Ее горе из-за жизни взаперти, из-за вреда Элдакару их браком. Нед не знал, что она придумала для Нитзана, но в одном был уверен. Она не просто так говорила, что скучает по отцу. Она хотела вернуться к своему народу. Пропасть из публичной жизни. Почти всех женщин он бы попытался отговорить. Улицы Майдары были не местом для девушки в бегах, еще и для непопулярной королевы.
Он не переживал за свободность Рихаб Бет-Сорр защититься.
Он все еще мог передумать. В кармане Неда был маленький зеленый флакон, который он получил от лекаря Захры. Старик смешивал зелья, лекарства и запахи, с подозрением смотрел на Неда.
— Я плохо сплю, — сказал Нед, как ему и наказали говорить. Впрочем, он и без подсказок плохо спал. Усталость стала привычной из-за шахмат по ночам и политики Кахиши. Конечно, Рихаб его усталость помогала, чтобы пробивать его защиту.
Мужчина смешал для Неда зелье из мяты, мака, валерианы… и чего-то еще. Нед не собирался пить ни капли.
Рианна сказала бы, что таким он был во всем. Она смеялась бы над его отвращением к запахам и массажам.
— Не нужно все время себя наказывать, — сказала она ему и улыбнулась. — Это могу сделать я.
Никто не знал его так хорошо, но она как-то любила его. Это поражало Неда до сих пор.
Он устал так, что не врал в этом травнику. Оставался шанс, хоть и маловероятный, что Нед поддастся искушению и сам выпьет зелье, чтобы уснуть. Так он бы пропустил план королевы и весь Нитзан.
Строго говоря, на рассвете Нитзана Нед впервые соврал. Он отправил Лин весть, что плохое самочувствие помешает ему присоединиться к празднику. Ему было плохо от того, что он впервые соврал ей. Но он держался пути. Другого выхода не было. Неду нужно было свободно ходить по замку утром, он не мог сделать это в наряде и в путешествии по городу.
За королевой следили, служанки постоянно проверяли ее вещи. Даже флакон нашли бы среди вещей, если бы Нед отдал его ей раньше времени.
Королеве было запрещено принимать такие вещества, когда все надежды возлагались на наследника. Задержка ее беременности была такой же опасной для Элдакара, как и неудачный брак.
Нед говорил себе, что помогает Элдакару, спасает его от фатальной ошибки. Еще ложь? Он не был уверен.
Он думал, что задержка беременности королевы не была случайной. Она ничего не упускала, он был убежден.
Коридоры замка были шумными от приготовлений. Слуги готовились к пиру ночью. Шла уборка, аппетитно пахло со стороны кухонь. Даже путь по двору к пруду, обычно тихий, был полон активности: садовники щелкали ножницами, подстригая кусты, слуги натирали мраморные статуи. Неду казалось, что его поход в покои королевы, когда-то одинокий ритуал, был испорчен. А к вечеру она пропадет.
Она, а не ее служанки, открыла дверь на его стук. Она смеялась из-за слов одной из женщин, едва узнала его сначала. А потом ее лицо замкнулось, улыбка изменилась. Ее лицо сделали белым, скулы подчеркнули румянами, а губы были темно-красными. Брови нарисовали дугами над глазами с густыми ресницами. Раз в году Рихаб выпустят в город, и она будет выглядеть не так, как обычно.
Она была в ритуальном платье, с золотом, камнями и пышными юбками. Золото было на ее шее, ушах. Блестело столько лишнего, по мнению Неда. Рихаб Бет-Сорр не нужны были украшения. У платья был низкий вырез, и он отводил взгляд. Он отдал ей флакон, и она сунула его у юбки быстрым жестом.
— Рада тебя видеть, — вежливо сказала она, словно предупреждала не поступать глупо. Он был мужчиной, было неприлично посещать ее сейчас. Но она тут же изменила свое поведение, попросив следующее. — Нед, — сказала она, — завяжешь мой пояс? Он развязался.
Широкая лента ткани была украшена спереди рубинами в форме цветка. С шелестом юбок она повернулась к нему спиной. Ее волосы были собраны на одном плече. Платье открывало ее лопатки. Нед потянулся к поясу в трансе. Он старался не смотреть, но все равно видел ее обнаженную спину. Заметил золотой отблеск. Не украшение.
Метка на коже.
Она повернулась к нему лицом.
— Я хотела, чтобы ты знал. Не знаю, почему.
Нед открыл рот. Слов не было.
Она выглядела нежной и печальной. Привстала на носочки и поцеловала его в лоб. Ее губы были прохладными и сухими.
— Прощай, — прошептала она. — Мой Рыцарь, — и он оказался в коридоре, дверь за ним закрылась. Он не знал, как оказался там. Она не толкала его, но отошла, и он оказался у закрытой двери. Нед попытался понять, что делать, стражи пришли и увели его от покоев королевы во двор с прудом.
Место было заброшенным. Слуги и садовники ушли. Никто не видел, как Нед Альтерра подошел к краю пруда и посмотрел туда. На него смотрело бледное отражение.
* * *
Фонтан вина прекратился. В напряжении придворных Лин едва заметила это. Все было в хаосе — улицы, комнаты, где собрались придворные. Элдакар ушел к магам. Он выглядел так, словно Захир нес его, постарел на много лет. Фрейлина, что была на месте Рихаб на церемонии, все еще была без сознания, лекарь короля решил, что в вино ей добавили сильное снотворное. Услышав это, Лин перестала думать, что это был ход против пары. Рихаб была в центре этого. Все, что сказал Нед, показывало женщину с умом и несчастной судьбой.
И Лин видела странные разговоры в саду. Странные слова с обвинением:
— Это стоило мне многого.
Рихаб молила Элдакара покинуть Захру. Он отказался, и она ушла сама. Предательство поражало, но в этом был смысл.
Лин не понимала только мотив. Она была раздражена из-за Неда. Он мог предвидеть это, иначе к чему эти игры? Он не мог узнать, что Рихаб имела в виду под теми словами королю? Чего ей стоила их любовь, кроме покинутой жизни рабыни?
Конечно, Нед мог полюбить королеву — как и любой мужчина — но он был верен долгу, и Лин думала, что только на это может полагаться. Это было ее опорой.
Недовольство не дало ей сразу заметить новые голоса, что проникли в комнату. Лин огляделась, пытаясь увидеть кого-то знакомого. Она обрадовалась, заметив Гарона Сенна в толпе. Он шел к ней. Улыбка была торжествующей.
— Я вас искал, — сказал он. — Утром отвлечение оказалось полезным. Готово.
— Что готово?
Он придвинулся и понизил голос:
— Я видел письма Тарика. Он переписывался с самим королем Рамадуса.
Она склонилась к нему.
