Хелен сморщила носик.
– Полагаю, это означает, что ты должен идти.
– Король захочет получить отчет.
Она бросила на него быстрый взгляд.
– С тех пор как мы покинули Дингуолл, мой брат и Дональд, я гляжу, часто ездят в разведку и на охоту.
Челюсть его напряглась. Хоть отсутствие мужчин и радовало его, он был тут ни при чем. Похоже, Сазерленд не меньше, чем он, стремился держать Монро подальше от своей сестры. Он был почти благодарен ему. Почти. Неужели она передумала?
– Ты жалуешься? Тебе их недостает?
Хелен посмотрела на него как на помешанного – каковым он и чувствовал себя по ее милости.
– С какой стати? Я хотя бы могу дышать, когда они не висят денно и нощно у меня над душой. Просто интересно, с чего бы это.
Он сделал вид, что не замечает ее испытующего взгляда.
– Завтра мы отправляемся в горы, это наиболее трудная часть нашего пути.
– Но и самая захватывающая!
Ему ужасно не хотелось омрачать ее приподнятое настроение, но он просто не мог не предостеречь:
– Не дай красоте обмануть тебя. Эти горы могут быть опасными, даже смертельно опасными. Ты не должна отходить далеко от лагеря или отъезжать далеко от дороги. С таким количеством повозок и лошадей продвижение будет медленным. Дорога и так трудная, а этой зимой было много снега, и много речек разлилось. Твой брат вызвался проверить дорогу вместе с Макгрегором.
Она не скрывала своего разочарования.
– Значит, это не ты отослал их?
– Боюсь, у меня нет таких полномочий.
Их глаза встретились.
«Я не сдамся». Эти ее слова брошенной перчаткой звенели у него в ушах. Правда ли это, или она опять дрогнет? Он не знал, какой ответ пугает его больше.
– Ну что ж, – сказала она, не позволяя себе слишком расстраиваться из-за того, что это не он убрал с дороги ее ухажера. – Возможно, он передумал.
Но один лишь взгляд через плечо на мужчин, как раз входящих во двор, сказал ему об обратном. Когда Монро увидел Хелен и Магнуса вместе, лицо его потемнело, как грозовая туча.
Магнус с кривой улыбкой снова посмотрел на Хелен.
– Я бы не рассчитывал на это, мой ангел. Все намного сложнее.
Хелен не могла вспомнить, когда еще чувствовала себя такой счастливой. Она не знала, то ли дело в ее растущей близости к Магнусу (он, казалось, ни на минуту не выпускал ее из виду!), то ли в гордости за свои целительские таланты (которые получали изрядную практику), то ли в величии окружающей природы и духовной свободе, которую она испытывала с каждой милей их продвижения по лесам и взгорьям Уэстер Росса, но ей не хотелось, чтоб это путешествие заканчивалось.
Они покинули крепость Макрейтов после молитвы и завтрака и пустились в путь по каменистым берегам Черной реки, по лесам и пологим холмам Стрейтгрейва. Лошади, повозки и длинная процессия рыцарей, вооруженных всадников и слуг сильно замедляли путешествие, как и предсказывал Магнус этим утром.
– Дня четыре, может, пять, – сказал он, помогая ей сесть на ее маленькую лошадку. Коренастые, коротконогие кони были родом из Ирландии и прекрасно подходили для гористой местности Шотландского нагорья.
– И только-то? – Она не сумела скрыть своего разочарования.
Магнус и Грегор Макгрегор, который стоял рядом, посмотрели на нее как на умалишенную.
– И только-то? Тут же всего сорок миль, миледи, – отозвался Макгрегор. По-хорошему, не больше двух дней пути.
– Я проезжал большие расстояния за день, – присовокупил Магнус. – К ночи уже мог бы быть там.
Хелен рассмеялась над его похвальбой.
Грегор выгнул бровь.
– К ночи?
Он пожал плечами.
– Всего-то подняться и спуститься.
Хелен переводила взгляд с одного на другого. Они, конечно же, шутят?
С течением дня становилось ясно, что если она наслаждается каждой минутой путешествия по красивейшим местам, то Магнус находит такую скорость мучительной. Скорость замедлилась еще больше, когда они обнаружили, что мост в Граве непроходим, и вынуждены были пересечь Черную реку дальше по течению.
К тому времени, когда они разбили лагерь на ночь на берегу реки, в окружении соснового леса и горы Бен-Уайвис, возвышающейся вдалеке, Хелен была рада отдохнуть, поела с двумя служанками, которых взяла с собой по настоянию брата, и полюбовалась великолепным закатом.
Она удовлетворенно вздохнула и поднялась из-за стола, поставленного у них в палатке. Без излишней роскоши, королевское путешествие, однако, не было лишено основных удобств. В отличие от поездки Брюса по Нагорью три года назад, когда он бежал в том, в чем был, и с мечом в руке, в этот раз королевские повозки были нагружены домашней утварью и мебелью. Полы больших парусиновых палаток были покрыты плетеными циновками, привезенными из крестовых походов, имелись столы, стулья и тюфяки. Пили они из серебряных кубков, ели на оловянных блюдах и освещали палатки масляными лампами и свечами в великолепных подсвечниках.
Служанки поднялись вслед за ней, но она махнула им:
– Сидите. Я на минутку. – Она схватила кувшин для умывания с маленького столика с широкой чашкой. – Только принесу воды, чтоб умыться.
Эллен, женщина, прислуживающая ей с рождения, ужаснулась, хотя за столько лет уж могла бы знать ее получше.
– Позвольте, я схожу за водой, миледи.
– Ерунда, – отозвалась Хелен и выскользнула из палатки с подвязанными клапанами. – Мне хочется размять ноги. – И если Магнус вдруг окажется неподалеку, то лишь совершенно случайно. Она улыбнулась, прекрасно зная, что это будет что угодно, только не случайность. То, что он все время наблюдает за ней, стало для нее уже привычным – и даже необходимым. Сердце забилось чаще в нетерпеливом ожидании.
Но, к ее разочарованию, он не появился.
Она прошла по гранитным пластам, образующим речной берег, к темной воде, давшей реке ее название. Помыв руки и наполнив кувшин, отошла на несколько шагов, отыскала сухой камень и присела, чтобы полюбоваться, как солнце опускается за горы и гаснет за горизонтом. Вдохнула полной грудью. Божественно! Как же она любит свежий сосновый запах.
Все в этом путешествии до сих пор было божественным. Заботливость Магнуса должна ведь что-то значить. Мой ангел… Понял ли он, что назвал ее так, как называл раньше? Если он еще не простил ее, то наверняка скоро простит. И хоть пока ей довольно было и его дружбы, она не могла стереть из памяти того, что было между ними. Каждый раз, глядя на его руки, она вспоминала.
