связно.
— Когда вы ушли в тот вечер, Тален не отходил от меня ни на шаг. Он долго разговаривал со мной, и мы почти всю ночь не спали. Тален будто боялся, что если уснет, то за это время я приму решение не в его пользу. А я просто не могла уснуть. Все еще не понимала, что испытываю. Но к утру решила, что мне стоит побыть одной, иначе я просто не слышу саму себя. И я попросила Талена уйти. Честно, я в таком состоянии была, что уже не помню, как именно делала это, но, видимо, очень настойчиво. Я не имела в виду, что прошу Талена уйти насовсем, но он воспринял это слишком серьезно. Я видела, как ему плохо и больно, но не могла остановить, понимаешь?
Она устремила взгляд на Ивену, явно ища в ее глазах поддержку.
— Понимаю, да, — как можно спокойнее ответила Ивена. — Так он все-таки ушел?
Внезапно глаза Алирин наполнились влагой, а подбородок задрожал. Она сделала несколько глубоких вдохов и продолжила:
— Да. Он подумал, что я решила расстаться. Но за ту ночь он столько сил потратил, что их уже не осталось, чтобы меня вновь переубеждать и спорить. И он просто уехал. Не сказал, куда, а я и не спросила. Я весь день просидела одна со своими мыслями и по-прежнему не знала, что делать и как жить дальше. А потом мне позвонил брат Талена и сообщил, что Тален ехал к нему, но попал в аварию. Господи, Ивена, я так испугалась.
Слезы уже не удерживались и стекали по щекам. Ивена взяла руки Алирин в свои, заглянула ей в глаза. Внутри все болезненно сжалось.
— Что с ним? — со страхом спросила она.
— Нет-нет, все нормально, — поспешно заверила Алирин, но продолжила плакать. — Пострадала только машина, к счастью. Ну ты представь, Тален сел за руль, хотя сутки не спал, да еще и был в подавленном состоянии. Вот и не справился с управлением, стукнулся с кем-то. И знаешь, что страшно? Он не сказал мне об этом сам. Подумал, что мне уже на него все равно. И все эти дни он жил у брата. А я места себе не находила. Мне ничего не хотелось: ни есть, ни спать, ни общаться с кем-то. Я старалась отвлекаться работой, но дома-то ее нет. Дома я одна, и это ужасно душило. Особенно по ночам. Новость об аварии меня настолько испугала, что я постоянно представляла, что было бы, если бы Тален разбился. И потом мне это приснилось. Я прям увидела своими глазами его изувеченное тело, разбитую голову, лужи крови, слышала сигнал скорой помощи. И я…
Она задрожала еще сильнее. Взгляд мокрых глаз начал бегать из стороны в сторону.
— Я поняла, что не переживу, если с ним что-то случится. Поняла, что люблю его, не смотря ни на что. Я никогда бы не простила себе, если бы он пострадал, ведь это отчасти из-за меня. И я попросила Талена вернуться. Сказала, что постараюсь все принять. Если честно, еще не была уверена в этом, но мне так захотелось, чтобы он вновь просто оказался рядом. Я боялась, что Тален уже не согласится, но он вернулся. И сказал, что ждал и верил, что я его позову и приму. Мы поговорили еще раз.
На лице Алирин внезапно появилась улыбка, но была в ней какая-то горечь и грусть.
— Знаешь, вот я теперь смотрю на него… как-то по-новому. Мне кажется, что это все еще мой Тален, но стоит вспомнить, что он маг, и невольно сковывает страх и появляются навязчивые мысли, что он мне навредит. В такие моменты я стараюсь думать о твоих словах. Это хорошо, что Кастор спас Мону. Но до сих пор сложно поверить, что магия в этом помогла. Мир в моей голове становится другим. У меня такое чувство, будто наступил конец света, но я почему-то в нем выжила. И жизнь как бы продолжается, но она уже другая. При этом я не готова от нее совсем отказываться. Просто… Надо привыкать к новой реальности.
Ивена сильнее сжала руки подруги.
— Алирин, я прекрасно понимаю все твои чувства, — заверила она. — Мне это знакомо. Самой было крайне сложно осознать, что мало того, что мне нравится маг, так еще и то, о чем он говорит, правда. И одиночество тоже давило, ведь мои новые взгляды никто не разделял. Люди твердили, что все это ерунда, и я чувствовала себя сумасшедшей. Но почему ты все-таки игнорировала меня? Я бы тебя поддержала.
Алирин бросила на Ивену виноватый взгляд.
— Сначала я была очень зла на тебя за то, что ты знала правду, но скрыла от меня. — Она выдержала паузу и неожиданно призналась: — А потом мне стало стыдно перед тобой. В тот вечер я вела себя как дура, но поняла это только спустя время. Я не знала, как тебе в глаза смотреть. И до сих пор удивляюсь, что ты все это время обо мне беспокоилась и сейчас впустила к себе.
— Знаешь, вот это тоже звучит обидно, что тебя удивляет моя забота, — по-доброму усмехнулась Ивена. — Я не отвернусь от тебя. И ты больше так не делай, пожалуйста.
Алирин чуть улыбнулась, после чего придвинулась к Ивене ближе и прилегла, облокачиваясь на ее плечо. Рыжие выбившиеся волосы пощекотали щеку Ивены, из-за чего пришлось их аккуратно поправить.
— Мне даже в какой-то момент стало неприятно, что магия хочет отнять у меня еще двух дорогих людей, — с сожалением произнесла Алирин. — Я не хочу жертвовать ни нашей с тобой дружбой, ни отношениями с Таленом. Когда он вернулся, я видела, что он счастлив, хотя мог вообще послать меня. Зачем ему та, кто его презирала и отталкивала? Но он продолжил твердить, что любит и не бросит. И не навредит. И знаешь, что? Возможно, это глупо, я еще не знаю, но… Мне так захотелось верить ему. Так, как верила раньше.
Голос Алирин стал теплее, и Ивена не сдержала улыбки. Теперь это была уже привычная подруга, всем сердцем любящая своего жениха.
— Я ему ответила тем же. Потому что это чистая правда. Не могу от него отвернуться, понимаешь? Никак не могу, что бы там здравый рассудок ни твердил.
— Если он тебе твердит, что надо Талена принять, значит, твой рассудок действительно здравый, — дружелюбно поддела Ивена. — Ты все правильно сделала.
— А тебе не кажется, что это все-таки странно? — Алирин приподняла голову. — Как ты говорила, шутки судьбы.
