Читаем без скачивания О завтрашнем дне не беспокойтесь - Николай Симонов

Олениной захотелось немного расслабиться, и снять накопившееся за время поездки напряжение. Она открыла чемодан и достала приборчик, который не относился к категории специальной техники, но который в некоторых ситуациях был для нее совершенно незаменим. На разлагающемся буржуазном Западе в 1978 г. такие вещички были не в диковинку, но в Советском Союзе вибромассажер с шестью степенями вращения и тремя режимами вибрации (подарок вечно мотавшегося по заграницам жениха), возможно, был только у нее.

(Кстати, прототип этого прибора изобрели в конце XIX века в пуританской Англии — для лечения женской истерии; в 1900 г. его промышленные образцы демонстрировались на Парижской всемирной выставке; в широкой продаже он появился почти одновременно с первыми электрическими утюгами) Избавившись от халата, Оленина забралась под одеяло. Однако, даже заграничная чудо-техника дает сбой, если вовремя не менять батарейки. Ругая себя за непредусмотрительность, она снова облачилась в халат, и, чтобы отвлечься, включила телевизор. А что можно было посмотреть в СССР в 1978 г. по двум каналам государственного телевидения, да еще в понедельник? Абсолютно нечего! Тогда она, зевая от скуки, решила почитать. Как девушка образованная, да еще со вкусом, она на текущий момент духовного развития предпочитала таких авторов, как Хемингуэй, Ремарк и Агата Кристи. Но на этот раз она взяла с собой в дорогу давно приобретенный, но до сих пор не прочитанный двухтомник польского писателя-фантаста Станислава Лемма. Она выбрала «Солярис» и не ошиблась, так как произведение показалось ей не только интересным, но и возбуждающим. К 22 часам Оленина дочитала фантастическую повесть до конца и решила, что укладываться спать ей еще рано, и можно позволить себе, например, сделать вылазку в бар или ресторан, послушать современную музыку, выпить коктейль и пообщаться с каким-нибудь оригинальным собеседником. Она с сожалением подумала о том, что Павлов находится в другой гостинице под присмотром Цибикова, о предстоящем отъезде которого она догадывалась, но только не знала, как скоро это произойдет.

Оставлять «Геолога» одного в двухместном номере, учитывая то, как он вел себя во время поездки, тоже было довольно рискованно, поэтому Оленина представила себя с ним в одной постели. Никаких эмоций!

«Надо же, — удивилась она, — значит, все-таки придется надеть вечернее платье, спуститься в бар и что-нибудь выпить». В баре гостиницы «Сибирь» было тихо и немноголюдно. Визит местных чекистов не остался без последствий. Администрация строго-настрого запретила швейцарам впускать в гостиницу посторонних. Но в бар все равно несколько человек с улицы просочились, в том числе Мелисса, которая ради этого даже пожертвовала пятью рублями. С нею Оленина и встретилась, причем, за одним столиком, не сразу опознав в попросившей занять свободное место черноокой красавице порочную племянницу доцента Фишмана. Оленина уже допивала заказанный коктейль и намеревалась через пару-тройку минут покинуть помещение бара. А тут такая неожиданность и такая возможность! Она открыла дамскую сумочку, в которой, кроме бесшумного пистолета МСП, находился флакончик духов с ферромонами, да не с такими заурядными, как DESIRE, а изготовленными в одном секретном московском НИИ по украденной у американцев технологии. От запаха этих спецдухов, говорят, даже кошки, одурев, по потолку бегают. После непродолжительного привыкания для тех, кто ими пользуется, духи становятся совершенно нейтральными. Чего нельзя сказать о тех, кто чувствует их таинственный и возбуждающий аромат впервые. Здесь пора сделать отступление и объяснить, почему Наденька Навротилова оказалась в баре гостиницы «Центральная», а Мелисса в баре гостиницы «Сибирь». Все очень просто. Дефилируя по вечернему Новосибирску, девушки не могли не пройти мимо гостиницы «Центральная». И тут Мелисса вспомнила, что Павлов, прощаясь со своими попутчиками, сказал, что остановится именно в этой гостинице, а если броня не прокатит, то он поселится в гостинице «Сибирь». И они решили нанести ему визит вежливости. Опять же, что греха таить, приехав в третий город России, Мелисса никак не могла забыть первый, то есть Москву. Как же в ближайшей перспективе она могла туда вернуться, если не Павлов?! Придя в гостиницу, подруги выяснили у дежурного администратора, что бронь на тов. Павлова есть, но пока не востребована. И тогда они решили взять такси и отправиться в гостиницу «Сибирь», но, перед этим выпить по чашечке кофе. В баре гостиницы «Центральная» Наденька случайно столкнулась со старинным московским приятелем. Вначале все было нормально. Их угостили шампанским, а потом Наденька и ее приятель Михаил стали выяснять отношения. О чем они говорили, Мелиссе было не совсем понятно. Вроде бы о каком-то долге. Когда разговор перешел на повышенные тона, Наденька сказала Мелиссе, что, наверное, на пару-тройку часов задержится, однако это никоим образом не является препятствием тому, чтобы Мелисса встретилась с Павловым tete-a-tete. Приехав в гостиницу «Сибирь», Мелисса попала в нее только после того, как у входа сменился швейцар, который, как на аукционе, установил некую начальную планку, ниже которой он никого из посторонних гостиницу не пропускал. Страждущим проникнуть туда без брони и пропуска следовало методом проб и ошибок определить, сколько надо «положить на лапу». Мелисса отгадала и ее пропустили, но дежурный администратор огорчил ее тем, что брони у названного ею гражданина в гостинице нет. Ей бы сразу поехать домой, но, вспомнив о вредных привычках Павлова, она направилась в бар, остановилась у входа, а потом визуально определила наличие в сем злачном заведении подходящего свободного места.

— У вас не занято? — спросила она одиноко сидящую за столиком молодую женщину; по одежде и прочим признакам, явно не местную и, вероятно, имеющую отношение к высокому искусству: балет, кинематограф, дипкорпус…

— Welcome! — ответила ей молодая женщина, подтвердив ее предположение.

— Sorry, — сказала Мелисса, присаживаясь на краешек стула, — I say English very bad.

— И не надо — ответила несоветского вида женщина, доставая из изящной дамской сумочки флакончик духов с намерением ими воспользоваться. Потом мысли и желания Мелиссы настолько спутались, что лучше передать их разговор в запомнившейся Олениной последовательности.

— Вы чем-то явно взволнованы. Могу я вам чем-нибудь помочь?

— О, да, я взволнована. Мой жених. То есть я хотела, чтобы он был моим женихом, но он куда-то пропал. Он — журналист-международник. И должен был поселиться в этой гостинице в номере люкс, но на ресепшен сказали, что такого здесь нет.