ее одну, потому что, возможно, без него ей удалось бы лучше сосредоточиться. Но он этого не сделал. Он остался на месте. В кои-то веки день, проведенный под голубым полуденным небом, не был таким зверски жарким благодаря приятному ветерку, игравшему цветами плюмерии. В просветах между деревьями на несколько километров ниже виднелся город Эскайя с его золотыми башнями и бронзовыми флюгерами. Аларик был готов признать, что это практически расслабляло: сидеть здесь, среди листьев и травы, в уединении от остального дворца, на столь огромной высоте. Никакие политические игры не могли тебя здесь достать, никаких призраков войн прошлого или предвестников будущих. Только они, дыхание и магия.
«Мог бы я так жить?» – поймал себя Аларик на праздной мысли. Не будь трона, который ему нужно было унаследовать, если бы штормовики так и остались несбыточной мечтой его деда, был бы он доволен такой безмятежной жизнью, каждый день окруженный незатейливыми природными пейзажам?
Чувствовал бы он себя так же хорошо, если бы не повстречал ее?
Ну и странная мысль. Очевидно ведь, что его жизнь, какой бы она ни была, оказалась бы проще без нее. Таласин – при всей своей колючести, с этим лицом, на котором почему-то всегда задерживался его взгляд, – была керамическим снарядом, брошенным в его тщательно продуманные планы.
Сейчас она сидела, крепко зажмурив глаза, сморщив веснушчатый нос. Солнечный свет подчеркивал золотистый оттенок оливковой кожи, растрепанная каштановая коса струилась по плечу. Она выглядела чарующей, и Аларик поморщился. Что же было в ней такого, что он опустился до столь глупых описаний?
И тут боги решили злобно подшутить, и он внезапно погрузился в глубину медовых глаз Таласин, когда те распахнулись, а он не успел стереть гримасу с лица.
– Что? – пробормотала она с сильным подозрением. – Я что-то не так делаю?
– Нет, – Аларик выхватил из головы первое же оправдание, – я просто задумался.
– О чем?
Не будет же он признаваться, что пялился на нее. Он стал судорожно перебирать варианты, как уклониться от ответа, и остановился на том, что несколько часов назад действительно занимало его мысли. Кое-что, о чем ему стало известно во время переговоров.
– Твоя мать была родом с Зари.
Таласин ровно выдохнула, и это была не дыхательная практика, которой Аларик ее учил.
– Ее звали Ханан Ивралис. Мой отец встретил ее во время своих путешествий и взял с собой, когда вернулся в Доминион. Она умерла во время гражданской войны.
Аларик наморщил лоб.
– Из того, что я знаю, жители Островов Зари – могущественные воины. Что могло убить Ткача Света родом оттуда?
– Загадочная болезнь. И развилась она быстро. Она забрала ее всего за неделю, и никто не успел понять, в чем дело. Я не… – Таласин резко замолчала, ее взгляд метнулся от собеседника к водопаду. – Совсем не хочу говорить об этом.
– Прошу прощения, что поднял эту тему, – сказал Аларик мягко, формально и слишком уж искренне.
Подозрительно искренне. Вид ее демонстративно склоненной головы и сжатых на коленях кулаков вызвал у него укол вины за то, что он невольно заставил Таласин вновь пережить свое горе. Горе приобретенное, ведь она была слишком мала и не могла четко что-либо помнить о матери. Это можно было бы исправить, причастись она Просветом, но пока что по приказу Захии-лахис Белиан для них – недоступная территория.
Розовые губы Таласин изогнулись в улыбке.
– Никогда не думала, что доживу до того дня, когда ты попросишь у меня прощения.
– Я понимаю, когда переступаю черту, – сухо ответил Аларик. – Раз уж мы об этом заговорили, я хотел бы попросить прощения и за то, что вчера вышел из себя. Я надеюсь, что не сильно тебя… встревожил.
– Не встревожил. – Она по-прежнему избегала его взгляда, но ее тело несколько расслабилось. – Я тоже признаю вину. За то, что накричала и так резко ушла. Сейчас у нас есть общая цель. Мы должны работать вместе. Так что давай просто… сделаем это.
На несколько долгих мгновений Аларика потрясло до потери дара речи. Вдруг то, что он стал лучше относиться к ней, сделало лучше и ее отношение? Вдруг Севраим и правда гений? Хотя он ни за что не признается ему, что тот был прав.
Таласин повернулась к нему, слегка нахмурившись, и Аларик понял, что молчал слишком долго.
– Да, – быстро отозвался он. – Сосредоточимся на совместной работе. Я не возражаю.
Ее хмурый взгляд снова смягчился, когда она подняла уголок губ. У императора появилось отчетливое и тревожное впечатление, что она сочла его забавным.
Аларик встал, жестом приглашая Таласин сделать то же самое. Он показал одну из базовых двигательных медитаций: расставил ноги в стороны и глубоко вдохнул, держа одну ладонь на уровне живота, другую – над головой, после чего выдохнул, согнув правое колено, насколько возможно без потери равновесия. Молодой человек двигался медленно и размеренно, словно нежная океанская волна.
Сначала Таласин внимательно следила за движениями упражнения, нахмурив брови и сморщив нос, что, к беспокойству Аларика, стало казаться милым, но вскоре она явно о чем-то сильно задумалась, и в ее глазах показалась отстраненность. На ее лице отразилась неуверенность, а затем – гордая решимость, и Аларик мог только поражаться тому, насколько она была неосторожна, как не боялась проявлять самые разные эмоции не задумываясь. Это было подобно облакам, которые перемещались по небу, то закрывая, то открывая солнце. Она была такой необыкновенной, непохожей ни на кого из тех, кого он встречал и в Империи Ночи, и при дворе Доминиона.
– А что случилось с твоей матерью? – не сдержалась она от вопроса во время очередной попытки принять позу.
Обычно у Аларика не возникало желания распространяться об этом, но, к своему удивлению, с ней он захотел поговорить. Делясь каждым словом охотнее, чем следовало бы, он рассудил, что справедливо будет ответить доверием на доверие, ведь Таласин тоже поделилась с ним столь мрачным фрагментом из прошлого.
– Моя мать покинула Кесатх, когда мне было тринадцать.
«Покинула меня, – желала сказать какая-то часть его души. – Она покинула меня».
– С тех пор я ничего о ней не слышал. Могу предположить, что она искала убежища в Валисе, на родине ее предков. – Он критически окинул взглядом стойку Таласин. – Не переноси весь свой вес на одно колено. Распредели его по обеим ногам, держи спину прямо.
– Валиса, – задумчиво произнесла девушка. – Это далеко на западе, на самом краю.
Она последовала указаниям Аларика, и тот молча обошел вокруг, рассматривая ее позу в поисках того, что нужно доработать.
– Скучаешь по ней? – спросила Таласин,
