Зря или нет?
Не знаю.
С уроком на завтра (звучит так, как будто бы я снова пошла в школу!) я справилась на удивление быстро, а после еще даже написала небольшую статью в газету, отправив ее главному редактору, с которым мы чаще всего общались по Интернету. Затем дала себе вовремя немного передохнуть и, отпивая глотки только что сваренного кофе, позвонила Алене. У нее в школе тоже все прошло довольно гладко, и даже класс ей понравился, хотя, судя по всему, мальчишки-старшеклассники пытались с нашей моделью заигрывать, что, в принципе, неудивительно.
— Ты сегодня свободна? — вспомнила я, наконец, о цели своего звонка.
— Да, — ответила Алена.
— Может быть, к нам в гости?
— В гости к вам? — растерялась подруга, видимо, вспомнив вчерашний вызов духа. — Не знаю…
— Приходи, я тебе черничный пирог сделаю, — пообещала я. — Или ты боишься?
— Боюсь? — переспросила девушка. И она, и другие члены нашей маленькой компании, да и не только они, бывают у нас с Даном в гостях. Если из-за идиотских экспериментов Темных сил Аленка перестанет захаживать к нам, я его убью, честно слово, эту дьявольскую няшу.
— Ну, после вчерашнего, — пояснила я. — Просто вчера так тупо все получилось. Ты из-за какой-то ерунды испугалась непонятно чего. И мне теперь неловко, — я говорила почти правду. Я, действительно, не хотела, чтобы подруга чувствовала себя дискомфортно из-за всей этой около мистической чуши. — Ты к нам в гости пришла, и тебя мы умудрились довести до такого состояния.
— Брось, Насть, — отмахнулась девушка. — Я сама виновата. Не надо было задавать вопросы и ввязываться во всю эту ерунду. — Я почувствовала, что со вчерашнего дня Алена стала смелее, и облегченно вздохнула, но продолжила упорно звать ее в гости.
— Тогда приходи на пирог! — торжественно объявила я.
— Приду, уговорила, — согласилась девушка. — Буду через два часа. Жди. А Даня, кстати, дома?
— Нет, он уехал на фотосессию, — отозвалась я — с соседом мы только что переписывались. — Будет вечером. Может быть.
— Посекретничаем вдвоем, — рассмеялась Алена. — Мы не часто просто так сидим — ты и я.
Это было правдой.
— Или ты кого-то еще хочешь позвать? — спросила подруга. — Алсу или Ранджи?
— Ранджи на тренировках, наверное, а у мамы Алсу сегодня День рождения, думаю, они вряд ли смогут приехать. Посидим вдвоем.
— Ну, хорошо, тогда я пошла мыть голову — сижу с маской на волосах, — сообщила мне Алена и отключилась, а я пошла на кухню исполнять свое обещание — делать черничный пирог, одну из немногих вещей, которые получилась у меня очень вкусными. Как раз к тому моменту, когда пирог только-только начал остывать, а я вытащила заранее приготовленные газеты, среди которых почти тут же нашла нужную в дверь квартиры позвонила подруга. Она разулась, легонько обняла меня и, демонстративно потягивая носом воздух, в котором плавал аромат выпечки, вошла в гостиную.
— Ого, — сказала она, увидев кучу газет на полу и журнальном столике, на котором вчера лежал спиритический круг. — Что ты тут ищешь?
— Да мне кое-какую инфу надо найти, срочно, — с невинным видом сообщила я, усаживаясь на пол к вороху газет, и любовно погладила одну из них.
— Какую? Тебе помочь? — села на краешек дивана подруга.
— Да я записала в какой-то из газет номер телефона одного важного дяденьки из агентства печати и массовых коммуникаций, который мне для интервью нужен будет, а Даня все газеты собрал. Сложил вместе и я теперь не знаю, где нужный номер телефона. — Я поморщилась — между прочим, у нас с другом такое уже было. Тогда, помнится, телефон этого самого важного дядечки я искала целый час и жутко злилась, а Даниил ходил кругами и читал лекцию о том, что всю информацию надо записывать в ежедневник, а не куда попало. Я, в общем-то, была с ним согласна, но все равно огрызалась. Зато это стало мне уроком и я теперь, когда разговариваю с кем-то по телефону, всегда держу при себе ручку и блокнот.
— Давай, я тебе помогу, Насть, — потянулась к одной из газет, лежащих на полу, подруга. Газеты, лежащие на журнальном столике, хоть и были к ней ближе, но все-таки оказались проигнорированы.
— Помоги, — согласилась я. — Я бы не стала сейчас их искать, но главный редактор позвонил и срочно потребовал этот телефон. А он, как назло, потерялся!
Я стукнула кулаком по полу.
— Не злись, — примирительно сказала Алена. — Сейчас найдем!
— А если Дан его этот номер вообще выбросил? — сварливо спросила я. — Что я тогда делать буду? Биться головой о стены?
— Прекрати, сейчас мы найдем номер телефона, — спокойно сказала русоволосая девушка, листая газету и внимательно проглядывая страницы ы поисках телефона. — Ты помнишь, где записала телефон? В начале, в конце?
— Да где-то в середине, синей ручкой, наверху, — поморщилась я, протягивая под шумок Алене несколько газет, в одной из которых и был наскоро записан мной телефон — на очень нужно странице. Помнится, когда пару месяцев назад я читала расположенную там статью, занимающую всю полосу, недовольно морщилась, в очередной раз поняв, что СМИ врут, преувеличивают или искажают информацию, иногда даже сами этого не понимая.
Листая газету, я краем глаза следила за подругой. Через минут пять она открыла нужный номер, и я даже замерла, стараясь не подать вида, что волнуюсь, хотя была уверена, что у меня это хорошо получается.
Шестая полоса, Алена должна открыть ее. Она так внимательно просматривает страницы, желая мне помочь, что ни за что не пропустит здоровенное интервью с фотографией дядюшки Тимофея, заголовок которой просто, но весьма примечательно гласит: "Тимофей Реутов: успешный бизнесмен и крепкий семьянин!". Собственно, в статье рассказывается о том, какой прекрасный дядя Тим управленец и предприниматель, который при всей своей загрузке не забывает о своей прекрасной семье, то есть, о дорогой тете Ире — их пара в газете выглядит чуть ли не совершенной. Оба молодые оба успешные, оба богатые и оба счастливые. И совместное фото, где они сидят в обнимку у настоящего уютного камина, установленного в их загороднем доме, это подтверждает. После краткого и восторженного экскурса в жизнь моего родственничка прилагается интервью, в котором дядя рассказывает о бизнесе, преодолении трудностей, отношениях с родными и близкими, которых он, конечно, безумно любит и о которых так же безумно беспокоится, и о красавице-жене, которая, по его словам, всегда готова ему помочь. Помнится, когда я это читала, сначала сердилась, что подобное написали в газете, где я числилась внештатным сотрудником, потом дико недоумевала, а потом, дойдя до этого места, стала хохотать — ага, тетя Ира поможет ему в могилу сойти, это точно!
