Документальных свидетельств, льющих воду на мельницу нашей версии и не оставляющих камня на камне от версии официальной, рассыпано по русским летописным источникам сколько угодно. Читаем о княжении Ивана Калиты: «Сел на великое княжение Иван Данилович, и настал покой христианам на многие лета, и перестали татары воевать русскую землю». Очень странная, если вдуматься, запись. Ведь Батыево воинство нас приучили воспринимать как полудикую орду, не озабоченную ничем, кроме грабежей и разбоя. Монголы обложили Русь данью и ободрали ее как липку. Ордынские воеводы и мурзы с завидной регулярностью совершали набеги на русские земли, невзирая на то что Сарай исправно получал оговоренные суммы. И вдруг отрезало, как ножом. С 1328 г. (начало княжения Ивана Даниловича Калиты) и вплоть до времен войн с Мамаем татарских набегов на Русь не зафиксировано. Как бы ни был ловок и хитер Иван Данилович (нас уверяют, что он был большой жох), эта загадочная история со скрипом укладывается в прокрустово ложе традиционной парадигмы. А вот в рамках нашей версии все объясняется предельно просто. Для чего татарам воевать русскую землю, если единоличной власти Ивана Калиты ничего не угрожает, а конкурентов не осталось и в помине? Времена кровавых усобиц отошли в прошлое.
Правда, одно-единственное исключение на фоне этой божьей благодати все-таки было. Через полсотни лет мирной жизни на Русь вторгся ордынский военачальник, которого летописи именуют то Арапшей, то Араб-шахом. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что этот поход был симметричным ответом на рейд русских войск, которые в 1376 г. вступили в Волжскую Булгарию, осадили один из ее городов и вынудили жителей присягнуть на подданство. При этом в захваченный город были посажены русские чиновники. Как вам нравится такой поворот, уважаемый читатель? Русь, будучи вассалом и данником Золотой Орды, организует военный поход в пределы государства, являющегося частью Золотой Орды, и заставляет его принести вассальную клятву. Попробуйте объяснить эту загогулину в рамках традиционной версии.
Каждый прилежный ученик средней школы должен помнить о знаменитых баскаках – ордынских сборщиках дани. Некоторые историки без труда называют даже точную дату первого появления татарских налоговых инспекторов на Руси – 1257 г. Справедливости ради следует отметить, что в источниках встречаются разночтения – дата «плавает» от 1257 до 1261 г., но в данном случае это непринципиально. Удивительно совсем другое: между опустошительным набегом «безбожных моавитян» (1238 г.) и началом систематического налогообложения прошло почти двадцать лет. Это довольно странно. Исторический опыт показывает, что любой агрессор, овладев неприятельской территорией, тут же рассаживает на ключевые посты своих чиновников и приступает к выкачиванию денег из казны поверженного государства. Заподозрить монголов в особой мягкости и нерасторопности не решится ни один здравомыслящий человек. Стараниями историков мы наслышаны о чудовищных зверствах, которые творили ордынцы в захваченных городах, о грабежах и избиении населения, об уводе в полон ремесленников, зодчих и мастеров. Мы уже писали, что, по некоторым сведениям, в Каракоруме жили даже пленные русские огородники. Ничуть не погрешив против истины, можно смело сказать, что тотальное ограбление граждан было альфой и омегой монгольской политики в отношении покоренных стран.
