не действовал, возможно, потому что мне хреновей некуда.
В комнате через мгновение стало свежо, запахи цветов, свежей выпечки наполнили комнату. Ленс не отходил от окна, пытаясь отдышаться.
– Понимаю, понимаю… но, судя по ране, ее ранили пару часов назад!
– Льюис, от тебя вообще невозможно ничего утаить.
– Поэтому я лучший! – он довольно хмыкнул, воздев руки к небу.
– Я не сомневался! Она может идти?
– Да! Но советую не мыться пару дней. И вот, держи – он дал мне банку с зеленой слизью. – Как почувствуешь, что боль возвращается, намажь.
– А что это? – покрутила в руках баночку, ища этикетку.
– Тебе лучше не знать! – он мило улыбнулся и подошел к Ленсу.
– Тиль ты не подождешь меня на улице, нам нужно поговорить.
– Хорошо!
Я вышла на улицу прихрамывая, все-таки было еще больно полностью опираться на ногу. Утреннее солнце ослепило, прищурила глаза и стала оглядываться. Я немного нервничала, ведь сегодня я увижу брата. Казалось, что прошла вечность, я по нему очень соскучилась. Вскоре вышел Ленс, кивнув мне, и помог взобраться на лошадь.
– Я не поблагодарила твоего друга!
– Ничего страшного! Он всегда рад мне помочь!
Я не стала его расспрашивать почему, меня это не касается. Сейчас передо мной стояла проблемка посложнее. Я осталась без камня Фалько, и теперь каждая ищейка меня заприметит, и без Блэйка, который укрывал меня от остро колющих предметов. И вскоре попрощаюсь с Ленсом, мы останемся с братом вдвоем. Я не представляю, что нас ждет; выберемся ли мы из этого всего живыми и попадем ли домой.
Мы остановились у ворот, ведущих в парк. Ленс спешился первым и подошел помочь мне.
– Ну вот, мы прибыли! – грустным голосом сказал он.
– Спасибо.
– Я буду скучать по тебе! – он продолжал держать меня за руку. – Если хочешь, я могу пойти с тобой.
– Нет Ленс, спасибо. У тебя и так без меня куча дел, наверное. Я тоже буду скучать по тебе, – я поцеловала его в щеку, и он ушел.
Я подняла рюкзак, надела на спину и, хромая, пошла искать брата. Я молила небеса, чтоб брат дождался меня, я не хочу оставаться в этом мире одна.
Парк оказался очень красивым, вдоль дороги, посыпанной красным песком, растут удивительно прекрасные цветы, их запахи смешались воедино и трудно разобрать, что какой запах источает. Пышная листва на деревьях, ярко зеленого цвета, поют птички. Я бы хотела прийти с Блэйком сюда, посидеть на скамейке, покормить птиц. От злости прикусила губу, тем самым наказав себя за эти мысли. Он предатель, он бросил меня, когда нужна была его помощь. А теперь ты мечтаешь о нем, как одиннадцатиклассница, об этом засранце.
На скамейке, как и было написано в письме от брата, сидел мужчина. Комплекция похожа на брата, я осторожно подошла к нему и тыкнула пальцем в плечо. Он спал, поэтому не услышал, как я к нему подкралась. Брат сильно изменился, похудел, кожа стала более загорелой, отрастил бороду, что придавало ему возраста и солидности. Одет был непринужденно: легкая синяя рубашка, коричневые штаны и туфли на босую ногу. Он не сразу узнал меня, да я бы тоже, наверное, не узнала бы себя. Он секунд пять смотрел на меня и пытался понять, что хочет эта замухрышка.
– Ти—ль? – он вскочил со скамьи и заключил меня в объятия.
– Риз, отпусти, задушишь, – хрипела я.
– Прости. Ты… ты так изменилась! – он осмотрел меня с ног до головы. – Я думал, что ты… что у тебя ничего не получилось, что ты погибла. Так много времени прошло. Я уже стал терять надежду, но зная твой упертый и любопытный характер, я ждал тебя и, наконец, дождался. Я рад, что с тобой все в порядке, ну почти. Я очень по тебе скучал.
– Я тоже. И ты тоже изменился! Ну что, дорогой братец, теперь ты должен мне все объяснить. Ты так просто от меня не отделаешься.
– Хорошо, – он выставил перед собой ладони, – Но только не здесь, идем.
– У меня там лошадь, я не могу его оставить!
– У тебя есть лошадь! – он очень удивился.
– Да, а что в этом такого. Мне подарили ее!
– И кто же?
– Не важно, – я отмахнулась рукой.
– Тогда жди меня, я подгоню машину.
– Машину?
– Ну да их местный аналог нашего автопрома, – мы оба поржали. Мой брат всегда любил поржать над отечественным автопромом.
Я осталась ждать брата, прислонившись к Орфею, тот принимал ласки очень охотно. Громкий шум нарушил утреннее спокойствие, и запах выхлопных газов уничтожил все ароматы. Ко мне подъехал тот самый драндулет, на чем я, собственно, имела честь прокатиться. Воспоминания нахлынули на меня, лицо Блэйка стояло прямо передо мной. Я тряхнула головой и подошла к Ризу.
– А коня куда сажать? – подколола я братца.
– Коня цепляй сзади, мы поедем медленно, чтоб он поспевал за нами.
– А он не сдохнет от выхлопов твоего катафалка,
– Тиль, когда тебя вообще это волновало. А ты сильно изменилась, стала такой взрослой.
– Если бы ты был на моем месте, то тоже изменился.
– Я был на твоем месте, поверь!
– Что-то не заметно.
– Я просто это скрывал. А с тобой что приключилось? Что с ногой, и с рукой?
– Бандитская пуля, скажем так!
– Ладно, у нас будет предостаточно времени, чтоб все друг другу рассказать!
– Что это значит? Мы не вернемся домой? – он странно на меня посмотрел, но не ответил на мой вопрос.
– Тебе нужно кое-что узнать! Ты никогда не задумывалась над моим именем?
– Нет! Имя как имя.
– Тиль, ты двадцать один год прожила в нашем мире. Ты видела хоть одного парня с таким именем – Тириз?
– Нет! – я помотала головой.
– Такого имени вообще не существует там, а вот здесь ты можешь встретить много мужчин с таким именем, несмотря на то, что оно очень старое!
– Что ты хочешь этим сказать? – мысль одна другой становились страшнее, и я понимала к чему он клонит.
– Просто задумайся. Знаю, тебе будет тяжело принять все это, ты родилась в мире технологий и не видела другого. Поэтому моя задача, рассказать тебе обо всем, мы не случайно здесь.
– Заткнись Риз! – я закрыла ладонями уши. – Это все неправда, я просто сплю, это дурацкий сон.
Риз не давил на меня, он дал мне время поверить в то, что я принадлежу этому миру, а не тому, где остались мои друзья, моя учеба, моя комната, обклеенная постерами музыкальных групп.
– Почему сейчас?
– Что?
– Я спрашиваю, почему сейчас, а не тогда, когда я была маленькой.
