уйдёт. Люди верят Злате, а не ему, - напомнил внутренний голос. - Вот и пойдёте вместе».
«Угу, так они нас вместе и отпустят», - я отвесила себе мысленную оплеуху, отгоняя соблазнительные видения.
- А я верю ведьме. Никому она зла не желала. Помочь пришла, - раздался вдруг голос Ильи у меня над ухом.
- А ты помолчал бы, царевич, - выкрикнул кто-то из толпы. - Ты кому угодно поверишь, лишь бы от законной жены избавиться!
Злата картинно, но как-то поспешно разрыдалась. Но Илья даже не взглянул в её сторону.
- Даже будь она мне женой, поклёп на невинного возводить я всё равно не позволю, - отрезал богатырь. - Я всё сказал.
«Опять, - проворчала я про себя. - Да что ж ты сам себе рот постоянно затыкаешь?!»
Но даже разворчаться толком я не успела: в уши ударил едва слышный, но от этого не менее оглушающий шёпот Ильи:
- Кто ты, лесная ведьма? Почему я от тебя глаз отвести не могу?
«Ага… Вот прямо сейчас и объясню, - окончательно обозлилась я. - То-то твой папаша обрадуется! А уж сборище это вообще в восторге будет: обманутая любовница попыталась отравить обманщика! Разговоров на десять лет вперёд хватит». Я обвела глазами толпу:
- Змею на груди пригрели и радуетесь. Вот она - причина смерти одного царевича и болезни другого. Она и Илью в могилу сведет, дайте срок.
- Я?! - взвилась Злата, побелев как полотно.
- Ты, ты, - кивнула я. - Может, настоящее своё лицо покажешь, пересмешница?
Признаю, попытка была так себе и успехом она, разумеется, не увенчалась.
Злата не закричала «Ах, меня раскусили, пойду топиться!». Даже в лице не изменилась. Просто удивлённо вскинула брови:
- Кто?
- Нечисть. Чужую жизнь вытягиваешь и тем живёшь, - холодно ответила я.
Я знала, что заставить народ поверить в правду не смогу и из Берендеи мне
придётся даже не уходить, а удирать, бросив всё. Но надеялась, что мои слова вспомнят тогда, когда тварь от безнаказанности распоясается и выдаст себя хоть чем-то. Это единственное, что я могла сделать. И я это сделала.
- Я - нечисть?! - взвизгнула Злата. - Да я тут три года живу…
- Да ну? А кто уезжал? Как раз перед тем, как со старшим царевичем беда приключилась? Может, уехала Злата, а вернулась нечисть? Только куда ты настоящую царевну подевала, а?
Глаза девицы на мгновенье яростно сузились, и я поняла, что попала в точку. Увы. Поняла это только я. И то лишь потому, что обозлённая девка, выкрикивая обвинения мне в лицо, подошла почти вплотную. Но совладала с собой она куда быстрее, чем мне бы хотелось.
- Я тут три года живу, с тех пор, как царевичу клятву брачную принесла. И никому зла не причинила, никого не обидела, - проговорила она звенящим от слёз голосом. - А уж кого невольно обидела по недомыслию ли али по ошибке, то прошу прощения…
«Актриса проклятая», - прошипела я, глядя, как она отвешивает толпе поясной поклон.
- А вот ты, ведьма лесная, нам беду принесла. Как появилась ты в лесу, так и болезнь сонная царевича одолела.
- Когда старший заболел, меня тут и близко не было, - парировала я.
- Да ну? Может, ты уже год в своей избушке живёшь, а людям только теперь на глаза показалась? Кто там знает, когда к нам приехала?
- Страж на воротах знает, - сорвалась я, ошалев от того, как эта зараза умудрялась перекрутить каждое моё слово. - Да и ты тоже. Верно?
Я поднесла руку к лицу и одним движением сняла личину.
- Ты?! - отшатнулась Злата.
- Ну, отпираться не стала. Уже хорошо, - фыркнула я, почувствовав, как на плечи легла тяжёлая рука Ильи. - Помнишь, как второй женой мне стать предлагала? А оказалось, что ты и сама не первая.
- Побойся богов, царевич! - выкрикнула какая-то баба из толпы. - При живой жене чужую девку обнимать!
Илья даже не пошевелился:
- Чужая девка, - холодно проговорил он, - вон беснуется. А это наречённая моя. Невеста бывшая. И жена будущая, коли её воля будет.
- Молчи! - перебил всё тот же старик из первого ряда. - Тебя мы уже слышали.
Илья спорить не стал, но и руку не убрал. Застыл как статуя. Зато Злата, почуяв
поддержку, воспрянула духом.
- Рассудите нас, люди добрые! - со слезой в голосе воскликнула она. - Я к вам три года назад пришла и никакой беды не принесла. - А эта ведьма явилась, и всё вокруг неё потемнело. Наследник царский умер, Алексей заболел. Муж жену позабыл и клятвы свои брачные! Околдовала она его, как пить дать!
- Слово против слова, - провозгласил старик. - Как рассудим, люди?
Толпа загомонила, и к нам ненадолго все потеряли интерес. Даже Злата
перестала сверлить глазами Илью и принялась вглядываться в толпу, жадно ловя отдельные выкрики. Я знала, как они рассудят. И Илья тоже знал. Чуть склонил голову и тихо спросил:
- Где искать тебя, любушка?
- Там, где царевичей нет, - буркнула я, внезапно вспомнив, с чего началась вся эта мерзкая история. - А если опять молчать не к месту собираешься, так лучше не ищи. Ведь скажи ты мне, что царский сын… Расскажи сразу, почему покинул родной дом…
- Моя вина, - ещё ниже опустил голову Илья. - Побоялся я, что после терема княжеского на царский терем ты и глядеть не захочешь. Ну и на меня заодно. Вот и тянул до последнего. А как мне отец про жену сказал, так я домой и бросился. Да только поздно. Змея эта и меня обманула. Мол, прав ты, Илья, собирай вече - всё подтвердить готова. И что клятвы не было, и что оболгали нас. Дескать, до сих пор молчала она, потому как батюшку моего боялась. Мне её жаль стало. Чай девица несмелая, хрупкая да слабая. Куда ей супротив отца моего. Раз уговорила меня отложить сбор, два… А вчера так и вовсе сонным зельем опоила. А я, дурак, только сейчас понял, что к чему…
- А ну пропустите! - громовой возглас легко перекрыл рокот толпы и заглушил тихий голос Ильи. Я вздрогнула, поднимая голову, и похолодела. - Пропустите, говорю! Битый час стою и вижу, что без меня вам не справиться. Я - Иван-богатырь,
