Тем временем Зона продолжала жить обыденной жизнью. Справа в низине слышалась вялая перестрелка. У Армейских баз голодная стая диких псов пыталась отбить у свинорыла тушу кабана, умудрившегося заскочить на минное поле. Далеко за холмами, в районе деревни взревел мимикрим, зацепивший «энерго», разразившуюся тирадой разрядов вдогонку прыткому монстру. Все эти звуки таяли в тихом шепоте вечернего дождя, словно зазывая наступающие с востока густые сумерки.
К блокпосту «Пепла» у входа на завод напарники приблизились уже в кромешной темноте. Голодные и смертельно уставшие, они еле переставляли ноги. У знакомого автобуса сделали короткий привал. Пока Егор разминал ноющие колени, Старый улегся на асфальт и заполз под заднюю часть машины. Через пару минут, кряхтя и ругаясь, ветеран выбрался обратно и уселся возле товарища.
– Если кто спросит про артефакты – ты ни сном, ни духом…
– Да я и слова такого не знаю, – вымученно отшутился Любимчик, впервые нарушив молчание с момента их разговора в тоннеле.
Расспрашивали их неожиданно долго. Видно, слух о том, что у Старого завелась редчайшая и ценная побрякушка, не слышали разве что мутанты с Пустыря, и то вряд ли.
Едва сталкеры миновали блокпост, как перед входом в бар их тормознула троица пепловцев в экзоскелетах. Притворно вежливый капитан настойчиво попросил «господ вольных бродяг» сдать оружие и сейчас же прибыть на доклад к полковнику. Глядя на смотрящие им в животы стволы «Валов», напарники благоразумно подчинились.
У двери кабинета Шелестова гостей добротно обыскали. Прежде чем начать допрос, а это выглядело именно так, полковник переглянулся с вежливым капитаном и недовольно нахмурился, когда тот отрицательно мотнул головой.
На дотошные вопросы отбрехиваться сразу вызвался Старый. Он примостился на табуретку у стола главы клана, надел серьезно-правдивую маску и приготовился изливать душу.
– Поскольку за последнее время погибло немало моих бойцов, и вы как-то к этому причастны, ты обязан мне кое-что прояснить, – спокойно начал Шелестов. – Мы с пристрастием допросили пленного наемника. К сожалению, ничего путного он не сказал, но и из этих крох информации ясно, что вы каким-то боком виновны во всей катавасии, которая закрутилась в Зоне с появлением здесь Любимчика, – полковник закурил и после короткой паузы продолжил: – Итак, начнем по порядку. Вы линяете от военных. Те устраивают облаву и в порыве злости от тщетности усилий выпускают пар на прилегающих к блокпосту территориях. Это вполне объяснимо, хотя и тут есть некоторые нюансы. А именно: с какого перепугу выпала такая честь обычному сталкеру и, тем более, простому строителю? Хм… Который, кстати, ничего не зная про здешние особенности, сразу прошел… Нет, не так! Продефилировал как по подиуму едва ли не по половине Зоны! И что особенно интересно, заметьте – без тяжелых последствий! Но лишь для себя! – Шелестов откинулся на спинку стула и уставился на сталкера, ожидая ответа.
– Ну, во-первых, задето самолюбие вояк, – без промедления начал сотрудничать Старый с намерением побыстрее отделаться от надоедливого полковника. – Во-вторых, и так уже защитники всех обездоленных долго не разминались. Списывать оружие и боеприпасы, которыми прапор снабжает Харитона, как-то ж надо. Да и лишние медальки на грудь не помешают. А Любимчик? Так ты, Роман Валентинович, меня-то со счетов почему уж списал? Или ветераном я недавно стал? За отмычку держишь? Что ж я, разучился по Зоне молодежь водить? Или это наоборот говорит о моем мастерстве? Тогда при чем здесь вообще заслуги новичка? Нет, я не отрицаю – парень действительно оказался на редкость смышленым и шустрым, этого у него не отнимешь. И он с лихвой заменил мне Молчуна. Хех… Языком – это уж точно! Но ты ж бывалый человек – с богатейшим опытом и рациональным складом ума. Неужели веришь в разные байки у костра?
– Гм… Допустим, это так. Перейдем к Черному. Что вы ликвидировали нескольких его людей, включая брата и личного помощника, я в курсе. К этому, несомненно, можно привязать охоту на вас. Остальное скрыто туманом. Почему вдруг сцепились «Анархия» и синдикатовцы? Какого лешего Черный якшается с легионерами? Что это за история с загадочным артом? Где вы шлялись тогда несколько суток до первого возвращения в бар? И что произошло у фанатиков? Чую – ваших рук дело?! – сверкнул глазами Шелестов.
