— Не знаю, Гарри. Меня, конечно, не было тут полгода, но это не такой уж и большой срок, чтобы изменить своё мнение о человеке. Не находишь?
— Мне так не кажется. У нас с ним всё изменилось.
— Вот это-то меня и волнует. Снейп, что бы ты о нём сейчас ни думал, на самом деле скользкая мерзкая сволочь. По-моему, он просто запудрил тебе мозги.
Гарри тяжело вздохнул. Начинало происходить именно то, чего он и боялся.
— Знаешь, Сириус, я не стану тебя разубеждать, потому что это, наверное, бесполезно. Хотя если ты веришь мне, ты бы смог поверить и в то, что я говорю о Снейпе. Он, правда, хороший человек. С ним интересно, да и вообще…
Гарри пришлось замолчать, когда он поймал на себе встревоженный взгляд крёстного. Сириус смотрел на него со смесью тревоги и сочувствия, и это ужасно раздражало. В конце концов Гарри понял, что сейчас-то уж точно не сможет разубедить Сириуса. Да и настроения продолжать этот разговор у него не было.
— Ладно, — пробормотал Гарри, ставя чашку на стол и поднимаясь. — Мне пора. Но я скоро ещё загляну.
— Куда ты? — удивился Сириус. — Вы же возвращаетесь в школу только завтра.
— Вот именно. А до этого мне ещё нужно кое-что сделать.
— Что же?
— С Роном помириться, — усмехнулся Гарри, зачерпывая горсть летучего пороха.
— Ты с ним поссорился?
— Я ему врезал.
Сириус открыл рот от удивления.
— За что?
— За Снейпа, — улыбнулся Гарри и исчез в камине, не дожидаясь ответной реплики.
Как только Гарри снова очутился в Норе и шагнул из камина, он услышал приглушенные голоса Рона и Гермионы из соседней комнаты. Друзья, разумеется, не знали, что он слышит их.
— Рон, ты должен это сделать! — возмущалась Гермиона.
— Я ничего никому не должен!
— Как ты собираешься дальше с ним общаться?
— Как-нибудь.
— Неужели ты не понимаешь, что он тоже переживает?
— Ага, можно подумать, я железный.
— Ну вот и поговори с ним.
— Нет уж! Он сам на меня набросился.
— И неудивительно. После того, что ты сказал…
— Но, согласись, я был прав.
— Если бы я была с тобой согласна, я бы сейчас об этом не говорила.
— Ну, что ты теперь-то от меня хочешь?
— Попроси у него прощения.
— Вот уж нет! Пусть сначала сам попросит у меня.
Гермиона хотела возразить что-то ещё, но их спор прервал Гарри, который только что появился в комнате.
— Прости, Рон, — просто произнёс он.
Друзья синхронно обернулись и замерли. Щёки Гермионы моментально порозовели.
— Гарри, мы… — начала было она, но Гарри её перебил:
— Прости меня, — повторил он. — То, что я сделал, было просто ужасно.
Рон опустил взгляд и тоже покраснел. Но потом резко вскинул голову и твёрдой походкой направился к Гарри. Причём выглядел он так, словно хочет продолжить драку. Но, подойдя к Гарри, остановился, набрал в лёгкие побольше воздуха и выдал на одном дыхании:
— И ты меня прости, я вёл себя как последний придурок.
Рон неуверенно протянул руку и виновато посмотрел на Гарри. Тот расплылся в улыбке и схватил Рона за руку. Но не сухо пожал её, а притянул Рона к себе и крепко обнял. В этот момент Гарри понял, что безумно соскучился по другу.
— Ну, значит, мир? — спросил Рон, когда Гарри наконец его выпустил.
— Мир, конечно, — кивнул Гарри.
— И ты вернёшься в команду? — с надеждой в голосе спросил Рон.
Гарри помрачнел. Сейчас ему совсем не хотелось обсуждать подобные вещи. Но чем скорее он это сделает, тем лучше будет для всех.
— Нет, Рон. Я не вернусь.
— Но почему? — возмутился Рон. — Без тебя мы пролетим с Кубком в этом году. Слушай, ты снова будешь капитаном. Обещаю. Мне оно всё сдалось…
— Рон, — прервал его Гарри. — Дело вовсе не в капитанстве, я ведь уже говорил.
— Ну да. Прости, что мы так поступили. Просто понимаешь, у всех было плохое настроение. Тренировки пропадали и…
— Рон! — снова прервал Гарри. — Выслушай же меня. Я не хочу играть. По крайней мере, до конца этого года. В следующем может быть. Но сейчас это вовсе не то, чем мне хочется заниматься. Мне, конечно, до сих пор обидно из-за того, что вы сделали, и я не смогу этого забыть ещё долго. Но это не главное. У меня просто не будет времени.
— Почему? Книгу ты перевёл, Сириус вернулся. Что ещё ты хочешь?
— Я… — Гарри запнулся, потому что сейчас от его ответа зависело слишком многое. Однако врать другу он больше не хотел. — Я буду заниматься зельями.
— Зачем? — глаза Рона округлились. — Тебе ведь больше не нужно…
— Я знаю. С переводом покончено. Но я хочу заниматься ими не потому что мне нужно, а потому что мне просто хочется. Это оказалось интересно. Правда.
Рон сразу помрачнел.
— И что, дело только в самих зельях или и в Снейпе тоже?
Гарри боялся этого вопроса, но отпираться, в любом случае, было уже нельзя.
— И в нём тоже, — кивнул он. — Но я не хочу это обсуждать, понятно? Я уже понял, что мне тебя не переубедить. Но и моё мнение о нём не изменится, будь уверен. Так что если тебе ещё нужен такой вот… сумасшедший друг… В общем, если ты сможешь принять меня таким, каким я стал, я буду очень рад.
На несколько секунд повисла пауза. Наконец Рон покачал головой и вздохнул.
— Значит, принимать тебя с зельями вместо квиддича и со Снейпом впридачу?
— Ага, — улыбнулся Гарри.
— Ладно. Пусть будет так. Только учти, если на тренировки я с тобой ходил, то зельями я с тобой заниматься не буду. Мне его уроков хватает.
— Договорились, — рассмеялся Гарри и хлопнул друга по спине.
Рон долго сдерживался, но потом и сам расхохотался, видимо, представляя, как корпит над котлом на дополнительных занятиях у Снейпа.
***
Прошло две недели. Близилось Рождество. За последние четырнадцать дней Гарри измотался сильнее, чем за несколько предшествовавших месяцев. Теперь он буквально разрывался между учёбой, дополнительными занятиями по зельям, своими друзьями и домом на площади Гриммо. Причём облегчить своё существование Гарри не представлялось возможным.
Сириус продержался в одиночестве всего лишь два дня, а потом написал Гарри письмо, в котором жаловался на то, как же ему скучно. И Гарри просто не смог проигнорировать крёстного. В тот же вечер он пошёл к Дамблдору и попросил разрешения отправиться на площадь Гриммо на несколько часов. Дамблдор одобрил эту идею и разрешил воспользоваться своим камином. Гарри провёл вечер с Сириусом и вернулся в школу к отбою. И с тех пор он два-три раза в неделю навещал Сириуса по вечерам. К счастью, директор не был против и, наоборот, всячески это поощрял. Однако из-за этих визитов Гарри начал пропускать свои занятия по зельям. Конечно, Снейп не назначал их — Гарри сам приходил в лабораторию, когда хотел, — но теперь это получалось реже, чем хотелось бы.
