– Невестку?
– Ах, Себастьян тебе не рассказывал? – усмехается тот. – Этот болван втрескался в жену своего брата Абдула и решил сбежать с ней в Великобританию. С ней и с моими внуками! – злобно шипит мужчина, но в мгновение ока снова становится спокойным, будто его ничто сейчас не беспокоит, даже связанная девушка в вечернем платье. – Жаль. Их смерть была печальной. Зря я тогда устроил теракт в подземке.
Помнится, Себастьян рассказывал о своей возлюбленной, которая погибла в теракте в метро в начале нулевых. То есть это был он? Его отец подстроил их смерть, а Себастьян потерял возлюбленную и ее детей? Боже…
– Сколько еще жизней вы унесли? Вы отказались от своего собственного сына и упекли его в приют, убили своих внуков, невестку! Вы вообще человек?
– Все люди – животные, Долорес, пора это запомнить. В мире действует закон охоты. Либо ты, либо тебя. Как ты думаешь, почему твой отец с матерью сейчас находятся под землей?
Потому что, как я считала, Себастьян с ними разобрался. Верила, что это он глава преступной группировки и ведет двойную жизнь.
– Вы подставили своего сына, вы в курсе?
– Невозможно подставить предателя.
– Предателя?
– Ты умна, Долорес, но порой так наивна. Себастьян обещал убить тебя еще тогда, восемь лет назад, уничтожить всю вашу семейку! Твой братец сам себя убил, а ты осталась на плаву. Потому что я снова понадеялся, что мои труды над воспитанием сына не пропали зря.
Урод! Ничтожество! Он убил мою семью! Он заставил поверить, что это сделал Себастьян! Я даже на секунду подумала, что Адам снова соврал, но это не так. В тот день, когда брат рассказывал о Себастьяне, он допустил лишь одну ошибку. Он перепутал имена. Перепутал личности. Судьбы. Из-за этой ошибки мне пришлось бежать, из-за нее я поверила, что Себастьян – хладнокровный убийца и наркобарон! А в итоге он сам сбежал от всего этого!
Он не виноват! Ни в чем не виноват! Мой Себастьян невиновен!
Безмолвно повторяю эти слова. Как мантру. Надеясь, что они воплотятся в жизнь. Что этот кошмар скоро закончится, что я смогу выбраться отсюда. Что Себастьян успеет вовремя меня спасти. Он успеет. Он узнает, где я. Обязательно узнает.
– Ну что, Долорес, давай приступим к делу. – Старик встает с кресла, задев чуть выпирающим брюхом край стола, и направляется ко мне.
Тело начинает каменеть, все мысли вылетают из головы. Остается одна: мне нужно избежать контакта с этим человеком. Отодвинуться как можно дальше. Но не выходит. Я чуть ли не падаю вместе со стулом, но уже назад, едва удерживаю равновесие, в то время как отец Себастьяна шаг за шагом приближается ко мне.
– Теперь понимаю, почему он так запал на тебя. – Старик наклоняется, обдавая меня едким запахом табака. – Пышные губки, большие наивные глазки, и под одеждой тоже хороша. Вы – женщины – очень коварные существа. Нужно было самому тобой заняться.
«Хорошо, что судьба распорядилась иначе», – думаю я.
– Знаешь, в чем моя ошибка? Я очень люблю своего сына и готов простить ему любую оплошность. Но даже моему терпению есть предел.
– Вы ничего не знаете о любви! – выплевываю ему в лицо. – Если бы вы хоть немного любили, то не оставили бы своего ребенка в детском доме, не отняли бы жизнь у своих внуков и не занимались бы преступностью…
– Не смей повышать голос, девчонка.
Тут же замолкаю. Старик сжимает мою челюсть пальцами.
– Ничего, тебе недолго осталось жить.
Чувствую, как надежда на спасение уходит. Словно вытекает с ладоней, стекает маленькими каплями с кончиков пальцев… Испаряется под действием воображаемых лучей солнца. И я испаряюсь. Готова сдаться, лишь бы не тронули мою дочь, моего мужчину. Лишь бы они остались живы. Если такова цена расплаты, я готова на это пойти.
Готова умереть, лишь бы моим близким не грозила опасность.
– Вы слишком заигрались с Себастьяном, водили меня за нос, как идиота. Твои родители погибли, брат умер, настала твоя очередь. – Старик откуда-то достает мой пистолет, целится прямо в голову. И усмехается уголками чуть полноватых губ.
Значит, так выглядит моя погибель? С глазами Себастьяна, прокуренным голосом и чернотой в душе? Не хочу это видеть. Закрываю глаза и представляю лицо своей дочери. Своей маленькой принцессы, которая каждый раз летит в мои объятья, когда забираю из садика. Представляю лица счастливых друзей, которые сейчас играют свадьбу.
И его лицо… Себастьяна. Моего мужчины, от которого так зависима…
Однако надежда в мгновение возвращается, когда позади с грохотом открывается дверь, и помещение заполняют тяжелые шаги.
– Отпусти ее! – слышу родной голос за спиной и облегченно вздыхаю. Чересчур громко – мою челюсть сжимают сильнее, а дуло пистолета у виска готово проделать дырку без нажатия на курок.
– Себастьян, ты слишком рано. Зайди позже, – произносит старик, взглянув мне за спину.
– Я сказал, отпусти ее! – рычит Себастьян. Впервые слышу настолько агрессивный тон в его исполнении. Пронизывающий. Морозящий страхом. Не представляю, какое при этом у него лицо…
– Иначе?
– Я выстрелю.
Наступает недолгое молчание. Мужчины смотрят друг на друга, не шевелятся, судя по полной тишине. Я забываю, как дышать, хватаю воздух урывками, челюсть вот-вот раскрошится в порошок от силы захвата. Но мне почти не страшно. Он здесь. Он рядом. Он пришел за мной.
– Двадцать лет назад ты не осмелился меня убить. С чего ты взял, что сможешь сейчас?
– Не переживай, рука не дрогнет.
– Тогда удачи тебе. Но сначала она умрет.
На меня направляют мой же пистолет, но уже в грудь. Прямо туда, где бешено стучит сердце. Боже! До этого я смирилась с поражением, сама бы не смогла выбраться ни за что на свете, но сейчас… Мамочки, мне страшно! Что будет с Себастьяном? С Амандой? Она не переживет смерть матери. По себе знаю, это очень тяжело.
Счастье от прихода моего мужчины сменяется невыносимым страхом. За наши жизни, за будущее, которое мы так тщательно распланировали. Сейчас решается наша судьба, и она может быть неблагосклонна к нам.
