class="p1">— И?
— Как мы и думали, Тарик ищет поддержки у короля Рамадуса за спиной Элдакара. Обещает, что Захра слаба, и как только атаки на севере усилятся, страна будет без защиты. Только одно может помешать их планам.
Лин ждала.
— И?
Гарон огляделся. А потом сказал:
— Тарик верит, что во всем замешана магия. Темная магия. Не только с севера. Тут. Может, даже… — он огляделся снова. — Он говорит, что король ослеплен любовью.
— Королева?
— Похоже на то.
— И теперь она пропала. Унижение для уже слабого Элдакара, — Лин покачала головой. — Но Рихаб? Магия? Она была никем до королевы.
— Да, — сказал Гарон. — Уж слишком правдиво. О ней ничего не известно. Даже не ясно, где ее поймали. Она не говорит об этом. Конечно, Элдакар поддержал ее решение.
Они услышали новую волну шепота. Глаза Гарона расширились. Он сделал еще глоток вина.
— Слышите это?
— Фонтан остановился. И…?
Он посмотрел ей в глаза, его глаза сверкали от вечерних ламп.
— Фонтан был чарами Тарика.
— Ты же не думаешь…
Блеск в его глазах стал сильнее.
— Если Тарик пытался ослабить двор изнутри, что лучше побега королевы? Мы его вряд ли снова увидим.
* * *
Он был прав. Тарика ибн Мора не нашли. Вечер перешел в ночь, и разошелся слух, что второй маг помог королеве сбежать, что они убежали вместе. Что его презрение было игрой, прикрытием. Он использовал магию для немыслимой измены.
Зачем? Это даже не нужно было говорить. Все, кто видел Рихаб Бет-Сорр, знали, почему. Он был очарован.
Лин подумала о словах Гарона. Как друг — а то и Придворная поэтесса Эйвара — она должна была передать слова Элдакару. Что его второй маг общался с Рамадусом за его спиной. У нее были доказательства. Но эта ночь была не тем временем.
Пир оказался небольшим. Не из множества блюд, музыки и поэзии, как все представляли. Король и его маги отсутствовали. Не было и посла Рамадуса. Лин не замечала еду, хотя запах розмарина и шафрана в другое время был бы приятным. Она внимательно слушала разговоры вокруг. Хоть она тренировалась за эти недели, было сложно сосредоточиться на шепоте местных, не связанном с ней. Лин сильнее ощутила, что чужая тут. Она была чужой во время кризиса.
За Рихаб отправили поисковые отряды. Лин поежилась. Если королеву схватят… Лин не знала, как за такое накажут. Она знала, что Элдакар не хотел бы ее наказывать, даже если бы злился. У него не было выбора, она оскорбила трон.
Она думала об этом, вспомнила меланхолию дудочки, которую слышала в садах, и холод сотряс Лин. Она подавила вздох. А потом ледяная стена воды обрушилась на нее. Ее лоб стал липким. Она медленно встала, ощущая еще одну волну, выдавила улыбку, извинилась и старалась не бежать.
Двигаться медленно было сложнее всего. Она сжала ручку двери, изображая беспечность. Она сжала ее и ощутила новую волну. Она чуть не упала на колени.
«Я умираю, — подумала она. — Это случилось».
Она была в прихожей к обеденному залу, слуги носили подносы с едой. Они не заметили, как дрожат ее ноги при ходьбе к коридору. Нед помог бы ей тут. Хоть он ничего не мог сделать.
Он мог хотя бы поддержать ее за руку. Едкая мысль. Она пошатнулась, чуть не врезалась в колонну. Она могла бы умереть с его поддержкой.
Она чуть не рассмеялась от этой мысли. Будто было важно в смерти, держали ее за руку, или она упала на мозаику на полу одна.
«Я не попрощалась», — подумала она с новой волной льда. Но это было глупо. Так она думала, пока медленно дышала с трудом. Она ведь знала себя? Она ненавидела прощаться.
Она ненавидела шанс, что ее могли найти кучей на плитке пола, в платье, что ей не понравилось, далеко от дома. Она сама виновата. Валанир просил ее не ехать. Он мог предвидеть такое.
Лин сжала колонну, обвила ее и заметила новое ощущение. Жжение вокруг глаза. От странного оно переросло в агонию за мгновения. Метка Пророка пылала все сильнее, пока волны холода разбивались об нее. Она с силой прикусила губу и ощутила кровь.
Она стояла так. Лин сжимала колонну долго, обмякнув, а потом поняла, что новых волн нет. Жжение утихло. Она все еще дышала с хрипом, но это могло быть последствиями. Она боялась отпустить колонну и упасть на колени.
Прошло больше времени. Она услышала звуки ужина вдали: гул разговора, шум кухонь. Открылась дверь, донесся запах шафрана и розмарина, а еще шум из-за стола. Дверь закрылась. Все возвращалось к ней, подступало, хотя раньше отдалялось. Она слышала голоса людей. Стук вилок и ножей. Шаги слуги. Ее дыхание замедлилось. Она прижала ладонь к груди, сердце билось не так безумно. Лин отодвинулась от колонны и встала без поддержки. Приступ — чем бы он ни был — закончился.
Она разгладила зеленое платье, ладони еще плохо слушались, словно ей было холодно. Причина могла быть лишь одной. Отсвет судьбы, что она видела во снах.
Но голос в ней шептал с тревогой. Метка Пророка… пылала. Как метка была связана с чарами Дариена… или Эдриеном?
Лин не успела принять решение и пошла во двор к цветам в ночи. Она никого не встретила по пути. Она все еще дрожала, как ветка на ветру. Метка Пророка. Данная Валаниром Окуном. Они ведь были связаны? Она знала, когда он прибыл в Тамриллин.
Первый маг был уже во дворе, словно она призвала его. Он был без жизни. Такое лицо означало многое.
— Нет, — ее голова закружилась. Из-за другого.
— Валанир Окун и Алмирия, — сказал он. — За одну ночь, — он сжал голову руками, словно было больно. — Это не совпадение, да?
Его голос был далеким для Лин. В ушах ревело. Она рухнула на колени во дворе.
* * *
Ранее тем утром пир Нитзана был в разгаре. Нед Альтерра прошел по горе в Майдару. Он хотел найти королеву и остановить ее.
Сады были пустыми. Почти все обитатели замка уже были в городе. По пути Нед смог подумать, но не мог ухватить мысль надолго. Все рушилось быстрее, чем он думал. Как только он начал череду событий, все развивалось очень быстро. Теперь он это видел. Травник расскажет. А Рихаб… ее хоть так звали?
Она предупредила его. Она все делала намеками. Предупреждение было даже справедливым. Она давала ему подсказки, когда учила игре. Но Нед не видел этого, он думал, что она говорит о
