случай, Джэда. А нашла тебя… Перефразирую: кто такой ты?!
– Ты нашла меня в кровати короля. Делай выводы сама!
– Кусаешься, мальчик? Я слышала о тебе… Ты, правда, умер за него?
– Ещё я готов за него убить!
– Какой горячий… И хорошенький… Остынь. Эльги сказала, она позволила сама. Хотя я на её месте не была бы столь снисходительна!
– Дочь Тарне. Хочу сразу прояснить один момент. Никто не смеет решать, быть мне с ним или нет – кроме него самого. Даже Эльги! Я доступно объясняю?
– Ого! Сколько ты с ним, мальчик? Неделю, две?
– Месяц. И – всю жизнь. Что тебе нужно?
– Хотела поговорить с Джэдом. Как раз о тебе. Напомнить про долг и честь.
– Элэйн… не делай этого. Пожалуйста! На него и так все давят… Моя жена, Зэльтэн… Принц Корха посмел оскорбить. Прошу тебя! Требуй, что хочешь. Только его не мучай!
– Какая разительная перемена. Уже умоляешь? Хорошо. Я не буду на него, как ты выражаешься, давить. А взамен ты пообещай мне, что сейчас встанешь, оденешься и уйдёшь навсегда – из этой спальни и из его жизни!
– Нет…
– Что? Не слышу!
– Нет! Я уйду – из жизни и из спальни – только если он скажет мне об этом сам!!
– Простынь поправь… Успокойся… Дэрэк. Это была проверка. Считай, ты её прошёл…
***
– Родной, как вы?
– Я в порядке. Дэрэк без изменений.
– Жар не спадает?
– Я стараюсь сбивать… Эльги… За что?! Я его держу у самой Грани…
– Ты… уйдёшь с ним, если?..
– Да. Эльги, прости!..
***
– Дэрэк, не расстраивайся так! Зэльтэн всегда была чересчур… прямолинейна.
– Джэд тоже прямолинеен. Даже резок. Но он никогда не опускается до оскорблений!
– Ты из-за него так?..
– Мало того, что она его предала. Забыла. Не признала. Не простила в нём своей вины! Так ещё и сегодня!
– Ты действительно собирался ей пощёчину дать?!
– Синеглазый за руку поймал…
– Матери?!
– Она мне не мать! Никогда ей не была! И теперь точно не станет!
– Ох, Дэрэк… Шёл бы ты к нему. Тоже сидит, в окно уставился, переживает. За тебя. Иди, успокой его… знаешь как. Ой!
– Эльги, что?!
– Дочка толкается…
– Правда?! Вот здорово! Наша тоже! И Гэсса тоже радостью поделилась!
– Скоро папашами станете! Всё, беги…
***
– Синеглазый, мне Тор сказал, ему лучше?
– Да. Гэсса, вы уж простите… что я всё бросил на отца и Мэль.
– Не бери в голову. Там ещё Дани старается! Он за эти дни словно старше стал. И в магии вырос.
– Вы все молодцы. Я вам благодарен…
– Сыночек, ты бы отдохнул. Ничего не ешь, не спишь… Сам ведь свалишься.
– Я в порядке…
***
– Папы! Смотрите! У меня получилось!
– Молодец, сынок! Дэрэк, глянь! Всё, с завтрашнего дня беру тебя в ученики!
– Ур-р-ра!
– Дани, ты зря радуешься! Наплачешься ты с этим учителем! Он тебя гонять будет – живого места не оставит!
– Дэрэк, не ворчи… Сам доволен, что я тебя обучал, а сына пугаешь.
– Не пугаю, а сочувствую. И завидую. Может, меня тоже подучишь?
– Может. Вечером. В спальне…
– Папы, вы опять целуетесь! Разве двум мужчинам можно?
– Мужчинам не знаем. А нам можно…
***
Я открываю глаза.
На подушке – солнечный луч.
Мою руку держит рука. Пальцы переплетены…
Он был со мной всё это время!
– Дэрэк!
Создатель! На его лице тени, глаза ввалились…
– Джэд… Сколько я провалялся?
– Сегодня шестнадцатый день.
– Ты что, не отходил ни на миг?!
– Ты был у Грани. Я не хотел тебя оставлять.
