Тогда Брек встревоженно спросил:
— А вторая часть наследства?
— Среди руин бродит несколько свирепых леопардов. Не много. Несколько. Правда, они — убийцы.
Наступила тишина. Свет лампы померк. Где-то перешептывались невидимые евнухи.
— Третья часть? — спросил Брек, чувствуя, что произносит собственный приговор.
— Демоны, спрятавшиеся в стенах дворца.
Брек усмехнулся.
— Насчет демонов я ничуть не беспокоюсь, госпожа. Я встречал призраков и другие неописуемые вещи за время своих скитаний, но безумцем не стал. Почему ты здесь, а сокровища, принадлежащие тебе, — там? — В глазах варвара появился холодный блеск, и что-то холодное шевельнулось у него внутри. — Или это и есть та причина, по которой ты купила меня?
С веселым смехом Миранда попыталась потрепать раба по щеке.
— Мудро…
Брек шагнул назад, крепко сжав губы.
Некоторое время Миранда пристально смотрела на него, словно раздумывала, стоит ли ей разозлиться. Возможно, решив, что пока не стоит, она сдержала гнев и объяснила:
— Годы назад, когда я была ребенком, мой отец напал на богатый караван в нескольких лигах к западу отсюда. Он захватил сорок путешественников и, пригнав пленных во дворец, развлекался, медленно убивая их по одному. Но среди его жертв оказался колдун — создатель чар и знаток колдовства, который был братом караванщика и сопровождал того на юг по собственным соображениям. Колдун наложил проклятие на Принца Гамура. Умирая, он пообещал, что души замученных путников найдут приют в стенах главного зала дворца. Их кровь останется пятнами на стенах — огромными красно-коричневыми заплатами. А потом мертвые оживут — внутри стен — в этих ужасных пятнах. Их ищущие возмездия души свели с ума мою мать, потом моего отца. Мать утопилась во рву. Отец как-то вечером бродил по бастионам и, увидев нечто ужасное, бросился вниз со стены и погиб. Проклятие из стен пыталось дотянуться до меня и моей няни. Старушка вскоре тоже умерла. Только я одна выжила. Опустевший дворец разрушился до основания. Демоны стоят на страже над кладом, и никто не может унести его. Несколько воров — одни из города, другие издалека — пытались добыть сокровища, хранящиеся в главном зале. И они нашли…
Смерть витала вокруг них в затухающем свете. Брек усмехнулся.
— Говори дальше.
— Ужасную смерть.
Теперь Брек понял.
— Значит, я должен попытаться добыть сокровища?
Миранда сжала его запястье.
— Воры были тупой, глупой сворой! Для человека сильного и решительного, человека, рожденного в степях диких земель, и лучшие стражи не оказались бы непреодолимым препятствием! Сбежав из дворца, я долго ждала, когда появится такой, как ты, — Миранда посмотрела на варвара и обворожительно ему улыбнулась.
— Хороший выбор. Войти во дворец к демонам или остаться рабом. — Брек прищурился. — Ответь мне на один вопрос: что помешает мне придушить тебя сию же минуту?
Улыбка Миранды снова стала веселой. Она хлопнула в ладоши.
— Давай. Когда я наблюдала, как ты разговаривал с Йарахом — этим трясущимся брюхом, я поняла, что в тебе есть немного чести, быть может незаметной на первый взгляд. Ты — дикарь по натуре. Но ты честен. Все твои варварские мысли я читаю в твоих глазах. Они станут моей самой крепкой цепью. Хорошенькая ловушка, не так ли, Брек?
Сильно прикусив нижнюю губу, Брек отвернулся. Боги прокляли его. Женщина была права. По-настоящему мудрый и разумный человек убил бы ее на месте, потом посчитался бы с евнухами, как сумел. Но Брек не мог так поступить. Он отвернулся. Его оковы зазвенели.
— Скажи снова, что я должен сделать.
— Принеси сокровища Гамура, — прошептала Миранда. — Принеси их, и ты станешь свободным.
— Когда я должен отправиться за ними?
— Чем раньше, тем лучше. Я ждала…
— Но не ночью, — возразил варвар. — Если мне придется сражаться со зверями и демонами, я должен немного отдохнуть. Завтра. Оставь лампу и иди.
Не споря, Миранда кивнула. Она принесла несколько маленьких горшочков с мазями и искусно стала втирать огненные притирания в раны, оставленные плетями на спине варвара. Потом Миранда ушла. Лампа сама собой потухла.
Брек попытался уснуть. Но не смог. Снова и снова он вставал и возвращался к окну в виде замочной скважины, пристально смотрел на холм, увенчанный разрушенным дворцом Гамура. Осклизлые, загнившие стены искрились в лунном свете. Огромные черные птицы (вороны?), хрипло крича и хлопая крыльями, кружились над останками башни. Наконец Брек задремал, забывшись на время. Но сон его был чутким и не принес облегчения. Варвара разбудил холодный туман, одеялом укрывший весь мир.
Светало. На пороге появилась Миранда. С помощью крошечного ключика она сняла кандалы, сковывающие запястья варвара. Цепи загремели, упав на пол. Из свертка алой ткани женщина извлекла двуручный меч — клинок, которого не коснулась ржавчина. Рукоять меча украшало множество драгоценностей.
— Это — лучшее, что смогла я достать для тебя, Брек. Этот меч был могучим оружием в руках Гамура Тысячи Когтей.
«Опасное оружие», — подумал Брек. Но вслух он этого не сказал. Вместо слов он несколько раз взмахнул мечом, примериваясь.
— Баланс, кажется, неплохой, — с дикой, мечтательной улыбкой варвар прижал режущую кромку клинка к шее Миранды.
Но она даже не моргнула, хотя было видно, как задрожала жилка на ее шее.
— Что мешает мне убежать прямо сейчас, моя госпожа? — поинтересовался варвар.
— Мои евнухи и Йарах с Залдебом. Тебя станут преследовать как беглого раба и убийцу. Разве ты хочешь отправиться в Курдистан, все время оглядываясь через плечо?
Брек мысленно грубо выругался и опустил меч.
— Очень хорошо, — сказал он. — Пошли на холм. Сегодня пасмурно, но я скорее пойду туда сейчас, чем ночью.
Они прошли к задним воротам дома и оседлали пару жалких белых ослов.
Миранда показала варвару дорогу по каменистой тропинке вверх по склону холма. Брек удивился, увидев, что крыши домов городка запружены людьми, которые, несмотря на столь ранний час, вышли посмотреть на него и Миранду. На мгновение Брек почувствовал себя жертвенным животным.
В бледном дневном свете заброшенный дворец Гамура выглядел ничуть не привлекательнее, чем вечером накануне. Клубы тумана притаились у подножия разрушенных башен и в заваленных обломками комнатах. Когда Брек и Миранда приблизились, варвар ясно разглядел капли вонючей росы на стенах. Эти капли сверкали, распространяя смрад. Тошнотворная вонь ударила в лицо Бреку. Миранда прикрыла лицо краем шелковой накидки, а другой рукой хлестнула осла по боку короткой шнурованной плетью.
