сомневаться, но подозрения не исчезали.
Сун Юаня она больше не подозревала. Хотя он её недолюбливал, он не посмел бы пойти против И Цяньчэна. Армия И Цяньчэна всё ещё была в Фэнму, а поездка в Ша Цзи была опасной. Если бы Сун Юань знал, где она, он бы непременно использовал её безопасность как предлог, чтобы уговорить И Цяньчэна отступить.
Но брат…
Мысли Лянь Шэн были хаотичны, и И Цяньчэн, видя её задумчивость, не мешал. Когда она наконец очнулась, он улыбнулся и спросил:
— О чём задумалась?
Лянь Шэн знала, что он не любит её брата, поэтому поделилась лишь частью правды:
— Я думала о смерти господина Фана. Я знаю отца — у него не хватило бы смелости убить господина Фана, если бы за ним не стоял кто-то ещё.
И Цяньчэн согласился. Он не позволит тем, кто погубил Фан Му, уйти от расплаты. Лянь Шэн не знала, но И Цяньчэн лично видел письмо, отправленное из города Ляня в столицу. Хотя дело казалось простым, любой, знавший о существовании письма, понимал, что смерть Фан Му была связана с Лян Чжэнем.
Но письмо лишь обнажило подлую натуру городского правителя, вызывая ещё большее презрение. Лян Чжэнь, доставивший письмо, тоже не был невиновен.
Он ничего от неё не скрыл и объяснил ситуацию с Лян Чжэнем. Лянь Шэн с удивлением повторила:
— Лян Чжэнь…
И Цяньчэн слегка удивился:
— Ты знаешь его?
Лянь Шэн покачала головой:
— Не то чтобы знала… Года полтора назад он был ещё вторым принцем и приезжал в Интун с инспекцией от имени императора.
Она плохо помнила Лян Чжэня, смутно вспоминая его как легкомысленного молодого господина в роскошных одеждах, чей взгляд вызывал у неё неприятные ощущения. Когда И Цяньчэн упомянул Лян Чжэня, она задумалась и с тревогой спросила:
— Лян Чжэнь хочет объединиться с моим отцом против тебя?
Вряд ли, ведь Лян Чжэнь явно не ценил подчинённых господина Ляня. Но, видя её беспокойство, И Цяньчэн почувствовал удовлетворение. Он поцеловал её в губы:
— А-Шэн уже думает о своём муже, как хорошая жена.
Её миндалевидные глаза засияли, на щеках появился румянец. Он был тронут, но ещё больше — охвачен желанием. Притянув её ближе, он снова поцеловал её. Раз уж между ними уже было нечто более интимное, он перестал заботиться о приличиях.
Его поцелуй был страстным и властным, он держал её так крепко, что она не могла вырваться. Лянь Шэн ослабла от его ласк, вцепившись в его одежду, беспомощная и жалкая.
Её щёки пылали, глаза сияли, как осенняя вода, и чем больше она выглядела так, тем сильнее ему хотелось её дразнить. Такая хрупкая и очаровательная, он просто не мог устоять. И Цяньчэн потянулся к её одежде, и Лянь Шэн прикусила губу, нервничая. В голове мелькнули воспоминания о той ночи.
Снаружи ещё светило солнце, и у неё не хватало смелости обнажиться перед ним при дневном свете. Она тихо напомнила:
— Муж… ещё день.
Он тихо рассмеялся, его дыхание стало тяжёлым, и он прижался лицом к её груди. Она чувствовала его лёгкие движения.
Но он всё равно спросил:
— Что ты сказала?
Лянь Шэн подумала, что он действительно не расслышал, и её уши покраснели. Она попыталась оттолкнуть его голову, повторив:
— День…
Он нашёл это милым и намеренно прошептал хриплым голосом:
— М-м, действительно день.
Лянь Шэн поняла, что он снова её обманул. Но сейчас она была так слаба от его ласк, что не могла сопротивляться. Она вспомнила ту ночь, как ей было больно, и как этот мужчина, казалось, не мог остановиться. Чувствуя себя обиженной, она слабо оттолкнула его.
И Цяньчэн переплел их пальцы, а другой рукой потянулся к её юбке. Желание переполняло его, и он забыл, что они всё ещё в Интуне.
Только когда раздался стук в дверь — три резких удара — звуки изнутри стали слышны. И Цяньчэн, обычно столь властный, не остановился. Он продолжил, игнорируя происходящее снаружи.
Но Лянь Шэн не могла вынести, что за дверью ждут люди, а её муж остаётся безучастным. Она стиснула губы и натянула одеяло, не позволяя ему прикасаться к себе дальше.
И Цяньчэн неохотно убрал руку. Он почти раздела её, но его собственная одежда была лишь слегка растрёпана. Его лицо стало мрачным, когда он быстро поправил одежду и плотно укутал Лянь Шэн в одеяло, прежде чем направиться к двери.
Охранник за дверью слышал звуки изнутри, но ответа не последовало. Когда И Цяньчэн открыл и снова закрыл дверь, охранник поспешно доложил:
— Ворота Интуна закрыты. Молодой господин Лянь Ци приказал обыскать город.
И Цяньчэн, решивший найти останки Фан Му, предвидел опасность. Ворота можно было открыть снова, и он не спешил. Он отдал приказ:
— Действуйте по плану. Я отвезу жену за город и буду ждать вас.
Охранник поклонился, и И Цяньчэн вернулся в комнату. За время их короткого разговора Лянь Шэн успела одеться. И Цяньчэн бросил на неё несколько взглядов, но отвернулся. Сейчас было неподходящее время. Её вид только усиливал его раздражение.
Лянь Шэн моргнула и спросила:
— Что случилось?
Он не стал скрывать проступки её «любимого» брата:
— Лянь Ци приказал закрыть ворота и ищет меня.
Лицо Лянь Шэн побледнело, румянец исчез в мгновение ока. И Цяньчэн заметил это, но не стал пользоваться моментом. Он спросил:
— Что, ты не веришь в способности своего мужа?
Она быстро покачала головой. Однажды И Цяньчэн уже брал её в погоню за теми, кто хотел навредить И Хуань, и она знала, на что он способен. Но сейчас они были в Интуне, а у И Цяньчэна было мало людей… Она не могла не волноваться.
— Собирайся. Нам нужно уходить.
Брат обыскивал город, и Лянь Шэн понимала, что оставаться здесь нельзя. Она поспешно поправила одежду, застегнула плащ и оглянулась, заметив, как И Цяньчэн смотрит на её волосы. Она недоумевала, но он не стал объяснять. Отвернувшись, он сказал:
— Пошли.
Когда они достигли места, где пал в бою Фан Му, Лянь Шэн невольно замедлила шаг. И Цяньчэн стал ещё холоднее, а воздух здесь, где погибло столько людей, всё ещё хранил лёгкий запах крови.
Его братья, доблестные воины Интуна, были преданы и погибли здесь.
Лянь Шэн уже бывала здесь однажды, и теперь её охватила глубокая печаль. И Цяньчэн вдруг заговорил:
— Фан Му вступил в армию в пятнадцать. Тогда он часто голодал, совсем не похоже на того сильного мужчину, каким стал позже. Он усердно тренировался с копьём,
