не нильфгаардцы.
— Не совсем. Желтые шахматные клетки на попонах — армия Вердена. Вернее, его остатки. А те, что в деревне, бруггенские наемники. По хоругви видать, — развеял все вопросы Весемир, который в не спешном темпе ухаживал за мечом.
— А почему Верденцы с Нильфами? — не понял Лютик. Все остальные пожали плечами.
Отбив очередной клин черной конницы, ободренные кнехты с крестами на щитках, подняли над шанцем зеленый штандарт с таким же крестом, плечи которого раздваивались на концах. Геральт наблюдал за боем с самого начала, но раньше штандарта не видел, потому было трудно определить кто с кем дерется. Почему-то защитники подняли его только теперь. Видимо, в начале боя он где-то затерялся.
— И долго мы будем тут сидеть? — дельно спросил Лютик.
Все еще было не ясно, кто победит.
— Иди, спроси. Тебя они вряд ли тронут, — буркнул Ламберт.
— Почему не тронут? По-моему, очень даже тронут, — не понял ведьмака Лютик.
Ему не надо было ни смотреть, ни оглядываться, чтобы понять об огромной армии где-то поблизости. Весь горизонт был исполосован столбами дыма. Плотнее всего дымило на севере и западе, где войска поджигали леса, чтобы сковать движения врага, либо выкурить из позиций.
Многочисленные струи дыма вздымались в небо и на юге, там, куда они направлялись, когда путь им преградил этот бой. Но за тот час, что они провели на обрывистом холме, дымы поднялись и на востоке. Полыхало везде. Стало ясно, бруггенцев брали в окружение.
— На войне не обращают внимание на пустяки.
— О-хо-хо, я понял о ком ты. Не думай, что не понял.
«Опять они за свое…», — покачал головой Геральт.
— Отсюда далеко до Яруги? — осторожно спросила Трисс.
— Недалеко, — ответила Йен. — А вот до Нильфгаарда очень даже. Без порталов долго будем добираться. Нам нужно думать, куда идти после Яруги. Кто-нибудь из вас бывал на юге?
Из всех собравшихся кивнул только Весемир.
— Разумнее будет идти по воде. Сначала через Брокилон до портового города в Цинтре потом на корабле по морю. Так будет быстрее и что важнее, безопаснее.
— Значит, в первую очередь нужно попасть в Брокилон, — согласился с мастером Геральт.
— Ох… Мы увидим Дриад, — восторженно произнес Лютик.
— Он всегда такой, восторженный? — спросил у остальных Ламберт. Все лишь просто бросили мимолетный взгляд на поэта.
— Гляньте, новая атака нильфов, — с неким волнением произнес Лютик.
На бруггенских кнехтов навалилась очередная атака. Но теперь с двух сторон одновременно. Одетые в синие туники с черно-белыми клетками на груди верденцы гарцевали впереди, а из-за пруда, заходя защитникам с фланга, вылетел сильный отряд тяжелых наездников в черных плащах. Те уже не выглядели, словно обычные кметы на выгуле. Могучие черные лошади с железными попонами прошли сквозь ряды брюггенских кнехтов как нож сквозь масло.
— У пехоты нет никаких шансов выстоять. Кавалеристы Империи прорвут их преграды и мгновенно разнесут защитников.
Случилось как Ламберт и сказал. Недавно водруженный штандарт с крестом не простоял и часа. Часть обороняющихся пехотинцев бросила оружие и сдалась, а часть рванула бегством в сторону леса. Но оттуда налетел третий отряд, ватага разномастно одетых легковооруженных конников. С диким улюлюканьем те безжалостно ударяли им в спину.
— Это же… белки? А они тут каким боком? — поднявшись, сказал Ламберт. — Я слышал Нильфгаард, Верден и белки в сговоре, но было трудно поверить… Слухи, что Верденский король продался нильфам, похоже, тоже правдивы.
— Все хотят выжить, — покрутил головой Геральт. — А почему тут только конница, никакой пехоты и орудий…
— Ага… Что-то нигде не видно легионов. Думается мне, они заняты штурмом форта и замка. Вон те дымы, думаешь, откуда, Геральт? Из коптилен осадных орудий?
— Вы что, каждое их действие будете комментировать? — Йен слушала обыденный разговор о войне Геральта и Ламберта уже больше часа. Ведьмаки с интересом обсуждали бой и делились своими мыслями, как можно было сделать лучше той или иной стороне, будто там происходила не страшная резня, а какой-то спектакль.
— Чародейкам не понять… — отмахнулся от Йен Ламберт, смотря на бой.
«Мужчины…», — Йен оставалось лишь закатить глаза.
Бой за дамбу подходил к логическому концу. Снизу, от деревушки, до них долетали дикие, отчаянные вопли беглецов, которых безжалостно добивали белки. Ведьмаки заметили их отличительный знак: три вертикальные молнии. После победы, село сразу же предали огню. С крыш поднялись дымы и языки пламени. А сильный ветер в тот же миг подсушил солому после утреннего тумана. Пожар мгновенно перекидывался на соседние домишки. Село за считанные минуты вспыхнул огнем.
— Вот, — буркнул Ламберт, — конец селу. Задавили числом. Что-то маловато пленных.
— Нет, Ламберт. Эльфы пленных не берут, — произнес Геральт, смотря на резню.
— Оно и видно…
Тем временем непроглядный дым от пылающей деревушки быстро распространился. Добрался до них, неприятно щипал глаза, выжимая слезы. Со стороны пожара неустанно доносились отчаянные крики. Странно то, что кто-то еще до сих пор жив. Прямо на их глазах из одной пылающей избы выбежали в сторону дамбы заживо горящие люди. От увиденного Лютик побелел как полотно.
Судьба бруггенской пехоты также не была радужной. Как Геральт и сказал, пленных сбили в кучу, взяв в кольцо. По приказу рыцаря в шлеме с черным солнцем конники принялись сечь и рубить безоружных. А падающих топтали лошадьми. Кольцо медленно сжималось, оставляя на земле одни только окровавленные тела. Вскоре крики, долетавшие до обрыва, перестали походить на человеческие голоса.
— И мы собираемся на юг? — с комом в горле спросил поэт, выразительно глядя на резню. — Туда, откуда пришли эти мясники?
— Ты же сам рвался, — не сразу ответил Геральт.
— Л-ладно… — пролепетал бард, успокаивая себя. — Ладно… Ради дриад я могу пройти через огонь.
— Дриад? — повел бровью Геральт.
— Аа?.. А, ради Цири, конечно же, ради Цири.
— По коням, — дал сигнал к отправке молчаливый Эскель.
<center>***</center>
Внезапный ливень настиг их в Северной части Брокилона, на границе с Цинтрой. Граница была преодолена за трое суток. Три дня наедине с повышенной осторожностью и скрытностью. Вероятность натолкнуться на армию была слишком высокой. Но дойдя до леса немного успокоились.
Ведьмаки не раз чуяли присутствие незримых защитников леса. Однако дриады-стражницы не показывались им на глаза. Геральт рассудил, что они — им не враги. А сам ведьмак был знаком с Эитне с повелительницей дриад. Наконец, Лес заканчивался, а вместе с тем и территория дриад. Дальше пролегали земли Цинтры, вернее Нильфгаарда. Где о помощи можно было и не мечтать. Геральт невольно вспомнил давнюю судьбоносную встречу. Снова Цинтра. Снова война. Но уже не та.
«Держись, Цири…», — вновь повторил про себя ведьмак, покидая лес.
Теплые
