— Ты же утратила всю свою силу, — усмехнулся Котар. — У тебя может ничего не выйти.
— И ты бы, конечно, предпочел, чтобы не вышло, да? — огрызнулась ведьма. — Тебе больше понравился бы демон, вылезший и растерзавший меня прямо у дверей.
— Так значит, такая опасность все-таки существует?
— Конечно, — расхохоталась Лори. — И не только для меня! Если уж демон вылезет, он не остановится на мне. Он и тебя разорвет на куски!..
Путники ехали все дальше и дальше, и копыта лошадей звонко стучали по каменистой пустоши. Солнце скрылось за горизонтом, оставив только алый отблеск на облаках. Приближалась ночь.
— Надо подумать о ночлеге и ужине, — сказал Котар.
— Мы уже скоро будем в Кхкитороне, — отозвалась Лори.
Это Котару не понравилось. Менее всего он хотел оказаться ночью в заброшенном городе, по улицам которого разгуливают кровожадные демоны. Варвар вообще предпочитал быть подальше от всяческого колдовства, и не только ночью, но и днем.
Правая рука Котара привычным жестом легла на драгоценную рукоять Ледяного Огня. Волшебный меч хранили не только руны, тонкой вязью идущие вдоль клинка, но и прозрачные ясные камни, вделанные в навершие рукояти. Котар не раз убеждался, что в этом мече довольно магии, чтобы защитить своего хозяина. Похоже, ему понадобится вся магическая мощь меча, прежде чем он выберется из Кхкиторона. Если выберется…
В небе уже горели звезды, когда под копытами лошадей зазвенели каменные плиты улиц Кхкиторона. Котар вертел головой во все стороны, разглядывая странные дома и громады мавзолеев, маячившие в конце каждой улицы. Их зловещие тени не предвещали ничего хорошего. Котару не нравилось это место, и Серебряный был с ним согласен. Варвар спешился и, крепко сжимая в руке повод, зашагал рядом с боевым другом, время от времени поглаживая и успокаивая его.
Лори, казалось, совершенно забыла о их существовании. Горящими от нетерпения глазами она вглядывалась в ночной сумрак, переходя от одного уродливого темного склепа к другому, явно что-то выискивая. Наконец путники выехали на центральную площадь, сплошь окруженную мавзолеями, и Лори остановилась перед одним из них.
— Вот! — воскликнула она, указывая на спираль, венчавшую купол гробницы. — Это она! Это могила самого Каликадеса!
Вход в темный склеп закрывали массивные бронзовые двери. Лори стала водить пальцами по сложному рельефу, украшавшему их. Это было невообразимое месиво людей, зверей и птиц — плод фантазии безумного скульптора. «Впрочем, может, и не такого уж безумного», — подумал Котар, вспомнив рассказ Лори. Изображение человека с птичьей головой неоднократно повторялось на этих дверях.
Варвар привязал лошадей к какому-то каменному столбу, торчавшему у дверей, и стал собирать обломки дерева, которых в развалинах было более чем достаточно. Он сложил их прямо на камнях перед выбранной Лори гробницей. Ведьма обернулась к варвару с ехидной улыбкой.
— Собираешься поесть или погреться?
— И то, и другое. Мне не нравится этот город.
— Котар неустрашимый! Котар отважный! Посмотрите на этого героя! Он боится темноты, как маленький ребенок!
Воин хитро сощурился.
— Считай, что боюсь. Но огонь и в самом деле может отпугнуть твоего демона.
— Когда я его вызову, его уже ничто не отпугнет. И с огнем в эти могилы лучше не соваться. Но я не возражаю, делай, что вздумается.
Несмотря на ее браваду, Котар отлично видел, что Лори дрожит всем телом. Он подбросил в огонь еще обломков каких-то странных не то кресел, не то стульев. Костер разгорался, пламя поднималось все выше. Лори, оторвавшись от своих исследований, присела у огня. «Она не уверена в своих силах», — подумал Котар. Ему стало жаль ее, и он, порывшись в груде хлама в одном из ближайших домов, разыскал складное кресле и приволок к костру. «Потом его можно будет поломать и бросить в огонь», — подумал он.
Лори уселась в кресло с видом королевы.
— Чего ты пытаешься добиться? — спросил Котар, подвешивая над костром котелок.
— Я хочу вызвать Дитру Каликадеса. Это был величайший из магов Кхкиторона. Он вернет мне мою силу.
— В обмен на что? Ни один колдун не сделает ничего бесплатно.
Рыжая ведьма содрогнулась, не ответив. Она молча смотрела в пламя, поднимающееся все выше, Котар тоже критически оглядел костер, решив, что через несколько часов от него останутся одни уголья, и все надо будет начинать сначала.
— Когда ты собираешься это делать? Сейчас?
— Как только поем. Это займет много времени (если вообще удастся), поэтому лучше поесть сейчас.
Девушка снова содрогнулась, хотя костер был жарким, а ветер стих, как перед грозой. Наконец Лори встала, поведя плечами.
— Мне было бы легче, если бы эти кочевые крысы не сожгли мои книги! Там было рассказано, как правильно вызвать духа из могилы. Теперь приходится полагаться на память. Малейшая ошибка может все испортить.
— Тогда ты так и останешься обычной женщиной, — заметил Котар, подбрасывая в костер еще один обломок.
Зеленые глаза Лори неприятно сузились.
— А что, варвар, тебе бы хотелось именно этого?
— Так ты мне больше нравишься, — невозмутимо ответил он.
Поджав губы, Лори отвернулась и взглянула на небо. Обе луны уже взошли над горизонтом, и одна из них была почти полной. Стало гораздо светлее.
— Теперь не время демонстрировать то, что понравилось бы еще больше такому варвару, как ты, — проворчала Лори. — Близится Час Крысы, час открытых ворот. Вставай, Котар, ты пойдешь со мной.
— Лучше я останусь. Кто знает, какие твари тут бродят вокруг. Разбойники, мародеры…
Она расхохоталась.
— В городе мертвых? Пошли!
Он подошел вместе с нею к бронзовым дверям.
— Ломай! — велела Лори.
Котар со всей силы налег плечом на массивные створки. Мышцы вздулись у него на спине, пот заструился по лбу. Двери подались, но железный засов, удерживавший створки изнутри, не позволял открыть их.
Варвар выпрямился, тяжело дыша. Он отошел на шаг и снова ударил плечом. Двери дрогнули, но устояли.
— Здесь все уже очень старое, Котар, — тихо сказала Лори. — Попробуй еще раз.
Он ударил снова, и еще раз, и еще. На третьем толчке что-то хрустнуло, раздался скрежет и грохот, и Котар влетел в раскрывшиеся двери, кубарем покатившись по ступенькам и плитам пола.
Нос и рот Катару немедленно забила древняя пыль, он встал, отплевываясь.
— Тьфу, гадость какая!
Лори медленно вошла в открытый дверной проем. Звездный свет горел в ее рыжих волосах, распущенных по плечам. Плащ она оставила у костра, и теперь на ней была только длинная, до пят, монгрольская вышитая женская рубаха. Ее белые ноги сверкали в высоких разрезах.
