и движения, даже гримасу, с которой я кончаю!
Джэд пытается остановить меня – нет, родной, бесполезно.
– Почему вы не придёте и честно не попросите Поединка?! Раз считаете себя оскорблёнными, раз желаете удовлетворения?! Зачем надо мстить исподтишка?! Ну, хорошо, не можете иначе – так мстите мне! Это я увёл, украл, отобрал у всех вас мечту ваших избалованных дочек! Нет, вам надо его задеть, унизить, убить!!!
Тирпе смотрит на меня с бесконечной тоской:
– А Сина предупреждала, что тебя я затрону больше… Дэр, сын Дэфка, принц Соледжа… Поединок с Хранителем Саора? Это безумие. Он владеет и магией, и мечом, как никто в нашем мире… Самоубийство.
– Да, подлость втихую – куда как проще! И легче! Сын Илари! Я – не Хранитель. Даже не маг. Но мечом владею.
«Дэрэк, не надо!»
– Тирпе, сын Илари! Я, Дэр, сын Дэфка, принц Соледжа, вызываю тебя на Поединок за оскорбление моей чести!
«И кто из нас бешеный?»
«За каждую твою слезинку, любовь моя, он ответит кровью!»
– Да судит нас Тор!
«Джэд, нам нужны свидетели? Я от злости Закон вспомнить не могу!»
– Тирпе, сын Илари. По Закону Ксэнира ты имеешь право на присутствие свидетелей по твоему выбору и мага, которому ты доверяешь, и кто поставит Барьер. Я, король Саора, обязуюсь проследить, чтобы они были тебе предоставлены.
– Дэр, сын Дэфка… Я отказываюсь от Поединка и заранее признаю себя побеждённым. Прими мои извинения и мой позор… Да примет моё смирение Тор.
Так нечестно! Мой гнев ещё кипит…
«Дэрэк, ну его… Пусть подавится. Найдём, где эмоции выплеснуть».
«Можно, я его ударю? Будет новый повод!»
«Хочешь потренироваться на мечах – я всегда к твоим услугам. А сегодня ты мне ночь пообещал… целую ночь!.. Ты меня вторую неделю впроголодь держишь, а тут такая щедрость… Чёрт с этим папашей! Я сам виноват. Надо было больше доверять тебе».
Внешне он спокоен. Никто бы и не догадался, что он может говорить под маской этого холодного безразличия.
«Дэрэк, я уже весь плавлюсь… Каждый раз, видя тебя такого – защищающего мою честь и доброе имя – я сгораю от желания. Пойдём…»
А со стороны глянуть – сама невозмутимость! Гордость и величие! Король!
«Что мне ещё сказать, чтобы ты оставил этого бедолагу и переключился на меня? Что я уже еле сдерживаюсь? Или лучше так…»
То, что он хочет добавить, я чувствую на себе. Вспыхнувшим жаром и приливом крови. Сладкой судорогой по телу. Мучительным острым желанием, распирающим изнутри.
Это называется «передать». Не просто открыться, а окунуть в свою душу. Обычным магам такое не по силам. Джэд умеет, но пользуется редко. И ни с кем, кроме меня.
Это – как отдаться сердцем…
– Тирпе, сын Илари. Я принимаю твои извинения. Между нами больше нет взаимных претензий. Тор тому свидетель.
«Вру ведь, любимый… Я по-прежнему его задушить готов».
Взгляд – такой волнующе страстный, откровенно призывный, обещающий блаженство…
«Пойдём…»
***
Я просыпаюсь очень рано.
Тэор ещё сияет вовсю, золотой свет заливает комнату. Рука, лежащая у меня на груди, словно соткана из золота. Длинные, тонкие, чувственные пальцы.
Мой Дэрэк…
На Земле он стал бы поэтом. Великим, полагаю. Его стихи прекрасны, трогательны и откровенны одновременно. Жаль, что он не позволяет их слышать никому в Саоре. Надеюсь, лет через двести это пройдёт.
