посмотреть на меня.
— Почему у меня такое чувство, что ты не все мне рассказываешь?
— Что ты имеешь в виду? — спросила я, пытаясь удержать на ней взгляд. Если бы я отвела взгляд или позволила своему голосу незначительно измениться, моя тетя это уловила бы. Она была слишком наблюдательна.
— Какие у тебя отношения с этим парнем, и не смей врать мне. Горячий парень не может просто прийти и есть чьи-то блины без причины.
Я изо всех сил пыталась найти ответ, но история, которую стоит рассказать, а тем более верить, так и не появилась. К черту газеты и к черту Кирана Мастерса.
— Однажды он пригласил меня на свидание, и я сказала нет. Он появился, потому что был довольно настойчив в этом вопросе, но теперь все кончено.
Она настороженно посмотрела на меня, прежде чем снова взглянуть на бумагу, просканировав ее еще раз, а затем покачала головой с выражением печали, отразившимся на ее лице.
— Это так трагично. Лейк, я хочу, чтобы ты пообещала мне, что будешь осторожна. Я не знаю, что бы я сделала, если бы с тобой что-то случилось. После того, как твоя мать умерла… — Она сделала паузу на полуслове, и ее глаза расширились от ужаса. — О, Лейк, дорогая. Прости меня. Я знаю, что это не то, что ты хочешь услышать, но…
— Тетя Карисса, не сейчас, — убеждала я, но это звучало скорее, как отчаянная мольба.
— Лейк, я сделала это для тебя. Я знаю, ты думаешь, что не хочешь этого слышать, но тебе нужно. Тебе уже восемнадцать, и всего через несколько месяцев ты закончишь учебу. Я не могу отправить тебя в мир в неведении о том, что с ними случилось. Мне жаль, что я солгала тебе.
— Я знаю, тетя Карисса. Тебе не нужно извиняться еще раз. Мне просто нужно время, чтобы во всем этом разобраться.
Я не могла сказать ей, что мне нечего выяснять, или что вместо этого я не могла заставить себя признать, что они действительно мертвы. Я даже не могла обещать попробовать.
* * *
В моей комнате было такое ощущение, которого не было, когда я уходила этим утром, и когда мой взгляд остановился на моем задумчивом мучителе-подростке, прислонившемся к стене, я поняла почему.
— Мне пришло в голову, что маленькая выходка, которую ты провернула сегодня, не была разовой сделкой или кратковременной ошибкой в суждении.
Вспомнив его предыдущую угрозу, я быстро развернулась, чтобы уйти, но он уже пересек комнату, зажав мне рот рукой, прежде чем я успела переступить порог. Он отвел мои руки назад и завел их мне на поясницу. После того, как крепко схватил, к его удовлетворению, он быстро ослабил хватку, как будто боялся причинить мне вред. Я засмеялась, несмотря на свое нынешнее положение.
— Ты догадываешься, почему?
— Я не думаю, что мне нужно находиться в таком положении или видеть тебя в моей комнате сейчас, чтобы поиграть в чертову угадайку.
— Осторожнее с громкими словами, маленькая девочка.
— Преодолей себя, Киран. Мы одного возраста.
— Вот тут ты ошибаешься. Я совсем не похож на тебя.
Я стиснула зубы, пытаясь подавить натиск желания, от которого не могла избавиться, но сдерживала растущую злость.
— Скажи то, что пришел сказать, и уходи.
— Почему ты думаешь, что я пришел ради разговора?
— Потому что тебе, кажется, есть что сказать.
Его глубокий смешок вибрировал по всему моему телу.
— Это вызов?
— Это все, что ты хочешь. Я просто хочу, чтобы ты ушел.
Его смех прекратился, и я поняла, что он оценивает меня так же, как всегда, оценивая мою искренность. Я чувствовала свои слова и их значение до глубины души, и тем не менее я знала, что имела в виду совсем не это. Это расстраивало меня больше, чем тот сексуальный накал, на котором он настаивал каждый раз, когда мы были рядом.
Я хотела избавиться от него навсегда. Они же хотели его смерти.
Меня тянуло в двух разных направлениях: потребность причинить ему боль и потребность защитить его.
Сладкий аромат его дыхания был опьяняющим, и затем я почувствовала это — его губы возле моего уха.
Он прошептал:
— А я просто хочу войти в тебя.
Я почувствовала прилив, сжатие и чертову потребность.
Каждая встреча, независимо от того, насколько близко он подходил ко мне или как далеко он держался, делала все сложнее и было все труднее сдержать мое обещание.
— Твоя тактика запугивания устарела, Киран. Мы не будем учиться в старшей школе вечно. — Он прижался ко мне сзади, но дальнейших движений не сделал.
— Если ты думаешь, что я пытаюсь тебя напугать, то мои навыки соблазнения нуждаются в серьезной доработке. Кроме того, мне больше не нужен страх, чтобы контролировать тебя. Мой член довольно хорош в том, чтобы заставить тебя делать то, что я хочу.
— И что ты будешь делать, когда я буду за тысячи миль отсюда и больше не буду уязвима и доступна?
— Кто сказал, что я позволю тебе уйти так далеко?
— И как ты планируешь меня остановить?
— Любыми возможными способами. — Он развернул меня лицом к себе. Я увидела намерение в его глазах еще до того, как упала на спину, охваченная удушающим жаром простыней.
— Киран… нет. — Нож продолжал спускаться по моему туловищу, разрезая и срывая мои барьеры. Он хотел разоблачить меня во всех отношениях. Ему нужна была моя уязвимость. — Не делай этого.
Когда он умело сорвал остатки моей рубашки, не обращая внимания на мою борьбу, я закричала. Звук был настолько неестественным и отчаянным, что он болезненно пронзил мои кишки и потряс мое тело. Он резко выпрямился и посмотрел на меня с бурным удивлением, но было уже слишком поздно. Потребность в выживании уже поглотила меня. Мои зубы впились в его правое плечо. Я не переставала кусать. Даже когда ощутила металлический привкус его крови, я не остановилась.
Я слышала его проклятия и стоны боли, но это только подстегнуло меня. Он мог бы легко сбросить меня с места быстрым и беспощадным взмахом ножа. Слезы накатились мне на глаза, сделав мой взгляд размытым.
Осторожные руки обхватили меня за плечи, поднимая, но в то же время удерживая рядом.
— Какого черта ты думаешь, что делаешь? — потребовал он, тряся меня.
Это был серьезный вопрос? Я с отвращением оттолкнула его, и если бы я не чувствовала себя такой чертовски сумасшедшей, то посмеялась бы над его изумленным взглядом.
— Я не позволю тебе снова сделать меня испуганной маленькой девочкой.
— Лейк? Открой дверь! Я
