Но наконец началась церемония, и когда Кит и Вайолет обменивались клятвами, в церкви стояла почтительная тишина. Они поцеловались. Глядя на этих влюбленных, даже Эмброуз прослезился. Эмброуза растрогало и потрясло то, что его старые друзья полюбили друг друга. И он расстраивался при мысли о том, что относился к ним с пренебрежением, тогда как они могли бы все эти годы поддерживать друг с другом связь. Ему было стыдно за свое стремление доказать им, что он поднялся выше их.
Он бы все равно ничего не доказал.
Потому что это не так.
У Кита и Вайолет все будет хорошо — они будут радоваться жизни и не бояться сюрпризов, которые уготовила для них жизнь. Эмброуз считал за честь быть их другом. Тем более что его сыновья уже провозгласили Фентона своим кумиром.
До этого момента Эмброуз ни за что бы не признался, что водил знакомство с мальчишкой из работного дома. Теперь он гордился этим знакомством.
Слуг в доме Чарнвудов предупредили о том, что следует ожидать прибытия свадебного кортежа. К несчастью, и гости тоже оказались предупреждены. Кит надеялся сохранить это событие в тайне от большинства присутствующих хотя бы до утра, но мельница слухов работала безупречно. На площадке перед парадным входом в дом собрались леди и джентльмены, чтобы поздравить новобрачных и хоть мельком на них взглянуть.
Их можно понять — не каждый день благовоспитанная юная леди сбегает венчаться с учителем фехтования. И, шепотом говорили друг другу гости, разве она не была помолвлена с другим джентльменом? И кстати, что же на самом деле случилось с ее прежним женихом, сэром Годфри Мейтлендом? Куда он делся? Кристофер Фентон хоть и красавец, но имеет репутацию человека порядочного. Он не дерется на дуэли с каждым, кто вздумает его задеть. Не может быть, чтобы он вызвал сэра Годфри на дуэль и об этом тут же не написали в газетах.
— Надо дождаться понедельника, чтобы почитать, о чем пишут в новостях, — заметила одна из дам, обращаясь к своей компаньонке. — Возможно, дуэль произойдет, когда мы вернемся в Лондон.
— Лучше посмотрите туда, — ответила дама своей знакомой. — Он несет ее в дом. Какая красивая пара!
Глава 28
Кит не обращал внимания на зевак. Он лишь улыбался, и принимал их поздравления, и продолжал подниматься по ступеням парадной лестницы со счастливой Вайолет на руках. Он даже не шел, он летел, и пышные юбки невесты развевались у них за спинами.
— Ты всем нравишься, — прошептала Вайолет. — Пожалуй, я начинаю тебя ревновать.
Кит окинул взглядом собравшихся людей, и пульс его участился от ярости, когда он заметил Пирса, пробиравшегося к лестнице сквозь толпу.
— Не всем я нравлюсь, дорогая.
— О чем ты?
Приблизившись, Пирс остановился перед Китом и посмотрел на Вайолет:
— Не стоит отсылать ее прочь ради меня. Считайте, что это мой свадебный подарок вам обоим.
— Найди Уинфилда или любого из моих учеников и оставайся с ними, — сказал Кит Вайолет и шагнул навстречу Пирсу. — А с вами мы встретимся на рассвете, — обратился он к Пирсу, машинально потянувшись за шпагой. Но шпаги при нем не было, он не носил ее с собой с того времени, как передал на хранение герцогу.
Пирс обнажил свою шпагу.
— Не на рассвете, маэстро. А сейчас.
Кит вздохнул, скинул сюртук и снял жилет. Оглянувшись, он увидел Уинфилда. Тот стоял на лестнице и ждал указаний. Шпага Кита была у него в руках.
Кит кивнул.
Гости, заполнившие холл, чтобы встретить молодоженов, молча расступились, пропуская Уинфилда. Возбужденные голоса стихали.
— Не тревожьтесь, леди и джентльмены, — сказал Уинфилд. Поступь его была неторопливой, голос звучал спокойно. — Ваш хозяин обещал вам незабываемые впечатления, и вы их получите. — Очень тихо он шепнул Киту: — Как думаете, мне удастся их убедить, что это часть программы?
— Вы можете попытаться, — сказал Кит, принимая от герцога шпагу.
Он оглянулся и посмотрел на Вайолет. Взгляды их встретились. В глазах ее он увидел понимание. Он был рад, что предупредил ее заранее, — он бы не хотел, чтобы Вайолет стала свидетельницей поединка.
— Уходи отсюда, дорогая, и уведи остальных. Я буду с вами, как только смогу.
Она кивнула с явной неохотой.
— Не задерживайся. И… будь осторожен.
— Уинфилд, вы не могли бы проводить публику в главный зал и присмотреть за Вайолет, пока я здесь завершу все дела?
— Само собой.
Герцог через холл направился к двери, ведущей в главный зал, Вайолет с ним. Еще мгновение, и они пропали из виду. Кит отбросил все лишнее, сфокусировав всю энергию на человеке, который посмел бросить ему вызов. Как долго он вынашивал планы отмщения? Судя по всему, очень долго. Кит согласился принять вызов, отстаивая честь своего отца. По крайней мере его противник был не из числа горячих голов, которые надеются доказать свое право называться мужчиной, а заканчивают тем, что срамят свой клинок.
Пирс скинул сюртук и остался в одной рубашке. Что возбуждало его сильнее — чувство опасности или близость развязки? Кит не знал, но он ощущал, что Пирс тоже заряжен энергией. Пирс вышел на середину холла с гордо поднятой головой, похоже, он уже считал себя победителем.
— Ну? — с презрением бросил Пирс. — Собирается ли маэстро защитить свою репутацию или проститься с ней?
С дальнего конца холла донеслись голоса. «Да уж, подфартило», — подумал Кит. Из сумрака выплыла еще одна группа гостей во главе с Элдбертом и Эмброузом, которые сразу после церемонии венчания углубились в дискуссию и до сей поры продолжали спорить, общаясь друг с другом.
— Еще раз тебе повторяю, Эмброуз, — сказал Элдберт, — ядовитые газы, накапливающиеся в трубах из-за отсутствия вентиляции, тебя убьют.
— У нас праздник, говорю я вам. Вы можете найти более приятную тему, чем прокладка труб, — вмешалась в диалог Кларинда.
Заметив Кита и Пирса с обнаженными шпагами, все трое замолчали.
Кит знал, о чем они подумали. Он видел, как взмахнул руками Элдберт, словно дирижер перед оркестром, пытаясь оттеснить толпу. И словно этого было мало, Кит заметил в задних рядах баронессу и мать Эмброуза. Ему пришло в голову, что из всех женщин на свете он бы выбрал лишь Вайолет в качестве свидетельницы главного сражения его жизни, но никак не ее тетю.
Зловещий свист стали, прорезавший воздух, заставил его переключить внимание. Клинок соперника просвистел совсем рядом с его левым ухом — не так близко, чтобы его отрубить, но достаточно, чтобы в нем взыграла ярость. Инстинктивно Кит ответил на атаку, и на запястье Пирса появилась кровавая полоса.
