будешь много страдать, но это сделает из тебя выносливого человека. Ну, внешность там… какие-нибудь параметры характера. По факту, это твои гены. Так ведь в жизни и есть: многое заложено генами. Я даже придерживаюсь версии, что очень много. Но есть факторы внешние. Какой-нибудь признак ты можешь поменять: да хотя бы пластическая операция! Всё равно многое зависит от тебя и твоего ангела-хранителя. Всё задаётся примерно, около. Вот, допустим, смерть. Да, обозначается примерный возраст смерти, например, шестьдесят-шестьдесят пять. Как ты умер тоже определяется, причём ты сам выбираешь. Но вот как ты проживёшь эту жизнь и как подойдёшь к такой смерти – дело твоё. Вообще, по факту, многое решаешь именно ты: просто что-то до рождения, ещё
там, а что-то уже по жизни. Видишь ли, эта теория хороша тем, что она не ограничивает наш разум: ты творец своей судьбы. Но при этом некоторое определяется. Но это та же генетика. Поэтому мне и нравится эта версия.
– А суицид?
– Суицид… это может быть как и логический конец, так и преждевременно. Если ты не дошёл до своего предначертанного конца осознанно, то ты отправляешься доживать остаток обратно. Отсюда и смерти в раннем возрасте. Кто-то несколько месяцев доживает (ещё в утробе помирает), а кто-то в десять.
– А логический конец… это когда всё? Когда ты исчерпал себя? Как Есенин?
– Да, наверное, как Есенин. Как Горшенёв. Много примеров. Ну, это великие обычно.
– Но всё равно запутано.
– Надо прочитать, чтобы понять.
– Да, это верно. Краткий пересказ не канает… А как думаешь, сколько ты баллов наберёшь?
– Я хочу, чтобы эта жизнь была последней.
– Ты серьёзно? Хочешь, чтобы за всю эту разруху дали шестьсот баллов?
– Видишь ли, там не ЕГЭ. Там будут судить такие же личности. Простого обывателя, конечно, будут судить так же просто: убил дерево – минус баллы, сделал чистосердечное пожертвование – плюс баллы. А особенных и судить по особенному будут. Они ж замучаются все мои отнятые жизни считать. Там огромное отрицательное число баллов получится. В этом и смысл, если мне изначально положено какое-то дело, его надо делать. За него будут считать совсем по другим расценкам.
– А как понять предназначение?
– Интуиция, чувства. Я, как-то, больше логикой живу, интуиция у меня хреновая. Но я хотел провести эту революцию, я её провёл. Значит, такова была моя задача. Мне за это дадут баллы. А кто-то получит возможность развиться. Это же тоже взаимосвязано.
– Но как это поможет развиться мне?
– Никак. Может быть, ты выполнил своё предназначение…
– Но…
– Ты уже написал не одно произведение. Потом кто-то получит баллы за то, что найдёт твои сочинения. А кто-то за то, что их представит свету. Вот такова жизнь.
– А не слишком ли мелко?
– Кому как. Я помню, читал рассказ один… там Смерть пришла уже к немощному старику, и он её спросил: в чём смысл жизни? Она сказала, что его смысл жизни был, что он ещё в школе кому-то там поставил подножку. И именно этот нюанс помог этому кому-то стать большим человеком. Вот так, иной раз ты лишь маленький пазл. Поэтому мне трудновато осуждать обывателей. Если б не они, я бы всего этого не достиг. Честно, я не могу представить мир без них. Они пазлы, а мы картинки.
– Но при этом ты всё равно не любишь обывателей?
– Да. Не люблю. В некотором роде даже ненавижу, хотя мне не свойственно это чувство. Видишь ли, эти гады меня жутко раздражают. И, блин, я ничего не могу с этим поделать. Меня аж трясёт. Вот блин их образ жизни… типа, тут деньги – тут хорошо, тут нет денег – тут плохо.
– Но разве тебе не плевать на других?
– В том и проблема. Мне вроде пофиг на них, но от их мышления мне плохо. Так ведь ладно, если б это был вымирающий вид, так это было почти всё моё окружение. Понимаешь?! Я был… чужим среди своих, я был единственным евреем среди фашистов, бедный волчонок в стаде баранов. Это было о-о-очень трудно.
– Но а теперь?
– А теперь я вырос, и не только в физическом плане, но и в плане возможностей. Волчонок стал самым грозным хищником! Частично, мной движет некая злость…
– Я уже совсем запутался: то ты говоришь, что тобой движет совесть, грубо говоря, то просто принцип, то желание набрать баллы, а тут ещё и злость…
– Всего понемногу. Не мучайся – я сам не понял. Но вообще много мелких причин, которые толкают к большому действию. Я, в принципе, иногда так поступаю.
– Поди ещё какие-нибудь причины есть?
– Импульс. Одна из главнейших причин многих моих действий. Подкатило определённое настроение, и ты либо твёрдо решил, что будешь что-то делать, либо уже начал это делать. А я не люблю отступать от дел, особенно, когда они прекрасно идут.
– Ещё что-то? А то ещё окажется, что тебя подговорили инопланетяне, что тебе внушила что-то цивилизация из параллельных миров, что твоё тело захватила другая личность…
– Пока всё. Может, потом ещё о каких причинах догадаюсь.
– Слушай, вот, не знаю почему, но в мыслях у меня взбрело соотношение характеров и любимых цветов…
– Ой, опять эта фигня. Мало того, что пытаются опять как-то загнать личность в рамки, так тут ещё и любимые цвета. Понимаешь, нет их. Нет любимого цвета. Вот я могу сказать, что мне нравится чёрный, вот только если у меня лицо станет чёрным, я не очень-то буду рад (ну, если только по приколу, кратковременно), или если ногти у меня почернеют… Есть любимые цвета в конкретном контексте. Нельзя человека взять и спросить: какой твой любимый цвет? Можно спросить, какого цвета одежду ты предпочитаешь. Я спокойно скажу: чёрный. Или, спросят, какого цвета волосы тебе нравятся. Я скажу, что оттенки коричневого. А так мне очень приятен синий цвет, но синие волосы мне явно не по душе. Поэтому это тоже бесит.
– Ты, конечно, безусловно прав, но мне было интересно, почему именно это сейчас взбрело у меня в голове… Должна же быть какая-нибудь связь…
– Да всякая разная может быть… Мы заикнулись об инопланетянах, а ты, допустим, в подростковом возрасте, читал статью про них и наткнулся на статью про цвета. Вот у тебя и всплыло. Или просто желание познать мой характер подняло первым именно этот параметр.
– Тут да, тут да… Я вот что ещё хочу спросить… долго нам ещё?
– Что долго? Болтать?
– Не… воевать.
– Не знаю. Лично я уже устал. Физически. Был бы рад отдохнуть. Но
