— Ну вот и ступай, мой друг, седлай Гнедка. Я сейчас совершу некие зловещие магические действия, готовясь к смертельной схватке и…
— Ух ты! — Глаза пацана загорелись.
— Вот именно. Сперва я испробую заклинание, превращающее в свиней всех, кто находится от меня на расстоянии в десять шагов… — Томен, наклонив набок голову, прислушался, торопливый топот стих сразу же за дверью. Тогда маг добавил, повысив голос. — Потом другое, обращающее в гусеницу того, кто стоит за дверью!..
Подготовка к рейду в Крейн шла полным ходом. Во дворе замка в свете многочисленных факелов расхаживали латники, рыжие отблески метались на звеньях кольчуг, на пряжках и бляхах воинского снаряжения. Всхрапывали кони, облачаемые в походную упряжь, косились на факельное пламя, и крошечные огоньки трепетали в их больших влажных глазах… Повсюду то и дело лязгал металл, кто-нибудь поминутно проверял, легко ли выходит из ножен клинок, хорошо ли пригнаны доспехи, туго ли затянут ремень… Наверняка воины немного нервничали — и в самой пустяковой схватке имеется смертельный риск, и даже предстоящая незначительная вылазка может обернуться для кого-то увечьем и смертью. Никому ведь неизвестно, что за люди проникли нынче в разрушенный Крейн… Даже самые опытные ветераны не могут избавиться от двойственного чувства — с одной стороны, хочется, чтобы все свершилось быстрее, чтобы скорей миновала опасность; с другой — словно тихий голос шепчет в ухо: а хорошо бы вдруг отложили поход, вдруг передумал добрый сеньор ок-Марнот, хорошо бы случилось нечто… нечто такое, из-за чего поход перенесут на завтра, на послезавтра… Ведь кто может знать, что ждет в заброшенном замке… Кони тоже волновались.
Томен прошелся по двору, высматривая знакомых, приветственно помахал Керту, оруженосцу ок-Ведлиса, кивнул мрачному Ондику, со стороны взиравшему на сборы.
— Дядь! Мастер чародей! — раздалось за спиной.
Томен обернулся — к нему шагал давешний белобрысый пацан, ведя в поводу оседланную лошадь. Гнедок в самом деле выглядел вполне смирным животным.
— Дядь! А покажешь это колдовство, которое всех в свиней превращает?
— Нет, не покажу, — величественно ответил маг, принимая повод.
Тут показался Руватег, латники расступались, освобождая дорогу господину. Рыцарь уже облачился в кольчугу, усиленную на груди и плечах стальными пластинами, шлем он не надел, и черные кудри, живописно обрамляющие загорелое лицо, подрагивали на тускло отсвечивающем нашлемнике.
— Приветствую, мастер! — с неизменной ухмылкой провозгласил дворянин. — А что, вы знаете такое заклинание? Любопытно. Я о подобном не слыхал.
— Нет, сэр, не знаю. Но не сомневаюсь, что оно существует. Достаточно поглядеть на кое-кого из моих знакомых — они явно околдованы… вот хотя бы шкипер Корель… этакий кабан! Правда, надо сказать, действие сего заклинания почти не затрагивает внешность…
* * *
Незамысловатая шутка вызвала несколько нервных смешков… Томен принял повод Гнедка и отпел коня в сторону, к стене здания. Маг огляделся в поисках какого-нибудь возвышения — лавки или большого камня, с которого будет сподручней взгромоздиться в седло. Искусство верховой езды — вещь полезная и магу, вынужденному постоянно странствовать, необходимая. Но хорошим наездником молодой чародей себя не считал, во всяком случае, предпочитал смирных лошадей, хорошие стремена и спокойный аллюр. А еще лучше — собственные ноги.
Стемнело, небо из темно-синего стало бархатно-черным. На бархате сверкали голубоватые бриллиантики звезд. К ним, в прохладную высь, уносились крошечные теплые рубины искр от многочисленных факельных огней. Взлетали, петляя в дымных струйках теплого воздуха, вспыхивали напоследок… и гасли, чтобы копотью осесть на стенах. Постепенно передвижение во дворе замедлилось, воины заканчивали приготовления, пристегивали подшлемники и выводили оседланных лошадей. Звеня шпорами, прошли Ройбер и Колстир ок-Ведлис. Ок-Марнот был в кольчуге, юный сэр Колстир — в том же самом полном доспехе, в котором приносил присягу на верность ок-Марноту.
— Ты зря облачился в тяжелые латы, — заметил Ройбер, — вряд ли нам предстоит серьезная схватка, а тяжелые доспехи ограничивают подвижность. В замке наверняка придется спешиться.
— У меня нет ничего другого, — потупившись, бросил вассал, и крикнул: — Эй, Керт! Коня!
Оруженосец торопливо подвел жеребца под тяжелой попоной.
— Чудак, сказал бы пораньше… Могли подобрать тебе чего-нибудь полегче, в Марноте хватает кольчуг. Но теперь уж поздно. Ладно, останешься снаружи, когда мы войдем в Крейн. Незачем в полном доспехе шнырять по темным закоулкам.
— Но…
— Нет, Колстир, — Ройбер поднял ладонь в стильной рукавице, жестом прерывая возражения младшего товарища, — ты не знаешь Крейна, там такие руины, тесно там… И все равно же кто-то должен оставаться снаружи… Руватег, ты готов? Хейнкир, Эдрис? Тогда выступаем.
Зрители и те участники сборов, что не принимали участия в походе, посторонились и сгрудились у стены, под факелами, в которых металось рыжее пламя. Латники принялись торопливо подтягивать стремена, застегивать последние пряжки на сбруе и доспехах. Кони фыркали и переступали на месте, принимая в седла наездников. Копыта, подкованные накануне, лязгали о булыжник.
Томен подвел послушного Гнедка к корыту, из которого поили лошадей, взобрался на бортик и довольно неуклюже вскарабкался в седло. Поерзав и выбрав наконец удобное положение, маг огляделся — не наблюдает ли кто за его неловкими действиями. Но нет, никому не было дела до промашек непривычного к седлу чародея. Только белобрысый конюхов сынишка внимательно наблюдал за действиями мага, но Гилфинг миловал, помалкивал. Томен подмигнул пацану, тот неуверенно помахал грязной ладошкой в ответ…
— За мной! — скомандовал Руватег и первым направил коня к воротам…
ГЛАВА 35
Следом за сеньором к воротам неторопливо потянулись латники, по одному пристраиваясь к походному строю. Ни суеты, ни заминок — все прекрасно знали, что им следует делать. Томен не представлял, где надлежит находиться ему, поэтому собрался пристроиться в хвост вереницы. Однако, направив Гнедка вслед латникам в проем внутренних ворот, он обнаружил, что сэр Ройбер поджидает по ту сторону портала, у въезда на мост. Рыцарь, неподвижно восседающий на огромном боевом коне, напоминал металлическую статую, отблески факельных огней причудливо плясали на кольчуге. Когда последние всадники миновали ворота, ок-Марнот тронул коня следом. Его место в походной колонне было в хвосте, что не вполне соответствовало представлениям Томена о дворянских обычаях. Возглавлял строй Руватег, официально числившийся подчиненным наследника старого господина замка. Возможно, решил маг, марнотские дворяне отступают от общепринятых обычаев только в ночных переходах…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
