспокойно шевелили ветвями, хотя ветра не было.
Беглянка подняла глаза к небу, но облака были не такими, которые обычно появляются перед бурей. Она снова задрожала. Животные вели себя странно, а деревья… Священники часто говорили о втором пришествии, о конце света, когда грешники низвергаются в ад, а праведники возносятся на небо.
— Это конец света?
Бард не улыбнулся, и у Ронуэн тоскливо заныло сердце.
— Некоторые скажут, что да. Конец света, который они знают. Но речь идет не о том, чего ты боишься.
— Но ведь… это все равно конец света.
Ныолин обратил свое перекошенное лицо к небесам и снова закачался.
— Когда камни станут расти, а деревья нет, когда полдень станет темным, как спина жука, когда зимняя жара победит стужу, только тогда падет Уэльс, — нараспев проговорил он.
— Значит, настал этот день? — возбужденно начала Ронуэн. — Уэльс падет перед англичанами?
Бард не ответил, и она схватила его за плечо.
— Джаспер победит Риса, не так ли? Сегодня! Он убьет его! Ты это видишь?
— Я не обладаю даром предсказывать будущее, Ронуэн.
— Еще как обладаешь! Ты уже предсказал мне будущее. Так договори до конца!
— Я только читаю знаки. Деревья, птицы. Олениха и ее малыш. Но люди…
Он пожал одним здоровым плечом и посмотрел на нее — в глазах его она прочла сострадание. Ронуэн отпустила его плечо и попятилась.
— Люди свободны решать, выбрать ли им один путь и следовать им до конца или изменить его и пойти по другому пути. Я не могу предвидеть, что решит Джаспер Фицхью или Рис ап Овейн. Да и как поступит Ронуэн ап Томас — тоже.
Молодая ива покачала своими гибкими ветвями. Над ними волновался и вздыхал разросшийся куст боярышника. Ронуэн охватило отчаяние. Отчаяние и безысходность.
— Что мне делать? — прошептала она, хотя уже знала ответ на этот вопрос. — Где Рис? Ты же знаешь это! Скажи мне!
— Он идет за тобой.
Беглянка тяжело вздохнула.
— Он считает, что во время темной луны я оставлю боковые ворота открытыми для него.
— Но ты не сможешь этого сделать.
Маленький бард не проронил больше ни слова, но Ронуэн знала, что он понял двигавшие ею мотивы. Возможно, он и не может предсказать поведение других людей, но, безусловно, обладает удивительной способностью знать, что они уже сделали и почему.
— Я не могу помогать ему таким образом.
— Поэтому он обнаружит боковые ворота закрытыми, — Ньюлин снова пожал здоровым плечом, — и откажется от своего плана.
— Но что, если навстречу ему выйдет Джаспер?
Ронуэн вскочила и в возбуждении начала ходить взад-вперед перед бардом, бросая опасливые взгляды на застывший в ожидании лес, где затаились его страшные обитатели.
— Ты сам сказал, что грядет конец света.
— Того, что ты знаешь. Но совершенно необязательно тот, которого ты боишься.
Девушка прижала пальцы к вискам. У нее даже голова закружилась от усилия найти какой-то смысл в его речах. Об усталости она уже давно забыла. Если она останется здесь, то наверняка лишится рассудка.
— Где он? Где Рис? Хотя бы это ты мне можешь сказать?
— Идет в Роузклифф вдоль берега.
— Тогда я должна перехватить его, — сказала Ронуэн самой себе. — Я должна остановить его раньше, чем он сам себя обречет на гибель.
Она бросилась бежать, даже не попрощавшись с Ньюлином. Ее миссия была слишком важна, чтобы терять время. Ей необходимо остановить Риса. Это единственный способ его спасти.
Но что, если он откажется вернуться? Что, если он сочтет ее предательницей валлийского народа и пособницей англичан, которые жаждут поставить ее соотечественников на колени?
Она замедлила шаг, чтобы перевести дух. Если она не сумеет убедить упрямого мятежника сама, ей придется прибегнуть к словам Ньюлина. Она не слишком хорошо поняла его речи относительно ужасных перспектив сегодняшнего дня, но все равно расскажет об этом Рису. Если на него слова барда не произведут должного впечатления, то его люди наверняка испугаются. А в одиночестве он не сможет напасть на английскую крепость.
Но как быть с его английским союзником? С Саймоном Ламонтом?
На этот вопрос у Ронуэн ответа не было. Не было и решения. Как бы то ни было, прежде всего ей необходимо найти Риса. А уж потом… потом она сделает все, что в ее силах, чтобы увести Риса подальше от Роузклиффа. Как-нибудь она его остановит. Как-нибудь.
Прошло полдня. Ронуэн в изнеможении прислонилась к стволу липы, желая перевести дыхание и обрести спокойствие. Только не паниковать!
Но было трудно сохранять спокойствие, потому что солнце уже клонилось к закату, а Риса она так и не нашла. Неужели она не там искала?
Она затаила дыхание и прислушалась. Поднялся ветер, хотя небо оставалось ясным, лишь слегка подернутым дымкой. Не было никаких видимых признаков надвигавшейся бури. И все же что-то было не так. Ронуэн это точно знала, как чувствовали и другие обитатели леса.
Возможно, некую неправильность почувствовал сам Рис, поэтому и отказался от своего безумного плана. Она надеялась на это, но в глубине души не верила. Беглянка снова прислушалась, и до нее донесся отдаленный рокот прибоя. Она ничего не перепутала! Если Рис направился вдоль берега, она его скоро встретит.
Девушка прижала ладонь к животу. Нет, она не была голодна. Той тянущей боли уже давно не было. Но она очень устала. В боку сильно кололо от бега и быстрой ходьбы, руки и ноги были ободраны. Но ей нельзя останавливаться. Ни в коем случае. Она сделала глубокий вдох и снова устремилась вперед.
И услышала, как хрустнула ветка.
Беглянка остановилась. Неужели это Рис и его люди?
Что-то ударило ее в плечо, и она обернулась. Это был небольшой камушек. Кто его бросил? Глаза Ронуэн заметались по сторонам. Это, должно быть, Рис. Он нередко привлекал ее внимание именно таким способом.