В очередной раз мы сталкиваемся с вопиющей нелепостью. Без малого двадцать лет потребовалось монголам, чтобы переписать население и обложить его податями. Складывается впечатление, что они ровным счетом никуда не спешили. Да и куда, скажите на милость, спешить? Ведь нищая же страна, чего с них, сирот, возьмешь? Мед, лес да пенька – вот и все нехитрое богатство этих убогих. Но это пока еще цветочки. Наше удивление стократ возрастет, если попристальнее приглядимся к самим сборщикам дани. Скажем, в Ярославле баскаком служит русский монах Изосим, в Устюге – тоже русский, христианин по имени Иоанн. Когда в Суздальской летописи мы натыкаемся на баскака Кутлубуга, то готовы вздохнуть с облегчением: наконец-то обнаружился неподдельный и безусловный ордынец. Но не тут-то было! Строчкой ниже о нем сообщается, что он «преставился», т. е. предстал перед Богом, а так говорить можно только о единоверце, христианине. Опять вылезает какая-то утомительная чертовщина – стоит чуть-чуть поскрести монгола, как натыкаешься на русского. Свирепые безбожные азиаты при ближайшем рассмотрении истаивают как сон, как утренний туман. Поведение ордынских властей только усиливает недоумение непредубежденного читателя. Эти жуткие головорезы, звери алчные и пиявицы ненасытные почему-то ни в малейшей степени не озабочены судьбой своих чиновников, посланных для сбора дани. Когда жители нескольких городов, возмущенные поборами, перебили баскаков, никаких санкций за такое самоуправство не последовало. Наоборот, им даже подбросили привилегий. Расторопный Александр Невский оперативно скатался в Орду и в два счета утряс пустячное дельце, сумев выхлопотать не только прощение виновным, но и добиться ощутимых послаблений в плане рекрутского набора для ордынской армии. А ведь любая власть бережет свой карман пуще зеницы ока... Между прочим, имеются летописные свидетельства, что избиение баскаков было не стихийным бунтом, а тщательно спланированной акцией, инспирированной княжеской верхушкой: «...повелеша князи убивать ханских баскаков...» Реакция Орды неминуемо должна быть в этом случае предельно жесткой. Открытое неповиновение властям во все времена каралось весьма сурово. Крайне сомнительно, чтобы Александру при таком раскладе удалось уладить конфликт малой кровью; виновных наказали бы по всей строгости, рекрутчину – ужесточили, а сам Александр запросто мог лишиться ярлыка на княжение.
К слову сказать, со знаменитым ханским ярлыком на княжение, который, как нам рассказывают, выдавался татарами, тоже творится какая-то несуразица. Многие историки полагают, что это традиция скорее европейская, чем азиатская. Процитируем А. Бушкова: «...аналогов слова „ярлык“ не найдено ни в монгольском, ни в татарском языках, зато в немецком их сколько угодно. Jahrlicke – вассальное обязательство, jahrlich – почетное звание, jahrlish – годичное ленное обязательство. В современном немецком jahrlich до сих пор означает „годичный“, „ежегодный“». Конец цитаты. За ярлыком, как известно, нужно было ехать в Орду, в ханскую ставку на Нижней Волге, а это, между прочим, не ближний свет. Самое забавное, что иным русским князьям случалось по разным надобностям ездить и дальше – аж в сам Каракорум, который находился совсем уже у черта на куличках, где-то в Забайкалье. Помните миссию Ярослава Всеволодовича, отца Александра Невского, посланного Батыем в ставку великого хана представлять собственную персону? Но не он один удостоился. Скажем, ростовский князь Борис Васильевич (1231–1277) за 14 лет княжения восемь раз ездил в Орду за Волгу и дважды – к великому хану. Во-первых, не очень понятно, почему Каракорум должен с таким тщанием вникать в ростовские дела и почему все вопросы нельзя было решить в Сарае, тем более что русские земли находились в юрисдикции Золотой Орды. А во-вторых, посмотрите на карту, уважаемый читатель. Вы представляете, сколько времени в ту далекую эпоху должно было занять путешествие в ставку великого хана? Даже относительно недавно, в годы правления Екатерины II (вторая половина XVIII столетия), сибирские губернии были в значительной степени автономны и могли себе позволить почти не оглядываться на Москву, потому что столичные новости опаздывали на год и больше. Уму непостижимо, как успевал Борис Васильевич выполнять свои княжеские обязанности при такой любви к дальним странствиям.
Короче, мы вынуждены констатировать, что традиционная история сплошь и рядом не в состоянии свести концы с концами. Вразумительного объяснения вышеописанной налоговой свистопляски как не было, так и нет, если не считать детского лепета относительно немонгольского происхождения большинства баскаков. Дескать, ордынский выход собирали не полноправные монголы, за которых хан ляжет костьми, если потребуется, а разный заезжий сброд, собранный с бора по сосенке, вроде неведомых «куп-цов-бесерменов», с завидным упорством кочующих из книги в книгу. Принимать близко к сердцу проблемы этого шелудивого племени истинному монголу как-то даже и неприлично. Что соберут, то и соберут, на все, как говорится, воля Божья...
Что мы можем предложить взамен? Версия передела власти в русских княжествах позволяет ответить почти на все неудобные вопросы. События развивались примерно следующим образом. После кровавой неразберихи 1237–1238 гг. Ярослав и Александр сделались полноправными хозяевами земли русской, изрядно поприжав потенциальных конкурентов. И хотя кое-кто еще трепыхался (скажем, тот же Даниил Галицкий, отнюдь не лишенный гегемо-нистских устремлений), реальная власть оказалась в крепких руках потомков Всеволода Юрьевича Большое Гнездо. Отныне любые проявления сепаратизма будут жестоко пресекаться на корню.
