Господи, подумал я, как же тяжело дался ему этот шаг. Он сделал то же, что и Финн, — встал на сторону чужаков, против своих сородичей, пусть даже и цель была другой. Да, цели их были различными, что бы ни говорил ему Тульяр в тот момент, когда я очнулся, Нисрин не поверил. Здравый смысл указал ему, чью сторону принимать, и он принял ее, хотя сердце его разрывалось на части от этого выбора.
Не тратя времени на слова, я сел туда, где только что сидел Тульяр-994, и взглянул на циферблаты и шкалы. Здесь было чуть ли не две сотни разных выключателей, приспособленных для человеческих пальцев. Я тупо смотрел на обозначения и ничего не понимал. Отчаяние захлестнуло меня, а затем взорвалось озарением. Я с остервенением забарабанил по кнопкам. Не последовало ни вспышек, ни звона колоколов, предупреждающих, что энергия, скопившаяся внутри звезды, вот-вот вырвется наружу. Кажется, я потерял страх перед тем, что Асгард взорвется. Словно отключившись от собственных рук, я лишь наблюдал за ними, не имея понятия, что и как делать. А руки знали все.
Не хватило духу даже подумать, не испытывал ли Мирлин сходного изумления, когда Нечто, дремлющее в его мозгу, выскочило из засады и превратило его в предателя, чуть было не изменившего ход войны.
Окончив работу, мои руки замерли. Я словно окаменел в кресле. Сколько понадобилось, чтобы провернуть все действия с рычажками, не знаю. По правилам мелодрамы — совсем немного, но я как не узнал этого тогда, так не знаю до сих пор.
И вот я сидел неподвижно и думал, можно ли теперь спокойно умирать. Боли не было, просто чувствовал себя ужасно. Скажи мне кто-нибудь, что я умер, я бы еще подумал, возражать или нет.
Тут до моего плеча дотронулись. Нисрин-673 стоял и смотрел на меня. Он все еще не понимал, что, как и почему произошло, и отчаянно ждал одобрения своих действий.
— Что вы сделали? — Для начала тетронец решил задавать вопросы полегче.
Тут-то меня и осенило, что именно я сделал. Я не знал, как мне удалось, но знал, что именно произошло.
— Я использовал энергию, накопленную звездой, чтобы перебросить макромир сквозь дыру в пространстве — сквозь червоточину, — объяснил я. — Именно это было проделано полтора миллиона лет назад, когда война впервые достигла критической точки. Тогда творцы все еще были живы и были гуманоидами. В последующих битвах они были уничтожены, но по крайней мере им удалось опечатать звезду и передать командование действиями виртуальным богам — они были готовы к сражениям.
— Где мы? — прозвучал второй вопрос. По его глазам я понял — он живо представил себе «червоточину», огромную настолько, чтобы сквозь нее прошел макромир. Пожалуй, ответ его не очень испугает.
— Не знаю, — признался я. — Я перебросил макромир, но не представляю куда. Не иначе, как на расстояние пары миллионов световых лет. Надеюсь, вас не мучает ностальгия, ибо нам уже не суждено увидеть Млечный путь, не говоря уж о Тетре. Теперь у нас только Асгард — так постараемся же быть любезны со Скаридой. Наверху их миллиарды. Ну и приблизительно тысячи две тетраксов и дюжины две людей.
Иглы впивались в мои внутренности, я истекал кровью, но все еще мог работать головой. Меня опять словно накачали обезболивающим.
Нисрин приступил к сложным вопросам.
— Ведь это был не Тульяр, правда?
— Нет, — согласился я. — Это были не Тульяр и Мирлин. Какие бы перспективы они ни рисовали, они не желали добра ни вам, ни мне, ни нам подобным, ничему и никому живому. Не знаю, что их создало, но если нужно выбирать между их богами и нашими, то следовало бороться за наших. Уверен в этом, как ни в чем другом.
— Как вы сделали это? Откуда вы знали, что делать?
— Физически от меня осталось меньше половины прежнего Майкла. В плане разума, как мне кажется, я даже больше, чем прежний Руссо. Копия моего сознания, которую Девятка запустила в виртуальное пространство, была заново переписана в мой мозг. Она много перенесла и была столь же близка к гибели, как и я сам, но все еще сохраняла могущество. Что-то вроде программы-прививки в виде биокопии — инструкции по обращению с макромиром.
Боги создали для себя героя, Нисрин. Или полубога — как вам больше нравится. Верьте мне, часть меня видела кое-что и была чем-то. Никому не следует повторять этот опыт. Похоже, это наказание за то, что я живу в интересное время.
Теперь наступила моя очередь спрашивать, хотя я сомневался, знает ли он ответ.
— Полковник жива?
— Да, — ответил он. Оказывается, прошло больше времени, чем я думал, — я сидел неподвижно несколько минут. Вполне достаточно, чтобы проверить.
— Не знаю, каким чудом, — повторил Нисрин, — но все еще жива. Я думаю, она продержится до тех пор, пока мы не позовем на помощь.
— Помощь — не проблема, — сказал я. — Это же подлинный Центр Асгарда. Отсюда можно делать все что угодно, если знаешь как, боги, которых создали творцы, чтобы защитить себя и спои создания, могут быть вызнаны из глубин, могут явиться на наш зов. Все в наших руках. Если Сюзарму можно спасти, мы сделаем это. И вас тоже. Даже меня, хотя я проваляюсь долго-предолго в камерах Девятки. Благодаря вам, Нисрин, мы будем жить. Если бы вы не остановили Тулья ра…
— Это был не Тульяр-994. — Внезапно в его голосе прозвучали отчаяние и ненависть, на которые, как мне казалось, тетронец не был способен. — Это что-то страшное. Что-то…
Он даже не мог подобрать слова. Слишком поздно я понял, каким мучительным шагом было для него это решение. Разум, здравый смысл был только частью этого выбора, хотя, может статься, и главной частью. Тетраксы отождествляют себя друг с другом сильнее, чем люди. Братство людей — притворство на девять десятых. Братство тетраксов — особый разговор. То, что захватило тело Тульяра, не убило Нисрина. Оно рассчитывало поработить его так же, как Финна, но просчиталось. Взглянув на Нисрина-673, я понял, что, даже если бы проиграл и лже-Тульяр сумел бы уничтожить богов Асгарда, война бы не пришла к концу. Отнюдь. Тетраксы могут казаться примитивными по сравнению с богами Асгарда, но они были на стороне жизни, и они бы дрались за жизнь до последнего атома.
И я знал, что война все еще продолжается во всей Вселенной, но остается надежда. Не потому, что я выиграл свое ничтожное сражение, нет, существовало нечто большее.
Какое бы воображение ни создало демонов Асгарда, ему придется попотеть, чтобы уничтожить жизнь как таковую. У жизни есть люди и боги, сердца и мысли, а у ее врагов — нет.
Глава 38
Очень осторожно я дотронулся до плеча Сюзармы Лир. Открыв глаза, она пустым взором уставилась на меня. Бедняга не осознавала, где она и кто она. Виноват, — шепнул я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
