как мерзкая Жоржетта покинула мой магазинчик. я поднялась в свою спальню на втором этаже и раскрыла шкатулку.
Там действительно лежала небольшая переплетенная книжечка и пара бумаг.
Книга была написана на непонятном языке и очень походила на небольшой словарик, причем написанный аккуратным почерком и пером. Это не был дневник, а словно мой отец тренировался в написании каких-то странных букв, совсем не похожих на французские. Две бумаги тоже принадлежали отцу. Одна — направление на службу в какое-то местечко в Южной Америке, с гербовой печатью. А второе письмо отца для моей матери на французском, где Шарль писал, что его служба продлится еще полгода.
Из стопки своих писем я просмотрела только первое. На нем было написано: «Для Сесиль Савиньи. Лично в руки». Я раскрыла его и прочитала первую строку:
«Небо мое, скоро мы будем вместе, обещаю тебе…»
В этот момент в мою комнату залетела Зоэ и выпалила:
— Мадам Сесиль, там пришла графиня Дюбарри! Требует вас лично. Она жаждет заказать такое же платье, как было на венчании принцессы Луизы.
— Как такое же? — удивилась я, откладывая любовное письмо Поля в сторону. — Она тоже выходит замуж?
— В том-то и дело, мадам, что нет! Ей нужно платье на королевский бал во дворце.
— Ясно, — кивнула я, понимая, что придется вежливо предложить графине какой-то другой фасон, более приемлемый для бала. — Пойдем.
Я быстро убрала шкатулку и письма Поля в шкафчик и поспешила вниз.
Графиню все же удалось уговорить на платья, похожие на свадебный наряд принцессы, но более подходящие для бала. До завтра я должна была нарисовать семь вариантов платьев, чтобы графиня выбрала три из них. Знатная дама сразу озвучила, что неважно, сколько будут стоить наряды, главное, чтобы они произвели такой же фурор, как и платье принцессы.
Я понимала, что это вдвойне трудная задача, но все же надеялась, что справлюсь с ней. В моей голове уже пару дней сидело несколько интереснейших идей платьев, и, похоже, настало время воплотить их в жизнь.
.
Глава 71
После общения с графиней Дюбарри меня осенила очень интересная мысль. С ней я поделилась за обедом с няней и мадам Арабель.
— А если наши изделия продавать как готовый гарнитур? — спросила я женщин. — Как вы думаете, это будет пользоваться спросом?
— Гарнитуром, это как, мадам Сесиль? — спросила Зоэ, которая уже доедала свой бульон.
— Это, детка, когда к платью сразу идут верно подобранные в тон и в фасон шляпка, накидка, перчатки или туфли, — объяснила Манон.
— Да, именно. Например, сразу блузка, юбка, пиджак и шляпка, и с перчатками, — кивнула я, дополняя слова няни.
— И зачем это? — удивилась мадам Арабель.
— Во-первых, мы сможем продать за раз сразу несколько вещей. Если ещё на гарнитур сделать небольшую скидку, процентов пять, у покупательниц будет большой соблазн его купить.
— Хорошая придумка, Сесиль, — кивнула Манон. — Многие небогатые дамы, и мещанки, и уж тем более торговки, мало разбираются в моде и сочетании одних вещей с другими. А тут получается, мы поможем им сделать верный выбор, чтобы они выглядели красиво и достойно, а не аляписто.
— Да, няня, я тоже об этом подумала. Им не придётся проходить кучу магазинов, чтобы покупать шляпку к определённому платью.
— А теперь я поняла. Мне нравится эта идея, — закивала Зоэ.
— А я могу попробовать с этими вашими гарнитурами шить нужную обувь, — предложил Бертран, — ну, чтобы сочеталось.
Последнюю неделю молодой человек обучался обувному делу у знаменитого в Париже обувного мастера. И с каждым днем туфли и ботиночки Бертрана получались все более искусными и модными. Я была этому очень рада.
— Это было бы замечательно, Бертран, — согласилась я.
— Только вы должны описать, какие надо точно сшить. Я ведь пока просто повторял с тех туфель, что стоят на витринах на Риволи.
Я довольно закивала.
— Конечно, я всё скажу тебе, Бертран. Можно уже первые гарнитуры сшить за пару дней.
Я быстро встала и достала с камина листы. И положила их перед женщинами.
— Тут я уже накидала полдюжины вариантов гарнитуров, — указала на рисунки пальцем. — Есть четыре и три вещи, есть гарнитуры по шесть.
— Мне нравится твоя идея, дочка, — произнесла мадам Арабель. — Небогатые горожанки, мне кажется, с удовольствием такое будут покупать. У них мало времени, чтобы ходить по многим магазинам.
— Да, да, — закивала Манон. — Они либо сами служат где-то, или помогают мужьям в лавках.
— Да, — продолжала я. — И думаю, надо сделать гарнитуры разные по стоимости. От самых дешевых до более дорогих. Чтобы покупательницы сами выбирали. Возможно и богатые дамы захотят что-то приобрести.
Через неделю пришла еще одна радостная весть. Наконец-то мы получили официальный ответ из королевской канцелярии. Наш брак с графом де Бриеном был расторгнут. Для официального вручения документа я отправилась в Ратушу, чтобы получить бумагу о свободе от ненавистного мужа, а также отдать вторую половину дневника Раулю.
Как и в прошлый раз меня сопровождал Калиан. Общаться с де Бриеном одна я побаивалась. Наедине со мной он вел себя неадекватно и агрессивно.
Получив в Ратуше документы, я отдала уже бывшему мужу вторую половину дневника.
Довольная и счастливая оттого, что моя жизнь налаживается, я возвращалась с Шаур Ра домой. Однако едва мы вышли на улицу, Калиан тут же властно заявил:
— Ты наконец свободна, Сесиль. Теперь ты можешь выйти за меня замуж.
— Но я не думаю, что это хорошая идея, Калиан. Я беременна от другого мужчины, ты же знаешь. Ты никогда не сможешь принять чужого ребенка как своего, а для меня это очень важно.
— Если ты выйдешь за меня, то малыш будет моим сыном. Никто никогда не узнает, что у него другой отец. Я воспитаю его как своего.
— Но зачем это тебе?
— Я люблю тебя, а твой ребенок — это часть тебя. Поверь, я сделаю всё, чтобы ты была счастлива, Сесиль.
На это я ничего не ответила и лишь молча шла дальше. Калиан тоже молчал. Недовольно поджимал губы и следовал рядом, то и дело кидая на меня страстные взгляды.
Как не были соблазнительны слова Шаур Ра, но я не хотела вешать такую ношу на его плечи. Он не должен был воспитывать чужого ребенка, это было неправильно. Именно поэтому я не решалась ответить ему согласием, хотя всё моё существо рвалось к нему. Я хотела стать счастливой с Калианом, как он и обещал.
Однако не прошло и пяти часов, как в нашем доме появился разъяренный граф
