Казалось, она не восхищалась ни одной из слабых звезд, все еще мерцающих на бледно-лиловом небе. И не любовалась клочьями тумана, бесшумно стелющимися над садами и пологими холмами, вплоть до русла реки. Вместо этого у нее был такой вид, словно она увидела мавзолей.
Он почувствовал, как по ее телу снова пробежала дрожь. Успокаивающе поглаживая большим пальцем мягкие, как лепестки, костяшки ее пальцев, он согрел ее замерзшие кончики пальцев в своей ладони.
— Ты в полной безопасности, и я бы не стал говорить это просто так. Тебя беспокоит высота? Если да, то мы можем посидеть вместе на скамейке у стены.
Она выглянула из-за угла, словно раздумывая, но затем покачала головой.
— Это правда, что я не слишком люблю высокие места. Однако, можно сказать, что у меня… несколько неестественный страх перед каменными арками. Ты когда-нибудь замечал, что пустота под ними напоминает надгробие, как будто надгробие было вырублено, а оставшиеся камни только и ждут, чтобы рухнуть и похоронить человека?
— Не могу сказать, что замечал, — сказал он, но посмотрел на арки с точки зрения человека, которому снились кошмары о том, как его хоронят заживо. Он никогда не замечал этого раньше, но пустота под ними действительно чем-то напоминала надгробие.
Она высвободила руку и обхватила себя руками, словно защищаясь от холода.
— Конечно, я вполне способна справиться с этой фобией. Всякий раз, когда мне приходится проходить под аркой или проезжать по мосту, я просто закрываю глаза и задерживаю дыхание, пока все не закончится.
Брэндон хотел, чтобы она снова взяла его за руку. Он хотел, чтобы это был первый из многих случаев, когда они сидели вместе и смотрели, как солнце поднимается над горизонтом. И ему была ненавистна мысль о том, что она будет жить, просто справляясь со своими страхами, вместо того чтобы преодолевать их.
Вернувшись к ней, он рассеянно провел кончиками пальцев по мягкому голубому муслину ее юбки. Было невозможно не находиться рядом с ней. И невозможно было находиться рядом с ней и не прикасаться к ней.
— Знаешь ли ты, что арка может выдерживать больший вес на более широком пространстве, чем стандартная горизонтальная перемычка? Без них для большинства мостов потребовалось бы слишком много опор, чтобы под ними могли проходить корабли.
— Ты доблестно пытаешься заставить меня лучше относиться к аркам и мостам, но это не сработает.
Он увидел, как вздернулся ее подбородок, и почувствовал, как его собственное упрямство перерастает в решимость. Вызов принят, мисс Пэрриш.
— Мой отец как-то сказал мне, что арки не просто так напоминают плечи, потому что на них приходится больше веса, чем можно вынести вдвоем.
Говоря это, он обнял ее сзади, положив ладонь ей на поясницу, чтобы согреть своим теплом. Затем он улыбнулся про себя, когда она слегка прислонилась к нему, как будто ей тоже нужно было быть ближе к нему.
— И, как пара плеч, им нужен соединительный элемент, который удерживал бы их вместе, придавал им силу. Вот где нужен краеугольный камень.
Он указал на угловатый тесаный камень на вершине арки, большой и светлый, с вырезанными на поверхности декоративными веерообразными желобками.
Она проследила за его жестом взглядом, но снова сглотнула.
— Что помешает ему внезапно обрушиться?
— Он идеально подогнан, расширен в верхней части, поэтому не соскальзывает. Кроме того, он оказывает одинаковое давление с обеих сторон. Он хорошо держится, этот краеугольный камень.
— Действительно, так оно и есть. И здесь их семеро, — осторожно сказала она.
— Вместе с семью ниже, где нижняя лоджия выходит в сад.
Он говорил будничным тоном, а рука на ее спине двигалась медленными, успокаивающими движениями.
Незаметным жестом Брэндон провел пальцами по ее левой руке, все еще лежавшей на предплечье, и лукаво взял их в свои ладони. Говоря это, он постепенно придвигал ее к себе, кончиками пальцев скользя вдоль ее позвоночника. Было крайне неприлично прижимать ее к себе так близко. В конце концов, он был хозяином поместья. Она была его гостьей и находилась под его защитой. Но именно мысль о том, что он хочет защитить ее, укрыть ее, удерживала его на этом пути. Та самая мысль, которая заставила его украдкой вывести ее на террасу.
— Согласно легенде, — сказал он, не отводя от нее взгляда, — итальянский архитектор, который строил этот дом, спроектировал эти арки для своего рода уроков. Говорят, что семь нижних арок символизируют человека, соблюдающего святые таинства своей церкви.
— А верхние арки?
— Семь смертных грехов, которые тяготеют над ним.
У нее вырвался испуганный смешок.
— Боже мой! Еще одна причина не стоять под арками.
— Хм… — задумчиво пробормотал он, гадая, осознала ли она, что они сделали два или три шага. — Но ты знаешь — по крайней мере, я надеюсь, что ты знаешь, — что я бы не стал подвергать тебя опасности.
Она кивнула, не сводя с него пристального взгляда.
— Это единственная причина, по которой я позволила тебе устроить этот маскарад и выманить меня на террасу.
Он удивленно остановился. Его брови нахмурились, а уголки рта изогнулись в смущенной улыбке.
— Я думал, что у меня неплохо получается отвлекать тебя.
— Я пыталась отвлечься, — застенчиво призналась она. — Мне не нравится бояться, Брэндон. Если бы я могла что-нибудь сделать, чтобы избавиться от мурашек по спине, я бы это сделала. Только благодаря непоколебимой уверенности в твоем голосе я зашла так далеко. Я знаю, что, если бы ты заподозрил хоть малейший дефект в целостности конструкции этой террасы, ты бы никогда не позволил своей сестре, тете или кому-либо из ваших гостей ступить на нее. Однако, — она сделала паузу, чтобы глотнуть воздуха, и сжала его руку, — если быть до конца честной, я верю в тебя гораздо больше, чем в эту груду камней, которая простояла здесь почти двести лет.
Учитывая тот факт, что она все еще была напугана, ее заявление не должно было так сильно его обрадовать. Но, тем не менее, это было так.
— Что ж, тогда позволь мне вернуть тебя на более безопасную почву.
Он почувствовал, как напряглась ее спина, как только они переступили порог.
Она заглянула в дверной проем, и мягкая улыбка тронула ее губы.
— Хочешь кое-что узнать? Все оказалось не так ужасно, как я себе представляла. И посмотри. Прямо сейчас рассвет. Отсюда, сверху, очень красиво.
Когда она снова посмотрела на него, в ее глазах зажегся огонек.
— Спасибо, что сделал это утро ярче.
— Я рад это слышать.
Когда их взгляды встретились, связь, которую они разделяли, стала еще крепче, между ними возникло нечто