– Я слышал. Ты готовился уйти со мной!
– Ты ждал другого?
Нет. Другого я и не ожидал. От него – точно.
– Мой Синеглазый… Ты так и не понял, что это было?
– Вирус. С Паукри. Отец догадался. Он действует только на тех, в ком нет магии. Мы были там вместе, подхватили оба, но свалился ты один. Как бороться – неизвестно. Паукри пока закрыли для посещения. Дэрэк…
– Ты не спал, не ел… Иди сюда. Ложись. Одни кости! Как мне тебя откармливать теперь?!
– Дэрэк… как-нибудь. Ты живой… Все очень беспокоились.
– Знаю. Я слышал – сквозь пелену. И видел прошлое.
– Что именно?
– То, как я шаг за шагом отстаивал своё право быть с тобой… Джэд… как мне нравится произносить твоё имя!
Я глажу его волосы, заострившееся, исхудалое лицо… и не удивляюсь, когда он засыпает у меня в объятиях.
***
– Ешь давай, чучело!
– Отстань, а? Не лезет уже!
– Не будешь есть сам – с ложки буду кормить!
– Дани, уйми отца!
– Синеглазый, не сопротивляйся. А то мы с Эльги сейчас подсобим – тебя за руки держать, пока папа кормит.
– А я помогу! – улыбается Мэль.
Я смотрю, как Ариэль подходит, что-то шепчет ему на ухо. Он поворачивает к ней счастливое лицо:
– Конечно, Аль. Спасибо.
Наша спальня напоминает Зал Приёмов. Народ толпится целый день. Едва я пришёл в себя, весь Саор устремился с пожеланиями скорейшего выздоровления – только уже нам обоим. Дэйкен похож на ходячий скелет… и не сопротивляется, что я не выпускаю его из рук ни на секунду.
– Мы Посвящение отложили, пока вы не поправитесь оба, – Мэриэль переводит взгляд с отца на меня и обратно, – так что будьте добры! Быстрее приходите в нормальное состояние.
– Мэль, я в порядке…
– Молчи уж! Доходяга…
Синие глаза обращаются ко мне в немом призыве. Внутри меня всё тает под этим нежным взглядом. Всё то, что я считал невозможным в девятнадцать лет.
«Повернись к солнцу».
«Зачем опять?!»
«Она всё так же светится изнутри – неповторимая синева твоих глаз».
«Затягивает?»
«Затянуло… навсегда!»
6. СКАЗКА НА НОЧЬ
– Мой Синеглазый, спи.
Я капризно тяну его руку:
– А приласкать?..
– Джэд! В зеркало на себя посмотри! Пока не будешь на человека похож, никакой близости!
Обидно… Особенно когда он рядом. Когда рука обнимает меня, а моя нога хозяйски закинута на его бедро.
– Дэрэк, я порядке.
– А то я не вижу!
– Пожалуйста… Один разочек.
Моя зеленоглазая любовь смеётся:
– Другому рассказывай про один! За все шестнадцать лет не помню, когда б ты остановился на первом разе! – Он нежно гладит меня и одновременно бережно скидывает ногу: – Восстановишься – поговорим. А будешь приставать – сейчас второе одеяло возьму и руки уберу.
Раньше он пугал, что к себе спать пойдёт. Лет так пятнадцать назад. Теперь, слава Создателю, подобных глупостей не говорит.
Спать порознь! Ха! Даже перессорившись вечером, мы почему-то под утро всё равно просыпаемся вместе… Магия, что ли?
– У меня сна ни в одном глазу. Дэрэк, ну, пожа-а-алуйста…
Он серьёзно заглядывает мне в лицо:
– Всё так плохо?
Я быстро-быстро киваю, не веря своему счастью.
– Обещаешь потом уснуть?
– Конечно! Я вообще готов пообещать всё, что угодно, кроме…
Привычная пауза – и мы начинаем хохотать оба:
– Кроме королевства!
Дэрэк прижимает меня к себе:
– Мой ненасытный, невозможный, несносный синеглазый король… Будь по-твоему. Только, чур, не трать сил… лежи и наслаждайся, хорошо?
Его нежный шёпот уже переполняет меня блаженством, и стосковавшееся тело откликается с такой готовностью, что пугает нас обоих.
Хорошо, что и его тело
