наказание, чтобы остальным было неповадно.
Однако с письмом, которое они трое заверят, все потуги призвать их к ответственности будут пустым звуком. На все претензии малхонты будут тыкать в лицо документом, где те самолично выражали благодарность за спасение. А если они выражали благодарность за спасение, заверенное письменно, что они смогут им предъявить? Малхонты просто скажут, что если бы хотели убить их, то это бы и сделали, а не стали отпускать, а вот здесь они ещё и говорили, что очень благодарны.
Он не знал, насколько такая формальность может остановить специальную службу расследований, однако все доводы будут не в их сторону. Слова троих сыщиков против слов целого поселения и бумаги, которую они лично подписали.
Это, видимо, понимал и Рай, который очень неохотно согласился и написал им бумагу в трёх экземплярах, оставив один себе, где Кондрат, Феликс и сам Рай поставили подпись, что со всем согласны.
Такисуко сдержала слово. После благодарности они не представляли опасности, да и отпустить их было лишним доводом в копилку того, что они никакого зла им не причиняли — иначе бы не отпустили. На выходе троих уже ждали двое проводников и подготовленные к переходу сани с провизией.
— Надеюсь, вы забудете дорогу сюда, — произнесла старуха им вместо прощания.
Рай не ответил. Ему нечего было ответить. Огрызнуться — глупо, сыпать угрозами людям, которые имели численный перевес — ещё глупее. Поэтому им не оставалось ничего, кроме как сесть и двинуться прочь из прибрежных холмов, которые цепью растянулись вдоль моря.
Всю дорогу они молчали, пока не встали на стоянку, у самого подножья холма, расположившегося перед заснеженными равнинами, которые простирались на многие километры. И пока проводники готовили ночлег, все трое отошли в сторону, чтобы обсудить дальнейшие планы.
— Чёртова старуха… — выругался Рай. — Теперь за шею не схватишь…
— Забудь о ней, живы и ладно, — отмахнулся Феликс и посмотрел на Кондрата. — Ты смог что-нибудь выяснить по поводу деревни?
— Если быть честным, немного. Однако я обнаружил кое-что другое, не менее интересное. Вы помните тот лагерь, который мы нашли?
— Да, — кивнул Рай, внимательно глядя на него. — Ты узнал, чей он?
— Не совсем. Здесь всё немного сложнее…
Он неторопливо поведал им о том, как отправился на испытание к берегу моря, как увидел там скалы и нашёл среди них корабль. Про то, что он обнаружил внутри, Кондрат постарался рассказать максимально детально, насколько позволяли его собственные смутные воспоминания, которые отчасти смогли к нему вернуться. Не забыл он упомянуть и разговор со старухой Такисуко в юрте, когда он спросил её о том корабле.
Закончил он её словами о том, что им стоит обратиться к охотнику по имени Родуми, показав им железную пластинку.
— Значит, наш путь лежит теперь в другое племя? — вздохнул Феликс.
— Если мы собираемся выяснить, что было на том самом корабле, — ответил Кондрат. — Я не могу быть уверен, однако есть вероятность, что это всё взаимосвязанно.
Ни оба посмотрели на Рая, который был у них негласным и гласным лидером. Тот лишь кивнул.
— Если есть шанс, что это поможет нам понять, что произошло там, то стоит проверить. Так или иначе, у нас больше нет никаких других зацепок…
Глава 11
Практически вся территория севера была поделена между собой между племенами малхонтов, которые пасли оленей, иногда перегоняя их с места на место. Это значило, что сейчас племя, где жил охотник Родуми, могло находиться где угодно. Оставалось надеяться на проводников, которые ориентировались здесь куда лучше, чем кто-либо из них.
Целый день они мчались на санях через заснеженные просторы, где был только хруст снега и ветер, завывающий в ушах. А о время остановки на привал, если отойти подальше от саней, можно было услышать саму природу, где тебя будто и не было.
— Успокаивает, да? — тихо спросил Феликс, встав рядом с Кондратом. — Замрёшь и услышишь, как живёт это место без тебя.
Они минуту просто смотрели в даль.
— Ты когда-нибудь слышал о корабле «Судьбоносец»? — тихо поинтересовался Кондрат.
— Нет, в первый раз. Но если ты на нём был и видел форму солдат, то может и смогу сказать, откуда он.
— Тёмно-синяя, ближе к изумрудной. У капитана на парадном мундире были звёзды с восемью лучами, четыре большие, четыре…
— Кансекатория, — произнёс Феликс не дослушав. — Это корабль из империи Кансекатория. Это у хи моряков такая форма. Цвет тёмного изумруда и восьмиконечная звезда на погонах. Далеко они забрались…
— Это южная страна?
— Нет, тоже север, но с другой стороны. Видимо, они сбились с курса, раз их сюда занесло. Такое иногда случается.
— Ты можешь предположить, что могло быть на их корабле? Такое, что убило весь экипаж и превратила их в ходячих мертвецов? Артефакт?
— Да, похоже на то, — кивнул тот, продолжая смотреть в горизонт.
— Можешь сказать, какой именно?
— Даже не представляю. Это не оружие, где каждое имеет свою модель и серийный номер. Артефакты уникальны, одни древнее, чем наша империя, другие новее, чем построенный дом мэра в столице. Одни — результат кропотливой работы десятков лет, а другие слеплены на коленке. Помнишь, ты однажды убил колдуна с артефактом?
— Да, было дело, — кивнул Кондрат.
— Тот артефакт был сделан кустарно. Кости, кристаллы — всё это было сделано колдунами в каком-нибудь подвале из подручных средств, как кустарный огнестрел. Части мёртвых животных, силовые кристаллы, это всё вещи, которые легко аккумулируют силу. Быстро, легко, но слабо.
— В плане слабо?
— Быстро выдыхаются. А вот настоящие артефакты, как их называют, благородные, они другие. Драгоценные металлы, редкие материалы, заряжающиеся силой годами, пропитанные такой мощью, что могут спокойно менять мир.
— Или заставить исчезнуть целую деревню.
— Не исключено. Но это станет понятно, лишь когда мы увидим тот артефакт. Если увидим, конечно. Он может быть потерян где-нибудь в снегах, а может лежать на руках какого-нибудь ублюдка.
— Но даже примерно, ты можешь сказать, что это за артефакт? — продолжал допытывался Кондрат.
— Ну… если судить по тому, что ты описывал, артефакт относится к пассивным, то есть работает постоянно. Что касается энергии, то он относится к тёмным. Конкретно этот излучает некроидную энергию, которая поднимает мёртвых.
— А кристаллы?
— Скорее всего, побочный эффект работы. Энергия откладывается и кристаллизируется на телах в виде тех голубоватых кристаллов, о которых ты говоришь.
— Его можно использовать? Ну то есть как… м-м-м…
— Оружие? Активный артефакт, имеешь ввиду? Не знаю, надо смотреть. Единственное, что могу сказать — он очень сильный и древний. Что-то и тех эпох,
