— Не волнуйся, — насмешливо произнёс Том, будто читая её мысли, — если я тебя изнасилую в твоём нынешнем состоянии, тебе точно конец. Хотя, в принципе, я бы не возражал, — он засмеялся, увидев изменившееся выражение её лица, однако сразу помрачнел. — Хотя сейчас я и на это не способен — я слабею вместе с тобой, и, похоже, нам обоим суждено окончить свои жизни в этом мерзком склепе. Вот ведь дрянь…
Джинни не восприняла последнее на свой счёт, кроме того, она осознала — Том прав, она действительно умирает. Чёрные точки заплясали перед глазами.
— Том… — начала она, однако он внезапно дёрнулся, уставившись на кольцо, что было надето на его левую руку.
— Он меня зовёт! — зашипел он. — Да как он только смеет… Вирджиния, а ну, держись за меня! Держись за меня!
Джинни, напротив, отпрянула, и тогда он, чертыхаясь, схватил её за запястье, заставив взвыть от боли. И тут же её потянуло куда-то, словно она взялась за портключ, — мгновение спустя бок о бок с Томом они куда-то мчались сквозь пространство.
* * *
Едва вампир начал свою трапезу, Драко оцепенел. Гарри увидел его безвольно опустившиеся руки и тут же кинулся вперёд, однако прочие вампиры не зевали, и уже мгновением спустя он был схвачен, скручен — крепко стиснутые руки за спиной — и брошен на землю.
Тихие шепотки позади. Шуршащие смешки вокруг… Однако они тут же смолкли, сменившись поражённым и испуганным шипением. Хватка на кровоточащих запястьях Гарри ослабла, позволив ему даже приподняться на колени и взглянуть… Он не поверил собственным глазам.
Гэбриэл отшатнулся, а Драко, хотя и бледный, тем не менее, твёрдо стоял на ногах. Гарри мог видеть на его горле проколы от укуса, тёмные, будто бы от крови, однако никакой крови не наблюдалось. Рубашка была разорвана длинными вампирскими ногтями — однако же снова ни капли крови; зато сам Гэбриэл пал на колени, его лицо раздулось, почернело, когтистые руки рвали собственное горло…
Драко взирал на него спокойными, будто серые зеркала, глазами.
— Тебе же говорили. Я предупреждал, что может случиться.
Из продранной глотки жутким потоком хлынула кровь, глаза Гэбриэла полезли на лоб, голова моталась из стороны в сторону, а рот распахнулся, будто он молил о помощи своих чудовищных приятелей. Однако, булькая от ужаса и вытянув руки, словно пытаясь оградить себя от наступления армии распятий, прочие вампиры толкались у входов в тоннели.
Вот и до Гарри дошла очередь: он оказался на ногах рядом с агонизирующим вампиром — тот умирающим насекомым едва дрыгался в ручье из собственной крови. Взмах — и меч вонзился прямо в сердце Гэбриэла. Булькнув, тот испустил дух, и пламя охватило труп, рассыпав его горсткой праха.
Гарри поднял взгляд к Драко, встретившему его с неким тихим отчаянием. Только сейчас гриффиндорец заметил, что тот кровоточил, — просто кровь была бесцветной; серебристыми потоками она стекала за воротник, сияющими пятнами расплываясь на рубашке. Если даже раньше он не знал, если б мог не поверить собственным глазам, теперь деваться было некуда: Гарри смотрел на отравленную кровь Драко, чувствуя, как внутри него самого что-то трескается и рассыпается, впиваясь бритвенно-острыми осколками в тело.
Наверное, это сердце… но ведь сердце не такое острое и жёсткое…
Он в ужасе уставился на Драко.
— Ты не исцелился… И не исцелялся… — пробормотал он.
— Повернись, — спокойным и ровным голосом ответил тот. — У тебя за спиной ещё один.
Действительно — в тоннельном призрачном мраке Гарри увидел ещё одну пару красных глаз и стиснул эфес меча. Если тварь шагнёт к ним, он должен её убить. Он хотел кого-нибудь убить.
