class="p1">– Ну вот… Послушай!
– Что?
– А давай вместе уйдем на покой! Не хочешь продать свой Черный замок? Я дам вам за него хорошую цену.
– Отвали, – ответил Морролан.
– Ну, я просто спросил.
– Слушай, я серьезно, Влад. Ты когда-нибудь думал о том, чтобы выйти из Дома Джарега? Ты же больше в них не нуждаешься, разве нет?
– Ха! Я довольно много думал о расставании с Домом Джарега, но до сих пор мне всегда удавалось быть немного быстрее тех, кто хотел меня исключить.
– Или тебе просто везло, – вставил Крейгар.
– А насчет того, чтобы выйти из Дома добровольно, – не знаю, – пожав плечами, признался я.
Морролан внимательно на меня посмотрел, а потом спросил:
– Может быть, тебе просто нравится то, что ты делаешь, а?
Я не ответил. Я не знал тогда ответа на этот вопрос. А если мне и в самом деле нравится? Особенно сейчас, когда оказалось, что я ненавижу все драгаэрское совсем по другой причине. Или все-таки по той самой?
– Знаешь, Алиера, – сказал я. – У меня по-прежнему вызывают сомнения твои слова о генетическом наследии души. Конечно, теория выглядит вполне правдоподобной, но ведь я пережил то, что пережил, и стал таким, каков я есть, именно благодаря своему опыту. Я есть то, что я есть, – в довершение к тому, чем когда-то был. Ты понимаешь, что я хочу сказать?
Алиера не ответила; только посмотрела на меня, и я не смог ничего прочитать на ее лице. В комнате повисло неприятное молчание. Мы все сидели, и каждый размышлял о своем. Крейгар старательно изучал пол. Коти гладила меня по голове. Морролан, казалось, искал новую тему для разговора.
В конце концов он ее нашел и, нарушив тишину, сказал:
– Я не понимаю только одного касательно тебя и Ротсы.
– И чего же? – спросил я, испытывая вместе со всеми остальными облегчение.
Морролан внимательно разглядывал пол перед диваном.
– Каким способом ты намерен приучить ее прилично вести себя в доме?
Я почувствовал, что краснею, потому что в этот момент до меня дошел запах, а Морролан с недовольным видом позвал слугу.
Йенди
Предисловие
Когда я был молод, меня научили, что каждый гражданин Драгаэрской Империи рождается в одном из семнадцати Великих Домов, названных в честь животных. Меня научили, что люди, или выходцы с Востока, такие как я, являются не более чем отбросами. Меня научили, что нам остается лишь присягнуть на верность какому-нибудь вельможе и превратиться в крестьянина из Дома Теклы – или, как это сделал мой отец, купить титул и стать членом Дома Джарега[51].
Потом я нашел дикого джарега и воспитал его. Я был полон решимости оставить свой след в драгаэрском обществе.
Став старше, я узнал: большая часть того, чему меня научили, – ложь.
1
«Не попадайся им на глаза, если они поведут себя грубо»
Крейгар утверждает, что жизнь похожа на лук, но имеет в виду совсем не то, что я. Он говорит, что лук можно чистить, снимая слой за слоем, пока не доберешься до сердцевины – а там ничего нет.
Пожалуй, в его словах есть некоторый резон, но за годы, что мой отец содержал ресторан, мне ни разу не приходилось чистить лук. Зато я частенько рубил его на мелкие кусочки, поэтому аналогия Крейгара не производит на меня впечатления. Когда я утверждаю, что жизнь напоминает лук, то имею в виду следующее: если ты ничего с ним не сделаешь, он сгниет. В этом смысле лук ничем не отличается от других овощей. Но портиться он начинает как снаружи, так и изнутри. Иногда берешь луковицу, которая внешне выглядит вполне прилично, а снимешь несколько слоев – там сплошная гниль.
В других случаях видишь пятно снаружи, но если его срезать, остальное вполне пригодно к употреблению. Вкус, конечно, резкий, но разве вы не за это платите?
Дзурлорды любят представлять себя некими поварами, которые занимаются тем, что отрезают сгнившие кусочки лука. Проблема заключается в том, что они, как правило, не в состоянии отличить хорошее от плохого.
Драконлорды хорошо умеют находить сгнившие части, но затем они готовы вышвырнуть весь ящик.
Ястреблорд отыщет пятнышко в любой испорченной луковице. Он будет наблюдать за тем, как вы ее приготовите и съедите, а потом глубокомысленно кивнет, когда вам станет плохо. А если вы спросите его, почему он промолчал, ястреб удивленно посмотрит на вас и ответит: «Но вы же не спрашивали».
Я могу продолжить, но какой в этом смысл? В Доме Джарега на пятнышки гнили обращают внимания не больше, чем на помет теклы. Нам нужно продать лук. Вот и все.
Но иногда мне платят, чтобы я срезал гниль. В тот день это принесло мне три тысячи двести золотых империалов, и, чтобы немного расслабиться, я решил посетить вечеринку, что более или менее постоянно крутится в замке Морролана[52]. Я в некотором роде состою у него на службе в качестве консультанта по вопросам безопасности[53], что дает мне право на посещение замка в любое время дня и ночи.
Леди Телдра повела меня в банкетный зал, и я понемногу приходил в себя после телепортации. С порога я изучал массу людей (это слово я далеко не всегда использую точно), стараясь найти знакомое лицо. Вскоре я заметил высокую фигуру самого Морролана.
Гости, которые не были со мной знакомы, наблюдали за тем, как я пробираюсь к нему через толпу. Некоторые отпускали реплики достаточно громкие, чтобы я их услышал. Я всегда привлекаю внимание на вечеринках Морролана – потому что являюсь единственным джарегом во всем замке, потому что я единственный выходец с Востока (читай: человек), потому что всегда хожу вместе с моим дружком Лойошем, сидящим у меня на плече.
– Прекрасная вечеринка, – сказал я Морролану.
«А где же тогда подносы с мертвыми теклами?» – псионически поинтересовался Лойош.
– Спасибо, Влад. Мне приятно, что ты нашел время меня навестить.
Морролан всегда так говорит. Я думаю, он сам ничего не может с этим поделать.
Мы подошли к столику, возле которого один из слуг разливал в маленькие бокалы вино, подробно комментируя каждое. Я взял бокал красного дарлошского и сделал несколько глотков. Превосходное сухое вино, но его следовало бы чуть больше охладить. Драгаэряне не разбираются в винах.
– Добрый вечер, Влад. Добрый вечер, Морролан.
Я повернулся и поклонился Алиере э’Киерон, кузине Морролана и Наследнице престола Дома Дракона. Морролан поклонился в ответ и сжал ее руку. Я улыбнулся.
– Доброе утро, Алиера. Уже были какие-нибудь поединки?
– А ты разве
