переживаю.
— Но ты беспокоишься о чём-то другом.
Харрисон вздохнул. Заметив что-то неладное, Престон уже не отстанет.
— Ничего особенного.
— Знаешь, рано или поздно я всё выясню. Так что можешь выкладывать сейчас.
Харрисон не хотел заводить разговор на теннисном турнире.
— Вечером, хорошо? Поговорим вечером.
— Ладно. Пойдём займём хорошие места на её выступлении.
В это время матч Мэдди уже подходил к концу, поэтому они подождали, когда толпа начнёт расходиться и отыскали место в первых рядах. Харрисон был удивлён большим количеством людей, которые пришли посмотреть матчи. Он никогда раньше не был на теннисном турнире такого масштаба, Мэдди стала выступать на таком уровне только после его отъезда в Париж. Такое количество наблюдателей за игрой должно быть пугающим. Нервничала ли она? Беспокоило ли её такое внимание?
Харрисон сомневался в этом. Мэдди была самым смелым и азартным человеком из всех, кого он знал. И в этом году она уже успела выиграть несколько небольших турниров, так что, наверняка, привыкла к подобным публичным выступлениям. Он написал тогда на карточке абсолютно искренние слова. Независимо от того, как Мэдди играла, он чертовски ею гордился.
Его внимание привлекло какое-то движение около помещения для переодевания... когда появилась жена, Харрисон напрягся. Весь мир замер, он видел одну лишь Мэдди.
— Каждый раз, когда ты её видишь, у тебя появляется одно и тоже выражение лица, — весело сказал Престон. — Бедолага.
— Иди ты к чёрту, — пробормотал Харрисон. Незнакомец рядом с ним ахнул и в ужасе отошёл бочком.
— Чертовски хорошие манеры, Арчер, — пробормотал Престон.
— Это, чёрт возьми, из-за тебя, — парировал Харрисон, на его губах играла улыбка, а взгляд был прикован к Мэдди. Ни он, ни его друзья никогда не играли по правилам приличного общества, так что притворяться сейчас смысла не видел.
Мэдди и Валентин Ливингстон спустились по лестнице, за ними следовали женщина с ракеткой в руках и пожилой мужчина. Выражение лица Мэдди было спокойным и решительным, пока она слушала тренера. Без сомнения, он давал последние наставления перед началом матча. Чуть поодаль стояли двое мужчин, охранников нанятых Харрисоном, которые осторожно приглядывали за Мэдди.
— Я же говорил тебе, что они хороши в своём деле, — сказал Престон, кивнув подбородком в сторону охранников. — Она даже не догадывается, что они здесь.
Превосходные. Харрисон заодно установил слежку за братом, поэтому знал, что Томас всё ещё находится в Нью-Йорке. Возможно, не было необходимости нанимать охрану для Мэдди, но Харрисон не успокоится, пока турнир не закончится.
Он наблюдал, как она плавно идёт к корту, и наслаждался каждой деталью ей внешности: от шляпки, защищающей глаза от солнца, до белой блузки и юбки. В её походке чувствовались целеустремлённость и уверенность. Она приехала сюда, чтобы победить, в этом не было сомнений.
Игроки приготовились, а судья взобрался на высокий стул. Двое охранников ретировались к противоположной стороне корта, чтобы не попадать в поле зрения Мэдди. Подошёл Валли, Харрисон опустил ограждающую сеть, чтобы тот смог через неё перелезть.
Валли выпрямился и пожал Харрисону руку.
— Рад тебя видеть, Арчер. Прекрасный день для тенниса, не находишь?
— И в самом деле. — Он представил Престона, затем спросил Валли: — Думаешь, она победит?
Тренер ухмыльнулся.
— Конечно, победит.
— Как ты можешь быть таким спокойным?
— Потому что я её тренер, а не муж. Не волнуйся, Арчер. Я не встречал женщин, которые играли бы столь же хорошо, как твоя жена. Она агрессивна, и у неё сильный удар. Сам увидишь.
