Пока до Пересвета шел, остыл немного. Вспомнил, и о следах Бездны в городище, и о чужом заклятии на стене собственного двора. Пусть бы магия его от неизвестного духа могла разрушиться, да зарубки на древесине сами появиться бы не смогли. И как бы дух чужой сам по себе в теле девицы объявился? Раз так, то ни о колдуне забывать не стоит, и о связи прежней Бажены с Бездной подумать. Не зря же Радей о том предупреждал.
Не сказал Велизар Пересвету о неведомом духе. Не станет говорить о нём, пока сам обо всем не поймет. А может просто не хотел, чтобы Бажену вновь одержимой посчитали? Поведал лишь о том, что о колдуне да о проклятии понял — что нет их и не было никогда.
Пересвет зла на ведьмака не держал да не стал винить его за ошибку.
— Шутки с Бездной плохи, — задумчиво сказал Пересвет. — Лучше потратить время зря на поиски лиходея, чем беду в городище пустить. Да ты ж сам говоришь, что колдовским зарубкам на стене твоей взяться больше неоткуда. Не перестанем мы за Белодворьем следить да колдуна высматривать.
Не стал спорить Велизар, хоть вину за лишние тревоги чувствовал. Но спросил о другом:
— Как бы найти мне Радея этого? Раз заговорил он о Бездне, точно о чем-то ведает.
— Проверит дружина моя, где Радей прижился. Приезжих в городище много, не сразу ответ тебе дам. А как найдем, тотчас гонца к тебе отправлю, — заверил его Пересвет.
— А что с молвой людской? — напомнил Велизар. Пересвет с пониманием усмехнулся:
— Так и скажу, что ты невесту из-под венца увёл, аки тать. Вот жених обиду и затаил, клеветать на девицу решился. Ежели не боишься, что о тебе люди говорить станут, то в миг о Бездне забудут.
— Ни к чему ведьмаку славы дурной бояться, — кивнул Велизар. Не бывало прежде, чтоб ведьмаки против традиций шли да суженых разлучали. Да кто ж посмеет его винить?
С тем и вернулся домой. Спокойнее на душе стало. Как найдут Радея да обо всём расспросят, так с колдовством неведомым разберутся. На всякий случай снова осмотрел охраняющее дом заклятие да поправил волшебную стену, где слабину нашел.
Но что же ему с Баженой делать? Не решил этого Велизар. Как думать о девице начинал, так сильнее были злость и обида, что мысли его туманили. Казалась обманом её забота о нём. Вскружила ему голову, о любви думать заставила, да спряталась под личиной сельской девки.
— Так и что в том такого? — отвечал на его сомнения Анчутка. — Никому она зла не чинила. Разве не видишь, что нет в ней коварного умысла? И тётка Агафья о том говорила. Может дух в ней и не наш, да нет в том ничего дурного.
Но не покидали Велизара сомнения. Наутро ждал он, что Бажена вновь на торжки попросится. Не ради этого она каждый раз встречала его? Или о встрече с Тихославом спросит, чтобы о чудесах из мира своего рассказать. Ведь раньше стоило отказать, как она будто добрее к нему становилась, пока он не согласится. Неужто только ради чудес своих притворялась?
Гнал ведьмак эти сомнения. Да вновь поверить Бажене не мог. Она и сама к нему не подходила. От того крутились мысли злые в голове, будто в его сердце Бездна путь нашла.
— Господин ведьмак! — окликнули из-за ворот.
Посмотрел Велизар на гостя — точно, мальчишка гонец. Так быстро Радея отыскать смогли?
— Беда, господин ведьмак! — крикнул мальчишка, как Велизара заметил. — В Добрице твари Бездны объявились. Дрогомиру одному с ними не справиться.
Было первой мыслью Велизара Бажену позвать, чтоб собрала его в дорогу. Да остановился: ни к чему это, если любви в ней нет. Спросил о том Анчутку, пусть снеди в узелок сложит.
Запряг коня, собрал обереги, а тут и Бажена с огорода вышла, заметила сборы его.
— Куда ты? — спросила она.
Велизар посмотрел на Бажену. Будет ли переживать о нём?
— Беда в землях, Дрогомиру вверенных. Помощь моя нужна, — ответил и отвернулся. Нельзя медлить, когда Бездна людям угрожает. Надо со сборами заканчивать да в путь отправляться.
Бажена сама ему протянула узелок, Анчуткой собранный. Не сразу Велизар руку к нему протянул. Боялся вновь поверить в искренность её и обмануться. Но всё же принял заботу, хоть и не прошла его обида. Но вдруг и правда мил ей? Вновь понадеялся, что ждать его будет Бажена. С такой надеждой никакой бой с Бездной не страшен. Да как бы вновь не ошибиться?
Оседлал коня да в путь отправился. Оборачиваться не стал. Боялся, что оглянется, а Бажена в избу ушла, не смотрит вслед ему.
41. Бажена. Волшебная стена
Я давно привыкла к тому, что Велизар постоянно пропадает в дозоре. Привыкла и к тому, что на его одежде остаются красноречивые следы, говорящие, что он не чай с гулями пил. Я знала, что служба его опасна, хоть до сих пор до конца не понимала, что же такое эта Бездна. Велизар даже если и рассказывал о ней и выползающих из брешей тварях, то очень кратко. Пусть я теперь была причастна и к этому миру, и отчасти к его волшебству, воспринимать Бездну иначе, как страшную сказку, не могла. Но в этот раз мне было особенно тревожно.
За то время, что я здесь, что-то опасное в окружных землях случилось впервые. Спросить у Велизара о чем-то не успела. И сказал бы он? От чего-то почувствовала вину за свои тайны. Но будто у меня был выбор!
Как обычно, время отсутствия Велизара собиралась потратить с пользой. Зарисовать что-нибудь или развить какую-то из ранее отмеченных идей. Какая теперь разница, если Велизар и так всё обо мне знает? Можно заявить этому миру что-то более смелое, чем обычный чугунок. Но дело не шло. Села за более приличное для местных занятие — взялась расшивать рукава нового платья. Стежки были кривыми, я исколола все пальцы. Потому отложила вышивку и уставилась в окно.
— Что могло случиться? — спросила я. Ответа не ждала, но
