Филипп здесь немного по иной причине, — произнёс учитель и обратился к моему однокласснику: — Вы уже закончили?
— Почти. Мне нужно ещё несколько минут.
Он развалился в учительском кресле в фривольной позе. Глаза были закрыты, а лицо казалось, полностью расслабленным, словно он спал. Вот только руками напряжённо сжимал подлокотники, вцепившись в них с такой силой, что даже пальцы побелели.
В повисшей тишине, живот Филиппа издал громкое урчание, его всего передёрнуло, а на коже внезапно проступил пот. Он нахмурился, будто тужился и внезапно начал худеть. Килограммы исчезали буквально на глазах, и уже через несколько минут он выглядел стройнее меня.
После чего он вновь расслабился:
— Всё готово, — приоткрыв глаза, произнёс он и протянул руку. — Можете брать.
Учитель тут же подошёл и, проколов ему палец, сцедил несколько капель крови.
— Благодарю за помощь Филипп! Не представляю, что бы мы без Вас делали!
— Всё как договаривались, с меня противоядие, с Вас кристалл усиления.
— Да-да, вот, держите.
Хейг протянул ему небольшой светящийся камень лазурного цвета.
— С Вами приятно иметь дело, — улыбнулся Бобал и, взяв кристалл, покинул лабораторию.
— Я думал, он нам поможет, — удивился я.
— Так он уже помог. Видишь ли, у него особый дар: достаточно хоть капле яда попасть в его организм, как он тут же вырабатывает противоядие. Если бы не это, мы бы сейчас только пытались выяснить, чем именно отравили ребят, чтобы понять, как их лечить. Ведь простые средства на них не подействовали, а значит, вещество не простое. К счастью, Филипп был одним из тех, кто вчера ел в столовой, и яд уже попал к нему в желудок. Сам он с ним справился мгновенно и согласился поделиться антидотом, чтобы мы смогли спасти остальных.
— По всей видимости, не бесплатно, — пробубнил я.
— Ты про кристалл? Это мелочь. Видел ведь, чего ему стоили эти несколько капель противоядия? Кристалл всего лишь поможет укрепить его тело, пока он не восстановит свою форму.
А я уж подумал, что он теперь стройняшкой будет ходить, — усмехнулся я про себя.
— Думаю, ты сам уже догадался, что его сила заключена в комплекции. Именно его жир помогает вырабатывать противоядие, поэтому ему приходится жертвовать своей внешность. Ну да ладно. Чтобы старания Филиппа не пропали, давай, скорее, приступим к созданию зелий на основе этого антидота.
Что тут скажешь, создавать зелье на основе крови оказалось довольно интересно. Правда провозились мы с этим до глубокого вечера, и я совсем валился с ног, ведь на тот момент не спал уже практически сутки. Но я твёрдо решил, что продержусь до конца. И ничуть не пожалел об этом.
Было приятно наблюдать, как благодаря нашим стараниям отравившиеся ученики приходят в себя. И одновременно с этим во мне росла ненависть к тому, кто подсыпал этот яд.
Что же касается девчонки, что принесла мне записку, среди отравившихся её тоже не оказалось, что ещё больше усилило мои подозрения насчёт неё. Вернее, в тот момент я уже не сомневался, что именно она была отравителем.
— Надеюсь, тебя скоро найдут и накажут, — произнёс я.
— Да, это было бы замечательно, — кивнул Хейг. — Нехорошо, что такой негодяй, или негодяйка, разгуливает на свободе.
Я лишь кивнул, так и не решившись рассказать учителю о своих подозрениях. Ведь я вообще ничего о ней не знал. Ни её имя, ни класс. Да и из улик у меня только те две записки. Но покажи я их, это могло вызвать новые подозрения на мой счёт. Нет уж, лучше я не буду ничего говорить, по крайней мере, пока не соберу новые доказательства. Для начала найду её и поговорю. Если конечно её не поймают раньше.
Глава 25
Любимый предмет
Но прошёл целый месяц, а преступника так и не поймали, впрочем, никаких новых происшествий не происходило. Похоже, он решил засесть на дно. Ту девчонку я тоже так ни разу и не встретил. Сколько бы ни искал, её нигде не было, а когда попытался спрашивать у других, под такое описание попадали слишком многие. Но все они оказывались не ей. Так что я даже стал сомневаться, была ли она на самом деле.
Наша шестнадцатая ученица тоже так и не появилась. Хотя о ней особо никто не вспоминал, как и о происшествие с разбитой стеной. А вот случай с отравлениями оставался на слуху. Но это скорее из-за раннего комендантского часа, который всё ещё действовал, и все ученики после учёбы сразу расходились по общежитиям.
Не знаю, как реагировали остальные, но меня это ничуть не расстраивало, даже наоборот. Ведь теперь у меня появилось больше времени, которое я проводил в тайной комнате ордена Гарпии, где вдоволь мог попрактиковаться в магии и пообщаться с другими ребятами и девчонками. При этом, по сути, мы ничего не нарушали. Ведь фактически своё общежитие никто из нас не покидал.
Благодаря таким продуктивным занятиям у меня гораздо лучше стало получаться контролировать ману. Я даже научился надувать шарики. Правда, долго держать их в таком состоянии пока не получалось, и они практически сразу сдувались. Ну, по крайней мере, я теперь чувствовать свои силы и понимал, когда выпускаю слишком много.
За неделю к нам в клуб приняли ещё пару человек. Первым был парень-медведь из класса 1–6, а второй, к огромной радости Ярослава, стала Вероника. Которая, как и я, оказалась магом воздуха, что довольно сильно порадовало уже меня. Ведь теперь я мог спрашивать у неё советы непосредственно по моей стихии, и она демонстрировала мне те или иные техники.
Кроме того, я узнал, что в ордене так же состояла Джулия Виртская, которая оказалась одноклассницей Севастьяна. Первое время я её не замечал, да и она вела себя так, будто мы незнакомы. Ярослав же её похоже вообще не узнал.
Впрочем, выглядела она сейчас и правда иначе. Ученический пиджак хорошо скрывала её шикарные формы, взъерошенные рыжие волосы сейчас были убраны в аккуратную причёску. Ещё и очки появились. Не будь у меня дара видеть имена, я бы наверно тоже её не признал, даже после того, что между нами было на корабле.
В итоге, я тоже не стал афишировать, что мы знакомы. Раз она не хочет, чего смущать девушку.
* * *
Что же касается учёбы: у нас появились такие предметы как зоология, где
