с вашей подругой нашли слабое место и подготовим сюрприз хитрому гаду, сделав его существование невыносимым в теле общего друга. Есть, правда, один небольшой нюанс, важно изгнать душу так, чтобы старый засранец не оставил в душе парня негативной закладки. Например, уничтожить себя или всех дорогих ему людей, — подкинула она очередную головную боль, над чем ребята серьёзно задумались…
Глава 27
Битва за свободу
Второе отражение, возле поселения оборотней.
Последняя группа отряда Искателей направилась во второе отражение к поселению метаморфов. Пройдя порталом в лес оборотней, Анастасию и Таисию накрыло ностальгией.
— Помнишь, как мы здесь около суток проспали, а оборотни нас даже не тронули? — вспомнила Тень, когда она вместе с подругой совершенно без сил вывалилась, пройдя сквозь отражение.
— Помню, я ещё тогда попросила Ширкана указать неверное направление, куда ушёл отряд Оболенского. Тогда я пыталась его спасти от тебя, догадалась, что ты его тайно преследуешь, — призналась Анастасия в диверсии.
— У меня было на него задание, найти и доставить путешественника к хозяину. И я не могла из-за печати ослушаться, иначе могла умереть сама, — Таисия тяжело вздохнула. — Видно, ментальный приказ Оркуса сработал и без его печати, я всё же выполнила то чёртово задание, привела Оболенского к архимагу.
— Но ведь это было его всецело решение, дабы дать тебе отомстить и уничтожить убийцу детей, — Анастасия попыталась сейчас оправдать подругу, Таисия выглядела сильно расстроенной. — И не ваша вина, что Высшие демоны облажались, так и не сумев прикончить злобного старикашку. Вы из-за них рисковали своими жизнями, а ты даже погибла, спасая нашего командира.
Обе девушки ощущали вину и готовы были сделать все, чтобы помочь Оболенскому. Они давно поняли, что по уши в него влюблены, не став скрывать своих чувств ни от него, ни от друг друга.
— Не только у вас здесь хорошие воспоминания. Мы с Лиски у оборотней тоже неплохо так прокачались, — подал голос Хаски, что взял на время управление эльфом. В то время оба метаморфа были ещё в телах девушек, что выдавали себя парнями и морозились окружающих. На тренировках с оборотнями метаморфы часто перехватывали инициативу, когда девушки не справлялись.
— Вот об этом нам совсем не хочется вспоминать, — передёрнула плечами Таисия. — Лучше подумайте, как вам найти самого старого и опытного метаморфа, чтобы задать ему пару вопросов.
— А почему это нам нужно думать? Вы разве не будете с нами? — подал голос Лиски, что обычно не любил разговаривать.
— Потому что мы снова превратимся в трофей, как только войдём в поселение. Лучше уж вас подстрахуем из тени, где до нас не доберутся ваши сородичи, — Таисия поделилась планом, как безопасно можно добыть информацию. — Так вы знаете или нет, к кому там стоило бы обратиться?
— Возможно, это слащавый Донис? Он самый красивый в поселении, а значит, самый опытный, ведь создать идеальную внешность необходимо иметь много опыта, — предположил Хаски.
Метаморфы никогда не жили общинами и не создавали кланов, приспосабливаясь в качестве паразитов занимать чужие тела. Но иногда и они промахивались, их вычисляли жители второго отражения. Поэтому для обитателей, порабощённых метаморфами, было создано отдельное поселение, куда и ссылались разные виды и расы. Именно поэтому Лиски и Хаски не устанавливали тесные связи с остальными жителями большой деревни, вели себя обособлено, лишь спелись друг с другом. Теперь гадали, кто же всё-таки в том поселении был главой.
— Нет, старшим там был, скорее всего, воинственный Забр, так как он выглядел сильнее остальных. Физические данные тоже быстро не набираются, его многие опасались, как и меня, — Лиски хоть и был молодым метаморфом, но ему удалось около десяти лет прожить в теле магически одарённого воина. Он умел неплохо махать мечом и знал много способов рукопашного боя.
— Да нет, это гениальный Кален, что даёт всем советы, даже когда об этом не просят. Он многое знает, поэтому может быть старым метаморфом, — снова предположил Хаски новую кандидатуру.
— Да он в каждой заднице затычка, и не такой он уж и гениальный, и советы его не всегда верные, — усомнился Лиски, перебирая варианты. Это по его совету они решили сменить не совсем ещё старые тела на тела двух девушек, забредших в их поселение. Вот только задержаться в них не получилось, о чём он и сказал Хаски, что с этими девушками что-то не так. Лиски оказался прав, сознание у обеих было довольно крепким, на покорение его ушло бы не меньше пяти лет. Но с учётом прогресса, освоения ментальной магии, открытия новых способностей, то и за сто лет они навряд ли с девчонками смогли бы справиться.
— Вы не там ищите, — перебила Таисия метаморфов, — ни самый красивый, ни самый сильный и даже ни выскочка не могут быть главным в поселении. Ищите самого ушлого, что будет в меру красив, силён, умён, а главное — жить в достатке, возможно, со слугами.
— Тогда это первый Маклаус, его ещё называют стариком. Точно, в его же названии и скрыта подсказка, как мы сразу о нём не подумали? Он в меру красив, силён, но не показывает своей силы, магически одарённый, и у него самый лучший дом в поселение, и даже наложницы есть, — Хаски и Лиски единогласно пришли к общему знаменателю, решив наконец-то, к кому отправятся просить помощи и совета…
В поселение метаморфов с момента последнего посещения, можно сказать, что ничего не изменилось. Здесь царило всё такое же запустение, ужасная антисанитария и разруха. И ещё более нелепым казалось наличие праздношатающихся людей модельной наружности.
— Стесняюсь спросить, а чем метаморфы занимаются, почему ещё не умерли с голоду? И почему не покинут этого поселения? — задала вопрос Анастасия, когда они подошли к распахнутым воротам.
— У этого поселения есть магическое ограничение. Никто из метаморфов не может отсюда уйти по земле. Мы вот в прошлый раз смогли его покинуть только по воздуху верхом на драконе и виверне. И ты не совсем права, многие метаморфы прожили более сотни лет и имеют знания, как изготовить то или иное, что ценится в любом мире. Раз в неделю к нам приходит большой караван, что привозит продукты и то, что мы заказали заранее большим списком. В обмен забирает уникальные в своём роде вещи и зелья, так и живём
