Елена.
– Придумала! – воскликнула неугомонная Маша. – Заменим в полной темноте! Обесточим весь дом, чтобы не было подозрительно.
Тут уж покачал головой Устинов:
– Полной темноты не получится. И конфиденциальности. Соседи выйдут с фонариками. И с улицы свет в окнах.
Астаховская обратилась к Петелиной:
– Лена, сколько у нас времени?
– Если бы знать. Диверсанты ждут, когда в главное здание минобороны прилетит наш министр, а мы ждем сигнала открытия двери.
Из соседней комнаты раздался другой сигнал – детский плач. Распахнулась дверь и ворвалась недовольная Настя:
– Мам, сама его укладывай!
Елена настолько погрузилась в борьбу с тайными врагами, что забыла о семье.
– А дедушка уже ушел? – спросила она
– У дедушки есть бабушка. А у Саши есть мама?
– По домам. Завтра что-нибудь придумаем, – объявила друзьям Петелина и поспешила к ребенку.
– Чуть не забыл! – остановил ее Головастик. – Вы просили найти дочь Электрика. Я нашел. Алина Голованова, работает в цветочном. Вот адрес.
Глава 59
Утром Петелина нашла Алину Голованову в цветочном магазине и рассказала про тяжелое состояние ее отца Ивана Митрохина.
– Увидеть вас – его последнее желание. Я отвезу к нему.
Алина ничего не ответила, и продолжила разбирать свежие цветы, доставленные в магазин. Когда Петелина подумала, что дочь Электрика откажется, Алина кивнула и с охапкой белых гвоздик вышла к машине. Всю дорогу она держалась за цветы, как ребенок за любимую игрушку, и смотрела вглубь себя в далекое прошлое.
Петелина подвезла Алину Голованову к противотуберкулезному диспансеру. Провела внутрь, подвела к палате Митрохина и указала:
– Дальше вы сами.
Женщина с цветами робко открыла дверь.
Прошло десять минут, пятнадцать, двадцать. Если сначала до Петелиной доносились голоса, то сейчас за дверью стояла тишина. Следователь заглянула в палату. Дочь сидела у кровати отца и держала его за руку. Оба беззвучно плакали.
Вошла врач, решительно и по-хозяйски. Увидела красивый букет и тоном, не терпящим возражений, заявила:
– Ты, милочка, цветы из палаты забери, чтобы под ультрафиолетом не сгорели.
Алина прижала букет, словно хотела его прикрыть, и протянула врачу:
– Возьмите себе.
Женщины вышли. Петелина осталась с больным наедине. Следователь и подозреваемый посмотрели друг другу в глаза.
– Митрохин, я выполнила свою часть сделки.
– Ждете исповеди? Я тоже держу слово. – Электрик посмотрел в потолок. – До вашего суда я не дотяну. А ТАМ обо мне и так всё знают.
– Виктора Журихина задушили вы?
– Признаюсь. Беспалый – последний мой грех.
– Расскажите подробности.
Митрохин рассказывал без эмоций:
– Дал ему водки напиться, проводил в ангар – живи, никто не тронет. Ну а там, вы правильно догадались. Электрошокер в мошонку – Беспалый без чувств. Провод ему на шею накинул, и к автоподъемнику. Нажал кнопку и вздернул. Раньше бы руками задушил, сейчас силы не те. Беспалый ничего не почувствовал, он отработал легкую смерть.
– Отработал? Каким же образом?
– Могу и об этом рассказать. Не мой грех.
– А чей?
– Беспалый сдал нас ментам. Седому по максимуму отгрузили. Хотя Седой в другой колонии срок мотает, но подогрел блатных, чтобы адскую жизнь Беспалому устроили. И прикончили при удобном случае.
– Журихин вышел живым по УДО, – возразила следователь.
– Живой мертвец. Это умный человек придумал.
