узнал, что ты в Женеве, и мы бы спокойно сделали дело!
– Это ты меня домой зазвала, – возразил Хищник.
– Потому что ты настаивал, а я, как дура, хотела сделать тебе приятное!
Его задели эти слова. Они с ней виделись последний раз. И ссорились, вместо того чтобы радоваться.
– Арпад решил, будто я хочу втянуть в налет его, ну и мне и пришлось разыграть комедию, – оправдывался Хищник. – Я придумал пресловутый налет на Картье, потому что видел, как он там покупал кольцо. Вполне правдоподобный план. Но все это было только для того, чтобы обезопасить тебя. Что мне еще оставалось? Сказать ему, что мой сообщник – это ты?
– В итоге ты так и сделал!
– Потому что начинался уже совсем сумасшедший дом.
– Из-за тебя! – оборвала его Софи.
– Какая разница! Я только пытаюсь тебе объяснить, что когда Арпад понял, что налетчики – мы с тобой, он решил участвовать тоже.
– Надо было сказать “нет”!
– Тогда бы он попросил тебя отказаться. Ему непременно хотелось быть на месте, защитить тебя, убедиться, что ты выпуталась. Но опыта у него никакого, вмешивать его во все это было слишком рискованно. Ну я и отправил его к Картье, естественно не сказав, что это просто уловка, иначе он бы не пошел. А поскольку мы с ним условились, что ты все узнаешь в последнюю минуту, он так и не понял, что в настоящем налете не участвовал.
Теперь Софи понимала, почему Арпад остался в Женеве, отговорившись встречей с Жюльеном, который, возможно, нашел ему работу. Как же она была недогадлива!
Она проглядела в интернете новости о полицейской операции у Картье.
– Говорят, задержали какого-то подозреваемого, – с тревогой прочитала она. – Это он, наверняка!
– Арпаду ничего не грозит, – заверил ее Хищник. – Налета-то не было. У полиции на него ничего нет.
– А если они свяжут это со “Стаффорном”?
– Если бы полиция уже обнаружила настоящий налет, об этом бы везде писали.
– Не обязательно, – возразила Софи. – Если бы полиция связала оба дела и поняла, что Картье был просто приманкой, они бы молчали.
Хищник постарался ее успокоить:
– А если даже и так? У Арпада лучшее алиби из всех возможных: он в это время был у Картье. Не надо беспокоиться на ровном месте. Арпад крепче, чем ты думаешь. Он выпутается без труда.
В это же время в нескольких километрах оттуда, в Колоньи.
Родители Карин, как и договаривались, приехали в Бородавку за детьми. Увидев лицо Карин, Аньес с беспокойством спросила:
– У тебя все в порядке, дорогая?
– Да-да, все хорошо.
– Грега нет?
– У него срочное дело на работе. Вернется в полдень, и мы сразу едем.
В схроне Хищник стоял у окна и вглядывался в даль.
– Пора ехать, нет? – спросила Софи.
Она должна была взять серый “пежо” и вернуться в Сен-Тропе, чем быстрее, тем лучше. Но Хищник тянул время. Он приготовил шампанское и икру отпраздновать их последний налет, но чувствовал, что сейчас не время доставать угощение. Ему просто хотелось еще немножко побыть с ней. Последние минуты, память о которых он унесет с собой. Потом он навсегда исчезнет из ее жизни, и не только ради того, чтобы сдержать слово. Он понял свою ошибку: настоящей клеткой для Софи были именно налеты. Они не давали ей жить в Женеве полной жизнью.
Она расцветала теперь в Стеклянном доме, с Арпадом и детьми.
Он должен исчезнуть и дать ей свободу.
Если он действительно любит ее, он должен от нее отказаться.
11 часов утра, в Главном управлении полиции.
Арпада допрашивали в отделе уголовного розыска. Он чувствовал, что ситуация как-то изменилась в его пользу, но не понимал почему. Когда его жестко задержали у Картье, он решил, что все кончено. Но в камере он пробыл недолго, и его, со всем почтением и без наручников, отвели в комнату для допросов. Молодая женщина-инспектор задавала вопросы миролюбиво и даже ни в чем его не обвиняла. А главное, ни разу не произнесла слово “налет”.
– Что вы делали у Картье? – в третий раз спросила Марион Брюлье.
– Я уже вам говорил: на прошлой неделе я купил кольцо, из него выпал один бриллиант. Могу я узнать, в чем дело? И почему со мной обошлись как с преступником?
Она уклонилась от ответа:
– У Картье случился инцидент. Можете о нем рассказать?
– Инцидент? Я бы даже не назвал это инцидентом. Это они вас вызвали?
У Марион было очень мало пространства для маневра: Арпад в любую минуту мог встать и уйти. Но он пока этого не понимал, и она пыталась его разговорить.
– Что произошло у Картье? – повторила она.
– Я принес поврежденное кольцо, чтобы они его починили. Кольцо упало на пол, никто этого не заметил, и вышло недоразумение. Явилась охрана и устроила совершенно бесполезный цирк. Это они вас вызвали? И из-за этого меня швырнули на пол и надели наручники? Знаете, я намерен жаловаться.
Последнюю фразу Арпад произнес, чтобы прощупать инспектрису. Она не возразила. Может, это означает, что у них на него ничего нет? Но его терзал один, главный вопрос: что с Хищником и Софи? Ему не хватало деталей, но он старался не выдать себя перед полицейской.
– Почему вы оказались в Женеве? – продолжала спрашивать Марион.
– Потому что я живу в Женеве, – парировал Арпад.
– Ваша жена уехала вчера с детьми в Сен-Тропе…
– Откуда вы знаете?
Она снова не ответила:
– Почему вы не с ними?
– Как раз сегодня должен ехать к ним.
– Почему не поехали вчера?
– Вчера в конце дня у меня была встреча по поводу возможного места в одном инвестиционном фонде. Первый реальный случай получить работу за долгие месяцы, Сен-Тропе может и подождать. Простите, но в чем именно меня обвиняют?
Марион чувствовала, что надолго задержать Арпада не сможет. И зашла с козырей:
– Вы знакомы с неким Филиппом Каррал ем?
Арпад оцепенел, но быстро опомнился и стал перебирать в уме советы, которые дала ему накануне Софи на подземной мойке: “Если полиция заговорит о Хищнике, говори всю правду. Тут они тебя могут загнать в угол. Они прекрасно осведомлены, не нужно их недооценивать, не держи их за дураков”.
– Мы с Филиппом вместе сидели. Это было больше пятнадцати лет назад. Меня во Франции незаконно посадили в следственный изолятор, но позже никакого наказания я не понес. Глупое недоразумение с чужой машиной, которую я должен был перегнать из Лондона в Сен-Тропе..
– А после тюрьмы вы с ним виделись?
– Да, сначала в Сен-Тропе. В тюрьме он