Вампир заговорил, обращаясь к Драко:
— Tu… Tu esti mort ca si mine.
Произнеся это, он исчез в одном из боковых проходов, двигаясь по-крабьи боком. Гарри проводил его взглядом. Внезапно кто-то потянул его за руку — Драко. Но выглядел он сейчас ужасно подавленным — Гарри не доводилось ещё видеть ничего подобного.
— Пойдём, что ли… Надо бы выбраться отсюда, пока ещё кто-нибудь не пожаловал по наши души.
Лишь сделав несколько шагов Гарри осознал, что по-прежнему сжимает в руках окровавленный меч. Он сунул его в ножны и следом за Драко вышел из пещеры на солнечный свет.
* * *
Не успел Люциус крутнуть кольцо на пальце, как раздался негромкий хлопок. как при аппарировании, и у его ног возникли две скрюченные фигуры, будто брошенные туда невидимой рукой. Рон увидел съёжившегося белокурого юношу и на миг принял его за Драко, однако нет — для Драко волосы были слишком тёмными, однако он тут же позабыл о его существовании, заметив рядом вторую фигуру. Девушку в разорванных джинсах. Девушку с копной огненно-рыжих волос.
— Джинни! — он попытался подняться, однако Червехвост намертво вцепился в него металлической рукой. — Джинни!
Девушка до боли медленно приподняла голову и посмотрела в его сторону. Улыбнулась — нежно, так нежно, как улыбалась ему, лежа в своей колыбельке.
— Рон… Ой, Рон, это ты…
Она умолкла, когда юноша рядом с ней тоже сел, и в этот момент Рон вдруг понял, что это Симус Финниган, хотя до странности на похожий на себя самого, — в частности, наряженный почему-то в весьма подозрительную расфуфыренную белую рубаху. Кроме того, он был весь в крови. Рон вытаращил глаза. Убийца Пожирателей Смерти — Симус Финниган?! Да не может такого быть. Рон окликнул его, однако Симус лишь тупо таращился на него в ответ.
— Люциус?.. — Вольдеморт с отвращением взирал на двух возящихся у его ног подростков. — Жду твоих объяснений.
— Мой Лорд, — начал Люциус, шагнув в сторону сжавшейся и обхватившей себя руками Джинни. — Похоже, что…
В этот миг Джинни, теряя сознание, с криком повалилась на пол. Симус тут же кинулся к ней, схватил… Голова её запрокинулась.
— Она умирает! — заорал он Люциусу. — Придурок! Что ты натворил?!
Умирает?..
Рона обуял ужас — нет… невозможно… Гермиона мертва… а теперь и Джинни… Он не мог этого позволить. Не мог.
— Джинни! — Рон с истошным воплем вырвался из хватки Червехвоста. — Пусти меня, мать твою! Червехвост, ты что не видишь, — это же моя сестра! Это же Джинни! Ты же её с детства знал! Пусти, ублюдок!
Червехвост с яростным полурёвом-полустоном перехватил Рона — металлические пальцы впились ему в глотку. Юноша закричал бы, да вот только теперь он не мог даже вздохнуть. Глаза сами собой закатились, и вокруг воцарилась темнота.
* * *
Щель меж камней оказалась достаточной широкой, чтобы Драко сумел протиснуться на волю, а потом помочь выбраться Гарри. Оставив всю свою кожу на камнях и чувствуя себя выскочившей из бутылки раскрошившейся пробкой, Гарри осмотрелся. Они стояли в узком ущелье меж двумя серыми скалами, всё вокруг было засыпано камнями, а по дну, взбивая пену поверх высоких валунов, неслась чёрная река, с противоположного берега которой уходила к перевалу тропа. Набухшее стальными тучами небо сулило, в лучшем случае, снег. Надо сказать, этот ландшафт являлся одним из самых унылых, какие доводилось видеть Гарри.