Как мне нравится так лежать и смотреть на его лицо! Утомлённое слегка… этой ночью я словно с цепи сорвался. Виновато вздыхаю – а внутри всё тает от воспоминаний. Пусть спит.
Сегодня значительный день. У наших дочек – Посвящение. Видимо, это судьба. Обряд с жёнами мы прошли вместе, рождение девочек совпало с точностью до минут, свой собственный Обряд мы тоже стойко отстояли бок о бок… коленопреклонённые и в венках, чтоб Гэссе икнулось! Её же идея надеть венки на парней, никому другому такое и в голову бы не пришло! Отец точно не додумался бы.
Орж пока тих, удивительно. Гостей явилось – не передать. Посвящения будущей королевы и принцессы Корха. Интересно, Мэль спит? Она не собиралась проходить его так рано, ждала бы положенных двадцати лет. Только судьба – штука непредсказуемая. Взяла – и подкинула ей подарок: Стэна, сына Аржэна, моего далёкого родственника, бывшего наследного короля Саора… Вот уж на чьей голове корона смотрелась бы великолепно! И не только потому, что он очень красив внешне. Он и внутренне привлекателен не меньше – уравновешенный, доброжелательный, чуткий, рассудительный… единственное чувство, которое он не в силах контролировать, – страстная любовь к Мэль. Настолько, что не боится связать себя Обрядом через день после её Посвящения.
Угораздило же!
Мэриэль у нас девушка исключительная. Одарённая сверх всякой меры. Бессмертная – как же иначе! Слава Создателю, узнала об этом в тот момент, когда Стэн это бессмертие обрёл… хотя это не отца, это Дэрэка прославлять надо! Если б не он, прятались бы мы с папой по дальним мирам, пока доченька и внучка гневаться изволила.
Моя зеленоглазая любовь словно чувствует, что я думаю о нём, улыбается во сне и переворачивается на другой бок. Рука сползает с меня… пора вставать.
Умыться, одеться, стараясь не шуметь. Хотя у моего принца крепкий сон. Как бы ещё он справлялся с моими кошмарами? Иногда я его несколько раз за ночь бужу… бедный мой. Но спать отдельно, как Эльги, он не станет никогда. И я – тоже!
О, а Эльги проснулась! Тоже за дочу переживает? Сейчас узнаем.
Спальня моей королевы поражает чистотой и порядком – после моего бардака-то! Завистливо вздыхаю. Даже сандалии стоят ровненько у кровати… это как же снимать-то надо?! Когда-то моя любимая жена пыталась приучить к аккуратности и меня – когда я спал один. Но после того, как в королевских покоях прочно обосновался Дэрэк, развела руками, обозвала нас неряхами и оболтусами и смирилась.
Правильно! Это жилая комната, а не Зал Памяти! Посетителей туда не приглашают, не ждут и не зовут! Дэрэк, правда, пару раз в год пытается придать спальне нормальный вид, после чего я ничего не могу найти, раздражаюсь и ворчу.
А где сама Эльги? В ванной? Ага! Незаметно переместиться…
– Попалась?!
– Ой!
– Ну тебя, – смеётся и отмахивается она через миг. – Не целуй, я в пене вся!
– Вот ещё! Собственную жену поцеловать нельзя? Я тебя, между прочим, целую ночь не видел!
– Джэд, сумасшедший! Ну вот, мокрый весь, – Эльгер протягивает мне полотенце. – Только честно предупреждаю: ничего, кроме поцелуев. Иначе я потом весь день разбитая буду, а мне дочку через Большой зал вести! И кто придумал только, что на Посвящение детей ведут матери!
– Алхэн, сын Лагира, второй король Саора, – я вытираю пену с подбородка и усмехаюсь в полотенце. – Хочешь, воскрешу ненадолго, чтобы ты ему претензии предъявила?
– С тебя станется!.. Какой ты сегодня послушный! Руки убрал, взглядом не съедаешь… Ночь
