что удивительно. Странный он какой-то, но зато владеет забытой магией.
— Вот как? — произнес великий княжич, мысленно прикидывая, что такой вариант возможен, но для него неприемлем.
— Но повысить статус господина Воронова не так сложно, — улыбнулась Софья. — Нам известно, что он лишился всего, в том числе и титула, не совсем на законных основаниях. Учитывая его привязанность к Натали, он однозначно пойдет на уступки, чтобы позволить ей оказаться принятой в обществе. Учитывая все это, мы предлагаем, чтобы под твоим патронажем открылась какое-нибудь учебное заведение, где начнут преподавать и изучать забытую магию. Уверена, про перспективы говорить нет нужды.
— Интересное предложение, — великий княжич задумчиво посмотрел на невозмутимую Минако.
Максимилиан уверен, что именно принцессе принадлежит львиная доля в этой идее. Конечно, сестра свою лепту внесла, без этого тоже никуда. Необходимо все взвесить и прикинуть, в том числе и продумать, но в первом приближении все выглядит неплохо. Если получится, то и польза для империи окажется большой. Обязательно найдутся те, кто такому воспротивится, но без этого ни одно благое начинание не происходит.
* * *
Повествование от лица господина Воронова.
Когда работает профессионал за ним приятно наблюдать. Господин Лейбман понимал меня с полуслова, надрезы делал ровно такие какие требовались. Осторожно открывал доступ к осколку от заряда, а потом его извлекал. При этом, мне требовалось не оплошать и восстановить поврежденный нерв, успевая блокировать источник полковника. Вроде бы и действовали быстро, а закончили глубоко за полночь.
— Коллега, снимаю шляпу, — склонил голову Марк Захарович. — Не ожидал, что справимся.
— Взаимно, — выдохнул я. — Вы отличный хирург.
— Дело еще в магии, — он покачал головой, моя руки, — без вашего подхода с ней бы не совладал. Вы продемонстрировали удивительные плетения, направляя их из рун, про которые никогда не слышал. Уверен, такая методика спасла бы много жизней. Чем-то она напомнила темную магию, сочетающуюся со светлой.
— Главное результат, — отмахнулся я.
— Еще зависит какими способами он достигнут, — почему-то не согласился со мной хирург-целитель. — Как насчет того, чтобы отужинать, пропустить пару фужеров с коньяком и побеседовать?
— Увольте, — покачал я головой и снял халат, к которому добавил шапочку и марлевую маску, — вымотался, а завтра, точнее, уже сегодня, мне одного господина врачевать. Откладывать никак не могу, уже пришлось встречу переносить.
— Для пациентов это неприятно, — согласился Лейбман. — Позвольте полюбопытствовать, а почему не сложилось? Неужели кто-то потребовал вашего внимания?
Думаю, если бы он не устал, то такие вопросы не стал задавать. Все же это не совсем этично, но теперь отвечать необходимо, если промолчу, то потеряю в его глазах уважение.
— Общался с господином полковником, — кивнул в сторону операционной. — Аристарх Викторович не пожелал меня отпускать.
— Гм, простите за назойливость, — потер щеку Марк Захарович, потом прикрыл рот и зевнул, — но почему вы не объяснились и не ушли от господина Сбруева?
— А вы не догадываетесь? — хмыкнул я.
— Нет, — озадаченно посмотрел на меня целитель.
— Из камеры не так-то просто выйти.
— Вот это номер! — рассмеялся Лейбман. — Александр Иванович, прошу, дайте обещание, что эту историю расскажите в деталях. Чтобы своего тюремщика спасать от неминуемой смерти, такого не припомню!
— При случае мы обязательно это обсудим, если господин полковник не станет возражать, — кивнул я.
На этом мы с хирургом-целителем этот разговор завершили, в том числе и благодаря жандарму, на которого закончило воздействовать мое сонное плетение, а сестры милосердия не сообразили дать снотворного. Нет, ни в коей мере последних не виню, им распоряжений Лейбман не давал.
— Господа, что со мной? — ощупывая перевязанную шею с затылком и плечо, спросил Сбруев, когда мы к нему вернулись по просьбе сестры милосердия.
— А что вы помните? — уточнил Марк Захарович.
Полковник наморщил лоб, на меня посмотрел и сказал:
— Если правильно понимаю, то вы меня спасли. От всего сердца благодарю, — он приложил ладонь к груди и склонил голову, но потом глубоко вздохнул и продолжил: — У меня вернулся слух, рука побаливает, как и шея, но обрели подвижность. Что вы сделали?
— Достали осколки от взрывного магического артефакта и ликвидировали их воздействие, — сказал я, а потом продолжил: — Благодарите господина Лейбмана, он первоклассный хирург-целитель. Со своей стороны рекомендую пару дней находиться под наблюдением, а сейчас, простите, позвольте откланяться.
— Александр Иванович, спасибо, — выдохнул полковник и дернул себя за ус. — Простите за те подозрения и обвинения, которые выдвигал.
— Понимаю, ваш долг такой, — пожал плечами, а потом усмехнулся: — Вы же все равно продолжите моими делами интересоваться.
Господин Сбруев неопределенно хмыкнул и не стал отнекиваться. А вот Марк Захарович хмуро на жандарма посмотрел, хотел что-то резкое сказать, но промолчал. Думаю, он Аристарху Викторовичу еще выскажет, они с ним в хороших отношениях. Я же задерживаться не стал, откланялся и направился домой. Пролетку удалось поймать спустя десять минут, ночью извозчиков на улицах города немного, а дороги пусты. Через пятнадцать минут, тройной тариф и я уже вхожу в парадное. В голове только две мысли: в душ и в койку. Главное, чтобы Кати спала, а то не уймется пока про отца не узнает.
— Тихо, — отворив дверь шепнул я и для наглядности приложил палец к губам.
Напротив меня стоит Натали и явно собиралась воскликнуть. Вовремя успел вокруг нее воздух сгустить, чтобы не перебудила всех в доме.
— Устал, спать иду, с господином Сбруевом все отлично, — произнес, а потом махнул рукой и сказал: — Теперь готов выслушать твои вопросы, но только не ори.
— К господину Штерну завтра идем или мне его предупредить о переносе операции? — внимательно посмотрела на меня баронесса и добавила: — Вы далеко не в лучшей форме.
— Восстановлюсь, — отмахнулся я. — Проследи, пожалуйста, чтобы ни одно из зелий не забыли. И, надеюсь, господин Вертлугин нам поможет.
— Он обещал прийти с дочерью, — напомнила Натали, а потом спросила: — Мы счет жандармскому управлению выставляем или вы не возьмете с них денег?
Честно говоря, она меня своим вопросом озадачила. Об оплате своих услуг не думал, но Сухарева права. Нам жить-то на что-то нужно, в том числе и аренды оплачивать. Другой вопрос, сколько запросить?
— Ну, скажем,