Сталкер тяжело вздохнул, устало опустил голову и принялся сыпать полуправду:
– Мы нашли двух анархистов, которых Молот, очевидно, принял за нас и грохнул. Я отписался главе фрименов, и колесо мести закрутилось. Но тут есть одна закавыка, которую можно объяснить только наличием стукача в вашем расположении. После устранения анархистов наемники направились к своей базе, а потом внезапно вернулись. Мы немного не успели проскользнуть. Пришлось принять бой…
– Хорошо! – перебил полковник. – Мы вычислили «крота», которым оказался Пончик. Да, через его КПК мы вышли на Черного при подготовке операции на товарной станции. Здесь все гладко сходится. Дальше!
– Насчет «Легиона» и какого-то загадочного арта – я вообще не в курсе! – беспомощно развел руками сталкер. – Да, мы сцепились с фанатиками у Энергопоста – было дело, Любимчик уговорил. Но не вижу в этом никакой связи с их необычным поведением на следующий день. Артефакт нашли. Что в нем такого ценного – я не пойму?! Большущая «батарейка» – дорогая, редкая, не спорю. Но ведь не из-за нее же такой сыр-бор? Полковник, не там копаешь! Здесь какое-то другое должно быть объяснение. Мы сюда – никаким боком! – Старый дернул плечами и умолк, глядя в глаза пепловца.
Тот некоторое время сверлил рассказчика своим «рентгеновским аппаратом», затем вдавил в пепельницу давно потухший окурок, сморщил кожу на лбу и сказал:
– Нутром чую – не договариваешь ты чего-то. Отдать вас Ященко для более обстоятельного разговора?..
– Э-э-э, нет! Зря ты так! – запротестовал сталкер. – Ну чего вы этим добьетесь? Хотите, чтобы народ Зоны отвернулся от «Пепла»? А ведь репутация вашей группировки недавно заметно подросла в среде вольных бродяг. Зачем возвращаться в каменный век? Снова хотите утонуть в крови и надеяться на восполнение личного состава только из-за Рубежа? Понимаешь, к чему я клоню?
Старый знал, что от того, какое решение сейчас примет Шелестов, зависели не только их судьбы. Может снова начаться противостояние «Пепла» и вольных сталкеров. Даже если его с напарником шлепнут втихаря – есть несколько свидетелей их возвращения на завод. Сарафанное радио мигом разнесет факт пропажи двоих одиночек в застенках полковника, и последствия окажутся непредсказуемыми.
Шелестов явно боролся с искушением найти ответы на интересующие его вопросы. Он и без напоминания сталкера прекрасно знал, что может больше навредить, чем выиграть от применения пыток к весьма уважаемой в среде бродяг парочке раздолбаев. Зная наперед результат своего молчания, лидер полувоенной группировки все равно не спешил озвучивать вердикт. Ему хотелось, чтобы явные виновники гибели бойцов «Пепла» все же помучились, хотя бы в душе. «Пусть еще раз почувствуют дыхание смерти, понервничают, терзаясь от неопределенности», – упивался властью усатый командир.
Егор, сразу же, без приглашения, усевшийся на стул в углу комнаты, картинно клевал носом на протяжении всего разговора. На самом деле он готов был в любую секунду наброситься на стоящего у двери капитана, который, ожидая развязки, всецело окунулся в суть беседы. Конечно, пепловец иногда поглядывал в сторону наглеца, осмелившегося дремать на глазах у самого полковника, но в основном, его внимание сосредоточилось на собеседнике командира. Оружие молчаливого конвоира смотрело туда же.
Вдоволь наигравшись с «мышками», Шелестов зло выдавил:
– Запомни! Вы у меня в долгу! Проваливайте отсюда!
В этот момент Егор довольно натурально едва не свалился на пол: якобы безвинно оклеветанного парня с кристально-чистой совестью сморило от усталости.
Нешуточный приступ ярости объял полковника. Он резко вскочил, отчего бедный стул впечатался в стену за спиной командира, и заорал во все горло:
– Пошли во-он! Капитан, вышвырни это отребье на хрен из моего кабинета!..
Чуть ли не пинками сталкеров вытолкали из штаба под неумолкающее матерное сопровождение вовсю разбушевавшегося командира «Пепла», и приказали «валить отсюда, пока живы».
Так неоднозначно закончилась разыгрываемая обеими сторонами комедия, продлившаяся почти до полуночи. Уже на подходе к бару Старый поинтересовался у напарника:
– Ты что, правда заснул?
– Разве я похож на придурка? – возмутился тот.
Ветеран остановился как вкопанный и схватил Егора за рукав:
