рукой по лбу, отвечая.
— Мы не привыкли к короткоствольному, но… Больше этого не повторится, — быстро добавил он в ответ на мой яростный взгляд.
— Я на это надеюсь, — и я снова присел рядом с Мишиным, чтобы оказаться на одном с ним уровне. — Я начинаю сомневаться, что это маньяк, — сообщил я ему хмуро.
— Почему? Очевидно, что данный тип явно не дружит с головой, — советник открыл глаза и потёр переносицу.
— Да нет, на самом деле его действия очень логичны, но… — выждав короткую паузу, я продолжил: — Он всегда сначала топит свои жертвы, а потом уже режет лапой. Но в двух случаях почему-то сделал исключения. И если предположить, что тот несчастный приказчик — это просто очень особенная для него жертва, то вы не вписываетесь в картину. Вы не его типаж, да и это отклонение от своеобразного ритуала… Нет, тут что-то другое. Кстати, держите, — и я протянул ему коготь, который вытащил из его щеки. — У него нет пока любимого оружия, поэтому сейчас возможны варианты.
— Так вы же сами сказали, что он не маньяк, — Мишин приложил руку ко лбу. Наверное, у него разболелась голова и он теперь туго соображал.
— Но это не значит, что он не продолжит убивать, — я поднялся и подошёл поближе к дереву, вытаскивая блокнот и тщательно перерисовывая руну. — Что это?
— Не знаю, какая-то защита, но более точно не могу сказать, я не рунолог, — ответил Мишин и попробовал подняться на ноги. Со второй попытки у него получилось, и он наклонился, чтобы тоже рассмотреть руну. — Да, определённо, у неё защитная функция. Я могу предположить, что её здесь нарисовали, чтобы нежить трупы не сожрала.
— Он маг? — я нахмурился.
— Не думаю, — Мишин покачал головой и тут же схватился за неё, негромко выругавшись. — Такие символы могут и не маги наносить. Нежить чувствует нюансы, но предпочитает не рисковать и не соваться к местам, помеченным подобным образом. А то вдруг это маг так замаскировал свою ловушку, чтобы наловить себе мавок побольше.
— Ага, для опытов, — я криво усмехнулся и отошёл от берёзы. — Теперь вы верите, что это был человек, а не озёрная нежить?
— Сейчас мне очень сложно утверждать обратное, — Мишин вздохнул. — Я отправлю запрос на детектива первого ранга сразу же, как только вернусь в Дубровск. Пусть уже он разбирается, кто был этот псих: маньяк, ваш сообщник или кто-то другой.
— Понятно, значит, извинений и благодарности я не дождусь, — протянул я и негромко рассмеялся. Всё-таки высокопоставленные чиновники во всех мирах одинаковые. Даже не знаю, что должно произойти, чтобы они признали свои ошибки.
— Я обязан рассматривать все версии, — чопорно ответил Мишин. — Тем более что вы сами никак не можете оставить это дело, хоть оно и находится не в вашей компетенции. Так что ожидайте, скоро с вами свяжется детектив первого ранга хотя бы для того, чтобы произвести дознание.
— Буду ждать с нетерпением, — и я широко улыбнулся. — Давно хотел посмотреть на того неудачника, которому не повезло первый ранг получить.
— Вы очень странно к этому относитесь, — Мишин смерил меня пристальным взглядом с ног до головы. — Помогите мне дойти до машины, нам здесь, похоже, нечего больше делать.
— Я тоже так думаю, — ещё раз осмотревшись, я пошёл следом за Мишиным, чтобы поддержать его, если тот начнёт заваливаться. — И всё-таки, почему вы пошли сюда в одиночестве?
— Потому что в определённый момент каждый начинает чувствовать себя неуязвимым в силу различных причин, — немного помолчав, ответил Мишин, хотя я, если честно, не ждал от него ответа. — В моём случае моё положение сыграло со мной злую шутку. Хотя сейчас я не понимаю, зачем он вообще напал на меня. Это бессмысленно как со стороны маньяка, так и со стороны… кого-то другого.
— Да и как мой сообщник он не должен был привлекать к себе внимания, — я ухмыльнулся, а потом неохотно добавил: — Не знаю. Мы сможем только у него спросить, когда поймаем.
— «Когда поймаем»? Не «если»? — уточнил Мишин.
— А вы в этом сомневаетесь? — я перестал ухмыляться и невольно прибавил шаг. — Даже если этот урод не маньяк, он определённо слетает с катушек. А может быть, тоже начал чувствовать неуязвимость. В любом случае его нужно остановить, иначе он много дел может натворить.
Глава 24
— Так, значит, граф Скворцов, — протянул сидевший напротив меня барон Князев. — Вот же гнида!
— Ещё ничего точно не известно, — задумчиво ответил я, беря в руку чашку с чаем. — Я знаю только, что это именно он нанял тех бандитов, которые напали на меня в баре. Но это понятно, человеку хочется отомстить, так что за тот случай я не в претензии. Другое дело, что он может задумать отомстить Ирине.
— Учитывая, что он натравил на неё оборотней — это не исключено, — хмуро добавил барон. — Более того, я сейчас просто уверен, что именно он стоит за смертью Голубева.
— Это тоже всего лишь догадки, — напомнил я ему. — Доказательств, что это так, у нас, к сожалению, нет.
Барон помрачнел ещё больше и схватил свою чашку с чаем. Он приехал в Блуждающий замок через три дня после происшествия в Лилейнике. Сначала был занят — уезжал по делам в столицу, а потом ему мозг выносил Мишин, высказывая всё, что думает об управлении бароном землями и людьми. В итоге приехал Князев, чтобы наконец-то поговорить, в очень взвинченном состоянии, и тут я с порога на него такие новости вывалил.
— Андрей Михайлович, — начал наконец Князев, после того как я начал думать, что он больше не произнесёт ни слова. — Я не хотел бы вас утруждать, но раз обстоятельства сложились таким образом… В общем, вы не могли бы снова приютить на время Алину?
— Что? — я моргнул, но Князев не дал мне развить мысль о том, что и одна-то девица в доме у холостяка — это как-то неправильно, а уж две…
— Не возражайте сразу, подумайте. Я опасаюсь за жизнь своих детей. Не могу понять, что именно привлекло этого… в общем,