– Не чета мне, – припомнила Петелина. – И кто же? Исповедь, так исповедь.
– Погоняло у него Адвокат, а фамилия…
– Гомельский!
– У вас голова не только для прически, – похвалил Электрик.
– Что он придумал? – не терпелось узнать следователю.
– Беспалый для ментов осведомителем был. Адвокат предложил искупить вину убийством мента, на которого тот работал. Так Седой легавым отомстит, а Беспалого менты сами прикончат. У Беспалого выбора не было, согласился.
– Журихину дали спокойно отсидеть срок, чтобы он убил начальника полиции Петрова?
– А куда Беспалому деваться?
«Тут что-то не так», – подумала Петелина, а вслух сказала:
– Беспалый доносил простому оперативнику, а убит начальник полиции.
– Деталей не знаю, но Беспалый зарезал полицейскую шишку. Он сам мне сказал. Просил спрятать. Ну я и… – Митрохин отвернулся к стене и закашлял.
Петелина дождалась, пока больному станет легче.
– Почему? Беспалый отработал, а вы все-таки его убили.
– А это уже моя часть сделки с Седым. Седой назначил меня руководителем автосалона, дал славно пожить перед смертью. Менты Беспалого сразу не грохнули, жаль. Значит, это должен был сделать я. А я слово держу.
Митрохина затрясло от нового приступа. Он кашлял в стену кровавыми брызгами. Мелкие брызги сливались в пятна и стекали вниз кровавыми слезами.
Петелина вызвала врача. Вошедшая врач покачала головой, признавая беспомощность медицины, и выпроводила следователя из палаты.
Спустя час врач позвонила и сообщила о смерти Ивана Матвеевича Митрохина. Карандаш в руке Петелиной вывел православный крест на листе бумаге.
Всё это время следователь размышляла. Почему Беспалый убил Петрова, а не своего куратора Валеева? Да так ловко, что Валеев оказался причастен к убийству. Сложную схему мог придумать только очень умный человек. Умный и коварный. Адвокат Гомельский!
У Гомельского с ней особые счеты. Он мстит не Валееву, а лично ей, как следователю и женщине! Смерти оперативника для мести мало, даже если опер ее муж. Тут план хитрее.
Гомельский руками Беспалого подставляет Валеева. Она расследует убийство начальника полиции и должна либо посадить любимого человека, либо спасти его, подтасовав улики. В первом случае она собственными руками обрекает себя на горе. А во втором, адвокат обнародует махинации, и ее ждет позорный крах. Это настоящая месть!
Но как доказать преступный умысел адвоката? Показания Митрохина против Гомельского всего лишь слова. И повторить их под протокол он уже не сможет.
Глава 60
В кабинет Петелиной заглянула Астаховская. Убедилась, что следователь одна, быстро прошла к столу и зашептала, как заговорщица:
– Лена, завтра назначено селекторное совещание Минобороны. Будет министр.
– Откуда известно?
Людмила Владимировна закатила глаза, оправила блузку на талии, приподняла грудь.
– Ну, был у меня генерал, еще до Лопахина. Любитель поболтать и потрогать. Я знаю, как его завести. Позвонила, намекнула, предложила встретиться. Он обрадовался, но завтра занят.
Петелина осмысливала новость:
– Если ты узнала о совещании в Минобороны, то ГУР Украины и подавно.
– А я о чем? Запад требует от Киевского режима весеннее контрнаступление, а почти июнь. Откладывать они не будут.
– И мы не будем. Подменный чемодан у меня в багажнике. Поможешь?
– Еще спрашиваешь?
– Едем на Фрунзенскую. Но для начала я…
Елена стиснула в кулаке карандаш, закрыла глаза и медленно втянула носом воздух. Шумный выдох, распахнувшиеся глаза и удар карандашом по нарисованному кресту заставили Астаховскую вздрогнуть. Петелина, наоборот, сосредоточилась. Смахнула обломки в корзину
