можно было верить, что она продолжает нерушимо стоять вокруг двора. И всё же я открыла поддавшуюся калитку и вышла на улицу. В этот раз ничего меня не остановило.
В какой стороне упомянутая Анчуткой Добрица, не имела ни малейшего понятия. Случилось несчастье там, или Велизар успел уйти в дозор в вверенные ему земли? Как понять, где он, и как скоро я смогу туда добраться?
Я топталась у калитки, не решаясь сделать еще шаг вперёд, и искала ответы на эти вопросы. Известные в моём мире способы найти пропавшего человека тут не работают. Но Велизар говорил, что за любой помощью я могу обратиться в дом воеводы. Значит, он заранее знал, что однажды может не вернуться? От этой мысли всё внутри неприятно сжалось. Оглянулась еще раз на избу и двор, который ничем не отличался от того, каким был всего несколько часов назад, но теперь остался без защиты Велизара. А потом побежала к стенам города, искать дом воеводы. Надеюсь, я правильно помню дорогу, а сам воевода не откажет мне в позднем визите.
С приходом ночи ворота закрывали. Но стоило мне сказать, с какой проблемой я собралась к воеводе, меня пропустили.
— Ты, ежели тебя в верхнее городище не пустят, приходи к нам. Найдем, как беду твою разрешить, — сказал один из охранявших вход в Белодворье дружинников и указал короткую дорогу.
У стены, берегущей элиту этого города, действительно сложно оказалось пройти фейс-контроль. Пускать внутрь просто так меня не хотели. ВВозвращаться к внешним воротам — значит зря потратить драгоценное время, но, конечно, я воспользуюсь предложенной помощью, если сама справиться не смогу.
— Я невеста Велизара! — выложила последний из имеющихся аргументов и разрыдалась от безысходности. Кроме как надеяться на удачу и воеводу, выбора у меня не было. — Он сам сказал, что, если случится чего, воевода в помощи не откажет.
Статус невесты ведьмака резко оживил интерес ко мне охранявших вход дружинников.
— Али правда невеста? — недоверчиво прищурился один из них.
— Знак он мне оставил, — продолжала настаивать на своем. — Если случится с ним чего, чтобы сразу понять смогла, — о том, что это за знак, уточнять не стала.
Меня пустили внутрь, а один из мужчин вызвался проводить до дома воеводы. Вздохнула с облегчением — с наступлением ночи найти нужный дом было бы сложно, а я и так едва помнила, как до него добраться.
— Так ты и есть та самая Бажена? — спросил встретивший нас воевода, когда сопровождавший меня дружинник объяснил кто я и что от него хочу.
Я напряглась, вспомнив о том, как в прошлый раз встретилась у этого дома с Ярополком, и как тот едва не попытался избавиться от меня. Значит ли это, что и воевода знает о том, как я попала к Велизару, и что нас связывает? Наверное, да. Потому выложила всё, как есть.
— Клятва служения сегодня сама пропала. И стена волшебная вокруг двора разрушена. Анчутка говорил, что стоять она будет, пока с Велизаром все в порядке.
— И из Добрицы вестей нет, — задумчиво сказал воевода, оглаживая бороду. — Не вернулись ведьмаки, что отправились Дрогомиру в помощь. Но ежели пали бы, да твари Бездны по округе разбрелись, уже бы знали об этом.
Он помолчал немного, а потом развернулся к дружиннику. Тот сразу замер, ожидая приказа.
— Отправить в Добрицу два десятка, разведать, что там с Бездной. Коли нужна ведьмакам подмога, пусть гонца назад в Белодворье шлют. И распорядись, чтобы девицу до дома проводили. Ни к чему в такое время одной ночью разгуливать.
42.1. Бажена. Колдун. — 1
Меня выпроводили из дома воеводы. На прощание Пересвет пообещал, что отправит гонца, как будут какие-то вести о Велизаре и других ведьмаках. Дружинники на помощь ведьмакам, как по волшебству, были уже собраны. Один из них проводил меня до дома, попутно спрашивая, а правда я Велизару невеста? Разговаривать с ним мне не хотелось, отвечала что-то невпопад. Едва калитка нашего двора за мной закрылась, дружинник ушел, а я осталась одна.
В окне отсвечивал едва заметный свет свечи. Анчутка и домовой ждали в избе, оба встревоженно подняли взгляд, когда я вошла.
— Я думала, ты уйдешь, раз заклятие тебя больше не держит, — сказала я бесу и села с ними рядом.
— Да как я уйти могу? — возразил бес. — А ты? Ты ж без меня пропадешь. А Велизар? Нельзя мне уходить.
Домовой прижался к моему боку, словно кот. Я почувствовала его успокаивающее тепло, будто одеялом укутало мои плечи.
— Вот что, ты спать ложись, — велел мне Анчутка. — Что могла, ты уже сделала. Теперь ждать вестей. А себя изводить ни к чему. Как Велизар воротится, встретить ему должна. Помочь, коли помощь нужна, покормить да приголубить. А я ночь прослежу. Ежели гонец явится, разбужу тебя.
Спорить не стала, хотя сон не шёл. Домовой запрыгнул на печь рядом со мной. Я снова почувствовала убаюкивающее прикосновение его магии. Но как тут можно спать? Где Велизар? И что с ним? Может он ранен? И как скоро найдут его и других ведьмаков посланные воеводой дружинники? С этими мыслями я заснула. Я плохо помню, что мне снилось. Зато отчетливо помню, как каждый раз, когда в сон врывались беспокойные мысли, их отгоняли мягкие, будто пух, руки домового.
Проснулась от того, что замерзла. Домовой ушел. Наверное, у него были какие-то свои дела по ночам, и он не мог сидеть со мной до утра. Печь едва грела, хотя Анчутка хорошо растопил её с вечера. А ночи прежде не были такими холодными — всё-таки еще лето.
Спустилась с печи и поёжилась, когда ноги коснулись неприятно выстуженного сквозняком пола. Подошла к открытому окну и выглянула наружу, пытаясь определить время. Край горизонта светлел, обещая скорый восход солнца. А от окна шёл теплый не остывший за ночь воздух. Даже казалось, что снаружи теплее, чем в прогретой за ночь избе. Я оглянулась на темную комнату и нахмурилась. Не мог же домовой так увлечься поиском комфортных условий и заменить собой кондиционер?
— Анчутка, — тихо позвала я, будто могла кого-то разбудить. Бес не
