class="p1">– Нет. Я не хочу скрываться. Не так уж важно, если мы приедем и под конвоем. Мы простые путешественники.
– Для путешествий должна быть причина.
– Тогда… мы наемники, услышали о битве и прискакали наниматься.
– Хорошо. Вид у нас подходящий. Будем надеяться, что они соизволят это заметить.
– Если они не сумеют нас разглядеть, то и мишени из нас аховые.
– Верно, только эта мысль меня не очень утешает.
Я прислушивался, чтобы первым уловить топот копыт по дороге. Она извивалась, петляла из стороны в сторону и наконец, изогнувшись, пошла вверх. Когда мы въехали на гребень, деревья вокруг совсем поредели.
Мы были на вершине холма, перед нами открывался широкий простор. Через несколько шагов коней пришлось остановить: склон впереди кончался крутым обрывом высотой десять-пятнадцать метров, переходившим в отлогий уклон к равнине, через милю он сменялся поросшими редколесьем холмами. Долина была усеяна кострами, поближе к центру виднелось несколько шатров. Всюду паслись лошади, воинов можно было насчитать несколько сотен.
Ганелон вздохнул.
– По крайней мере, выглядят как люди, – сказал он.
– Да.
– И если это нормальные солдаты, то за нами уже следят. Место здесь слишком удобное, чтобы его не использовать.
– Да.
Тут позади раздался шорох. Мы стали было оборачиваться, как голос вблизи произнес:
– Не двигаться!
Я все же повернул шею и увидел вблизи четверых. Двое с поднятыми арбалетами держали нас на прицеле, двое сжимали клинки. Один из них шагнул вперед.
– С коней! – приказал он. – На эту сторону! И не торопясь!
Мы слезли с коней и повернулись к нему, стараясь держать руки подальше от оружия.
– Кто такие? Откуда? – потребовал он.
– Наемники, – отвечал я, – из Лоррейна. Услыхали, что у вас тут драка, а нам нужна работа. Мы едем туда, в лагерь. Он ваш, я надеюсь?
– А если я скажу нет и мы – дозор тех, кто окружил этот лагерь?
Я пожал плечами:
– В таком случае, быть может, и вам нужна пара клинков?
Он сплюнул.
– Протектору не нужны такие. – А потом спросил: – Откуда вы?
– С востока, – ответил я.
– А… с неприятностями по дороге не сталкивались?
– Нет, – ответил я, – а должны были?
– Трудно сказать… Снимайте оружие, я отошлю вас в лагерь. Там захотят узнать обо всем, что вы видели на востоке, обо всем необычном…
– Ничего такого мы не видели.
– Что бы там ни было, вас, вероятно, покормят. А вот наймут едва ли. Вы немного опоздали к сражению. Теперь давайте сюда оружие.
Пока мы отстегивали клинки, он махнул рукой, и из-за кустов выступили еще двое. Старший приказал им отвести нас в лагерь. Лошади должны были следовать за нами на поводу. У нас забрали оружие, и, когда мы уже повернулись, чтобы идти, допрашивавший крикнул:
– Стойте!
Я обернулся.
– Ты, как твое имя? – спросил он.
– Кори, – ответил я.
– Постой.
Он подошел совсем вплотную и секунд десять рассматривал меня.
– В чем дело? – спросил я.
Вместо ответа он запустил руку в висевший на поясе кисет. Вытащил горсть монет и поднес их к глазам.
– Слишком темно, черт побери, а огня зажигать нельзя…
– Для чего? – удивился я.
– Да не то чтобы это было так важно, – проговорил воин. – Лицо твое показалось мне знакомым, и я постарался припомнить откуда. Твой профиль похож на тот, что отчеканен на старых монетах. Иногда они еще попадаются. Похож, правда? – обратился он к ближайшему лучнику.
Тот опустил лук и подошел поближе ко мне.
– Да, – согласился лучник, – похож.
– А кто этот… о ком ты подумал?
– Из старых королей. Правил очень давно. До меня.
– И до меня тоже. Что ж… – Лучник пожал плечами. – Ерунда. Вперед, Кори. Отвечайте на вопросы честно, и вас не тронут.
Я повернул к лагерю, оставив его в лунном свете на гребне холма удивляться и чесать затылок.
Наши провожатые оказались неразговорчивыми, что тоже неплохо.
Спускаясь с холма, я вспоминал рассказ мальчишки и прикидывал, чем завершилась битва: ведь я достиг физического аналога мира, который желал, и теперь нужно было правильно сориентироваться.
Лагерь благоухал приятной смесью мужского и конского пота, дыма, жареного мяса, кожи и масла… Люди в свете костров болтали, чистили оружие, чинили снаряжение, ели, играли, пили и спали, провожая нас глазами на пути к трем потрепанным шатрам, располагавшимся в центре. И когда мы проходили мимо костров, разговоры смолкали.
Мы остановились возле второго по величине шатра. Один из наших конвоиров что-то сказал расхаживавшему вблизи воину. Тот несколько раз кивнул ему в сторону самого большого шатра. Конвоир прошел туда, через несколько минут вернулся и обратился к другому часовому, что стоял слева. Наконец наш конвоир кивнул часовому и подошел ко мне. Часовой тем временем подозвал кого-то от ближайшего костра.
– Офицеры на совете в шатре Протектора, ваших лошадей мы стреножим и пустим пастись. Снимайте поклажу и располагайтесь здесь. Придется подождать капитана.
Мы отвязали пожитки от седел, почистили коней. Я потрепал Звезду по холке. Низкорослый человек прихрамывая повел его вместе с Ганелоновым Драконом к другим лошадям, а мы уселись на поклажу и стали ждать. Один из стражей поднес нам горячего чая; в ответ я угостил его табаком. Потом все они ушли куда-то за наши спины.
Я смотрел на большой шатер, прихлебывая чай, вспоминал Амбер и маленький ночной клуб на Мясохлебной улочке в Брюсселе[108], в Тени Земля, где я провел столько времени. Раздобыв здесь ювелирный крокус[109], я вернусь в Брюссель, где снова пообщаюсь с оружейными дельцами с Биржи[110]. Заказ мой будет сложным и дорогим, ведь производителя боеприпасов придется убедить запустить специальную линию. Но я знавал на той Земле разных дельцов, не только из «Интерармко»[111], спасибо моему опыту «военного советника», и на все про все хватит нескольких месяцев. Я принялся обдумывать детали, и время пробежало приятно и быстро.
Часа через полтора по стенам большой палатки задвигались тени. А еще через несколько минут изнутри откинули полог и из шатра неторопливо стали выходить люди, переговариваясь и вновь заглядывая обратно. Последние двое задержались на пороге, все еще не закончив разговора с оставшимся внутри.
Двое у входа расступились, лица их были обращены внутрь шатра. До меня донеслись звуки разговора, но слов я разобрать не мог. Наконец я сумел различить того, с кем они говорили. Свет был у него за спиной, офицеры заслоняли его от меня, я видел только, что он худой и очень высокий.
Наши часовые замерли – похоже, один из офицеров и был упомянутым капитаном. Я, не отрывая от них глаз, внутренне приказывал им расступиться, чтобы можно