Судья объявил имена игроков, и зрители зааплодировали. Услышав “Мэдлин Вебстер Арчер”, Харрисон улыбнулся, несмотря на своё мрачное настроение.
"Она моя. Что бы ни случилось, она моя".
После небольшой разминки начался матч. Вскоре Харрисон понял, что Валли имел в виду, говоря о стиле игры Мэдди. Соперница отбивала мяч в основном вверх, как в бадминтоне, а не вперёд, что замедляло ход игры. Мэдди же посылала мяч только вперёд с присущей ей точностью, быстро передвигая ногами. Противница не успевала за ней.
Зрители аплодировали и подбадривали Мэдди, пока она продолжала вести в счёте. Если Мэдди и слышала окружающий шум, то не подавала виду. Она была полностью сосредоточена на игре и своей сопернице. И даже ни разу не посмотрела в сторону Харрисона.
В итоге Мэдди уверенно выиграла в двух сетах. Харрисон громко захлопал в ладоши, а Престон сунул пальцы в рот и свистнул.
Валли слегка толкнул его в плечо.
— Теперь понимаешь, что я имею в виду?
— Я никогда раньше этого не замечал.
— Потому что ты привык к тому, как она играет.
Верно.
— Другие теннисистки на этом турнире играют так же?
— Одна или две. Мэдди встретится с ними в последующих турах.
Мэдди подбежала к нему и обняла за шею.
— Боже мой. Я выиграла!
Харрисон с облегчением зарылся лицом в её волосы, наконец-то он снова обнимает жену.
— Конечно, выиграла, милая. Поздравляю.
Она отступила на шаг, чтобы поговорить с Валли. Престон тоже выразил свои поздравления. Харрисон никогда не видел её такой счастливой.
— Не могу поверить. Это было так просто, — удивилась Мэдди.
— Так просто будет не всегда, — предупредил Валли. — Но насладись своей сегодняшней победой. Ты играла великолепно.
— Мы отпразднуем победу за ужином, — сказал Харрисон. — Все приглашены.
— У меня уже есть планы на вечер, — сказал Вэлли. — Но спасибо за предложение. Только проследи, чтобы она оказалась в постели в положенное время, Арчер.
— Валентин! — Щёки Мэдди раскраснелись сильнее, чем во время игры.
— Обязательно, — пообещал Харрисон и поцеловал ей руку. — Не волнуйся.
Валли снова перепрыгнул через ограждение и оказался на корте.
— Я отведу её обратно в раздевалку, а потом пойду посмотрю на другие матчи. Хочу понаблюдать на соревнованиями.
Харрисон кивнул и сказал Мэдди:
— Я подожду тебя у входа.
Мэдди с тренером отправились в здание клуба, где Мэдди переоденется и оставит снаряжение. Охранники следовали за ними на достаточном расстоянии, Харрисон вздохнул с облегчением.
Толпа уже разошлась, и вскоре появились мать и отец Мэдди.
— Здравствуйте, миссис Вебстер, мистер Вебстер, — поприветствовал Харрисон, пожимая руку пожилому мужчине. — Она была великолепна сегодня, правда?
— Это её лучшая игра, — подтвердил отец Мэдди, на его лице появилась широкая улыбка.
Даже мать Мэдди выглядела довольной, пряча лицо в тени зонтика от солнца.
— Я не могу понять привлекательность этого вида спорта, но она, безусловно, выглядела хозяйкой гейма.
— Матча, дорогая, — поправил жену мистер Вебстер, похлопывая её по руке. — Гейм, сет, матч.
— Вечером мы идём праздновать победу, — сказал Харрисон Вебстерам, когда они направились в здание клуб. — Я надеюсь, вы к нам присоединитесь.
— С удовольствием, — ответил мистер Вебстер. —
