в финскую войну стрелковым полком, после ее окончания был назначен на воздушно-десантную бригаду.
Александр Ильич счел необходимым для тренировки совершить три десятка прыжков, из них 6 ночных, прежде чем прыгнул на батальонных учениях бригады. Особых проблем не испытал, даже полюбил это дело. Хорошая физическая форма и склонность к риску этому поспособствовали.
Удачная операция 1-го вдк по захвату мостов через Серет, проведенная тремя днями ранее, придавала уверенности командиру и его бойцам.
Целью бригады были автомобильный и железнодорожный мосты через приток Серета речку Криковул-Серет вблизи селений Албести. Мосты лежали на пути движения 1-й Ударной армии к нефтеносному району Плоешти. Захват неповрежденными этих мостов позволил бы ударной армии выиграть не менее суток, за которые противник мог бы перебросить к Плоешти резервы.
Собственно говоря, для успеха наступления важны были даже не эти два моста, а плацдарм на западном берегу речки. Сама речка в середине сентября была «переплюйкой» – по колено глубины и десяток метров ширины. Более-менее полноводной она бывала только весной за счет таяния снегов на южных склонах Карпат, с которых она стекала, и поздней осенью, благодаря затяжным дождям.
Саперная рота могла навести мост через такую речку за 3–4 часа, разобрав несколько домов в соседней деревне. Если, конечно, противник не будет препятствовать работе саперов.
Вот пятая бригада и должна была занять позиции на западном берегу, опередив подход резервов противника и не дав ему организовать прочную оборону по берегу речки.
Прямо у автомобильного моста на восточном берегу реки располагалось довольно большое село Албести-Палеологу, а на западном берегу у железнодорожного моста – деревня Албести-Муру.
Перед выброской десанта летчики-ночники обработали оба селения зажигательными, осколочными и фугасными бомбами. Яркое пламя горевших домов достаточно освещало мосты, дороги и поля вокруг и подсвечивало многочисленные купола парашютов, белевшие на черном фоне земли и неба.
Железная и автомобильная дороги проходили по равнине на удалении в полтора километра одна от другой почти параллельно друг другу. В двух километрах к северо-западу равнина переходила в пологие, постепенно повышавшиеся холмы – первые отроги Карпат. Еще в трех километрах холмы достигали двухсотметровых высот, склоны их становились крутыми, покрытыми густыми лесами.
Насколько мог судить комбриг, высадка проходила гладко. Противник сопротивления не оказывал. В поля западнее мостов десантировались 1-й и 2-й батальоны, а на восточный берег – 3-й и 4-й батальоны.
А вот в пяти километрах западнее, где на мосты через речку Теленяж, огибающую с востока предместья города Плоешти, куда одновременно десантировалась 6-я бригада их корпуса, дело обстояло не так гладко. Там в небе густо сверкали разрывы зенитных снарядов, горящие самолеты метеорами чертили ночной горизонт.
Да и на земле вспышек было слишком много, и слишком ярких. Видимо, противник применял против высадившегося десанта артиллерию.
Спуск с восьми сотен метров недолог. Группировка, удар по ногам, кувырок, гашение купола. Отстегнув подвесную систему, полковник достал из кармана свисток и стал созывать штабную роту. Первых подбежавших бойцов отправил на западный берег устанавливать связь с комбатами-1 и 2. Сам он прыгал со штабной ротой. Подошедший скоро комбат-3 майор Курбатов доложил, что намеченное планом операции поле для посадки планеров годится. Посадочные костры готовят.
Комбата отправил проследить за подготовкой костров лично. Благополучное приземление планеров с личным составом и техникой батальонов боевой поддержки и боевого обеспечения было залогом успешного выполнения десантной операции.
Лейтенанты, командиры взводов связи, разведки, штабного и охраны штаба один за другим доложились, что личный состав собран. Оставив при себе взвод охраны, Родимцев отправил командира штабной роты с бойцами в Албести-Палеологу искать помещения под КП, НП и штаб бригады. Комвзвода разведки старлею Ухову приказал отправиться с одним отделением на запад, к Теленяжу, установить связь с 6-й бригадой и доложить, как там дела. Интенсивная пальба, громыхавшая там сильно, беспокоила комбрига.
Получив доклад Курбатова о готовности костров, приказал зажечь их и дать радиограмму о готовности к приему планеров. То, что операция бригады развивалась как по нотам, начинало беспокоить Родимцева. Военный и жизненный опыт полковника говорил, что если все идет очень хорошо, то впереди ждут большие проблемы. Предчувствия его не обманули.
Увидев кодовую комбинацию сигнальных ракет, выпущенных с подходящих транспортников ТБ-1, буксировавших планеры с десантом, аэродромная команда выпустила свои ракеты, уточняя место посадки, обозначенное двумя параллельными рядами из пяти костров каждый.
В тяжелый гул подходящих на небольшой высоте транспортников вплелся другой, более высокий звук. Затем в черном небе раздался частый треск, и, как из ниоткуда, возникли струи трассирующих пуль.
Ночные истребители из Плоешти, мелькнула мысль. Вот сволочи! Успели среагировать, подумал комбриг. Позднее выяснилось, что немецкое авиационное командование, получив информацию о высадке десанта на Теленяж, оперативно перенацелило свои ночные истребители, в это же время прикрывавшие нефтепромыслы от массированного налета нашей дальней авиации, на борьбу с десантом.
В немецких истребительных частях на авиабазах в Плоешти были сосредоточены лучшие немецкие асы. В транспортной дивизии, высаживавшей 5-ю бригаду, они сбили 36 самолетов из 90. Увидев с высоты обозначенную огнями посадочную полосу и сигнальные ракеты у Албести, многие фашистские асы сами без команды переключились на новую цель. Им удалось сбить 13 буксировщиков из 55. Еще 16 транспортников, попав под обстрел, отцепили планеры раньше времени, и те приземлились на удалении до нескольких километров от посадочных огней.
К счастью, в планерах гореть было нечему, поэтому все планеры благополучно сели, хотя многие были изрешечены пулями. Почти шесть десятков десантников были убиты или получили ранения прямо в воздухе.
Тем не менее к 3 часам ночи весь личный состав бригады и матчасть удалось собрать. До самого рассвета десантники рыли окопы, разбирали дома в деревнях, оборудовали дзоты и блиндажи. Все гражданское население выгнали из обеих деревень по проходящей через селения дороге в горы. Дома с каменными подвалами готовили к обороне, пробивая амбразуры в фундаментах.
На западе, в районе высадки 6-й бригады всю ночь гремел бой. Вернувшаяся разведка доложила, что 6-я бригада прямо на месте высадки была встречена занимавшими западный берег Теленяжа немецкими пехотинцами. Фактически десантники приземлились на головы немцам. К рассвету понесшая тяжелые потери бригада была вытеснена на восточный берег речки. Мосты захватить не удалось.
Полтора десятка бойцов из 6-й бригады, почти все раненые, около 8 часов вышедшие в расположение бригады, доложили, что отдельные группы бойцов бригады с немногими уцелевшими командирами отступили на северо-восток, в лесистые отроги Карпат, до которых от места десантирования была всего пара километров.
Донесение о разгроме противником 6-й бригады Родимцев отправил в штаб корпуса. Немецкой атаки на позиции десантников следовало ожидать с минуты на минуту. К утру большую часть работ успели завершить.
Оборону железнодорожного моста построили, как и было запланировано, вокруг деревни Албести-Муру.
