псих! – это я добавила. – И что тебе в следующий раз не избежать смертной казни, и он убьет тебя. Как тебе такая перспектива?
– Превосходно!!! – он захлопал в ладоши. – Я рад, что он так думает! Но… боюсь огорчить его, если он меня убьет, то ему станет скучно, да и совет не позволит. Единственное что они позволят сделать посадить меня… ненадолго! – Я люблю, когда он злится. Правда, он хорош в гневе!
– Ты псих… – я попыталась его скинуть с себя, потому что мне надоело выслушивать этот бред. Пусть уходит или уже зарежет.
Он вновь заткнул ладонью мой рот, я попыталась укусить. Но он успел убрать руку.
– Какая строптивая! – по его напряженному лицу скользнула мерзостная улыбка.
Резкая боль в ноге, слезы полились градом, из моего левого бедра торчал нож. А сверху сидел Морро и улыбался мне.
– Сволочь!!!
– Прости, но мне пора, – раздался звук разбившегося стекла, я повернула голову на шум, и только увидела, как подол его плаща исчез в темноте.
«Чтоб ты себе ноги переломал» пожелала я ему мысленно в след. Второй этаж все-таки. Доберется до тебя Блэйк, ух, я тебе обещаю, и я ему в этом помогу. А потом сама тебя допинаю и повешу на столб, чтоб вороны доклевали.
На крик примчались все, кроме Блэйка, я сжимала обеими руками бедро, и не знала, что делать. Ленс увидел меня с ножом в бедре и лужи крови, заорал громче меня. Будто в него нож вонзили. Он присел на корточки рядом со мной, сбивчиво заговорил и схватился за рукоять ножа.
– Не надо!!! Позови Блэйка… – я опять закричала от боли, лезвие внутри меня пошевелилось. – Мне нужен Блэйк… – охрипшим голосом умаляла я Ленса, а крови становилось все больше.
– Хорошо. Я найду Блэйка, – его самого трясло от увиденного.
Ждать долго не пришлось, в комнату ворвался Блэйк, удивленно посмотрел на меня лежащую в луже крови с ножом в бедре. Вытолкал народ из комнаты, и даже Ленса, тот не хотел уходить, но Блэйк толкнул его, и тот кубарем выкатился. Остальные коридорные зеваки не стали сопротивляться. Подошел ко мне, осторожно поднял на руки и перенес на кровать А потом полное ярости:
– Кто??? – глаза налились кровью изо рта валит пар, или мне так показалось.
– Он выскочил в окно… – говорить было больно, слезы лились ручьем. – Блэйк, тебе не понравится то, что я скажу, – окровавленной рукой я вытерла с лица слезы.
– Кто?!
– Виктор Морро.
Вот тут-то его и накрыло, выражения его лица изменилось, оно стало холодным и отреченным, все, что я знала о нем, спряталось под толстой броней. И теперь передо мной стоял тот самый Эдвард Блэйк, холодный и беспощадный сыщик с которым меня столкнула судьба в холодной камере.
Он подошел к окну, понюхал воздух, и выпрыгнул в окно, и больше я его не видела и не слышала.
– Супер… – выкрикнула я. – Я подожду, если не истеку кровью! О, милая Тиль, тебе не больно нет, не больно, ну и здорово! – я разыграла сценку между Эдвардом и мной. – А кто меня будет лечить, кто вытащит нож, ничего, если я с ним тут похожу? – кричала я в окно.
Но меня никто не слышал, боль распространилась по всему телу. Судя по тишине за дверью, сюда никто не спешил. Мне стало жалко себя, слезы брызнули с новой силой, я злилась на всех, но в первую очередь на Блэйка. Неужели ему Морро важнее, чем я, с ножом в бедре? Как так? Я помню, что он спал и видел, чтоб поймать его и отомстить за свою семью. Ну а как же я?
А ты его работа, ты не помнишь, как он тебе заявил это. Так что не переживай по этому поводу, побегает и вернется, и вытащит это злосчастный нож. А ты тут посиди на кроватке и не шевелись пока.
Встать у меня получилось раза с третьего, точнее подползти к двери ухватиться за щеколду и подтянуть свое тело. И опираясь на здоровую ногу, у меня наконец получилось выползти в коридор, а там, стиснув зубы держась двумя руками за перила, спрыгивая, не спеша со тупенек на здоровую ногу, а левую волоча за собой.
В черном лебеде было тихо, людей кроме человека за стойкой не наблюдалось. Я осмотрелась в поисках, хоть одной знакомой физиономии.
– Им что всем наплевать, что я тут с ножом в бедре? – проорала я на все заведении не своим голосом.
Хватаясь, за все что можно и нельзя, я доковыляла до двери на улицу. Человек за стойкой как-то не лестно обо мне отозвался, я обернулась, сказать, что сам такой. И поняла его возмущения, я за собой на полу оставляла, довольно приличные лужицы крови. А я то думаю, чего это у меня перед глазами начинает все плыть, мне нужно поскорей найти кого-нибудь, пока не потеряла сознание. Если не напомню о себе, вряд ли кто вспомнит. Я открыла дверь, на небе сгущались тучи, прохладный ветер не принес облегчения. Вывалившись на улицу, еле удержалась за дверь, которая заскрипела под моим весом. Я прислонилась спиной к холодному камню трактира черный лебедь и стала высматривать Ленса.
Куда они все подевались, черт возьми их? Им что наплевать на меня. Я решила не стоять, а пойти к Орфею, может там, кого найду. Не успела я доковылять до стойла, как откуда ни возьмись, на меня налетел Ленс. Он, видно, не ожидал встретить тут меня.
– Ты что тут делаешь? – в его голосе была нотка недовольства.
– Пытаюсь найти того, кто вытащит нож, и кто это сделает, отдам я сердце и руку свою! – заговорила я стихами.
– Ты совсем сбрендила? – Ленс неоднозначно глянул на меня; – Блэйк тебя, а потом меня убьет, если увидит тебя здесь расхаживающую с ножом в ноге.
– А из-за кого ты думаешь, я тут расхаживаю! Вы все смылись, а я там одна сижу, истекаю кровью и умираю от адской боли, – я была в гневе.
– Вернись обратно в комнату!
– И что? Нож сам выйдет… через пару дней, как заноза? – мой смех был похож на смех сумасшедшего. – А ты… – я ткнула Ленса пальцем в грудь, – почему ты не пришел?
Он опустил глаза, вид у него был раскаивающийся.
– Я боюсь вида крови! – мне даже пришлось напрячь слух, чтоб расслышать, что он сказал.
– Не смеши мои тапочки… – я пошатнулась, но он поймал меня. – Чтоб такой сильный и здоровый мужик боялся
