готового внести за дом залог в £200 000. Уверен, если я принесу £250 000 наличными, деваться ей будет некуда. Или лучше даже £300 000, для надежности. Мне неловко спрашивать об этом, но нет ли у тебя возможности одолеть эту дистанцию? Через несколько месяцев ты получишь все назад плюс как минимум 30 % прибыли, как только дом будет продан. А уж с этим проблем точно не возникнет: Швабинг считается элитным районом Мюнхена, и каждый мечтает здесь поселиться. Если вдруг не сможешь, ничего страшного: у меня есть богатый друг, и он сам рвется дать мне ссуду. Но я же люблю тебя, моя красавица, и знаю, что мы собрались провести остаток жизни вместе, потому решил сначала обратиться за помощью к тебе, самому близкому мне человеку.
Люблю тебя!
Не прошло и пяти минут, как Коупленд получил новое послание:
В пятницу вечером? Всего два дня до объятий моего принца. Я не прощу себе, если ты упустишь возможность выгодно продать свой дом. Процентные ставки в банках просто ужасны, но 30 % звучит очень, очень привлекательно. Я непременно найду деньги. Вся сумма непременно должна быть наличными? Я тоже тебя люблю. Не могу дождаться, когда буду с тобой. Начинаю отсчитывать часы, минуты, секунды.
Он откликнулся сразу же:
Пятьдесят пять часов до встречи, может быть даже меньше. Да, мой сексуальный ангел, моя бывшая натравливает на меня юристов. Наворотила кучу лжи: якобы у меня нет денег, чтобы выкупить дом, а она готова закрыть сделку в понедельник. Я поговорил с юристом и прямо спросил его: передумает ли он, если я выложу деньги на бочку? Адвокат дал мне время до полудня понедельника, а иначе он закроет сделку с покупателем, которого нашла моя бывшая. Так что, если мы хотим защитить свою собственность, я должен прийти с наличными. Вот тогда юристы убедятся, что деньги у меня и впрямь есть. И я отправлюсь в Мюнхен в воскресенье вечером, когда уже буду уверен, что меня там встретят с распростертыми объятиями. Я постучу в дверь этому козлу в девять утра в понедельник и засуну ему наличные туда, где никогда не светит солнце!
Люблю тебя, моя крошка.
Линда Меррил написала в ответ:
Но как ты привезешь наличные в Германию? Разве £10 000 – это не максимальная сумма, которую можно провозить с собой? Во всяком случае, без декларации. Я так сильно тебя люблю.
Коупленд набрал новое сообщение:
Не сомневайся, у меня все схвачено. До встречи!
А потом немного подумал и добавил:
Кстати, а адрес-то коттеджа какой? Куда приезжать?
75
10 октября, среда
– Операция «Лиссабон» расширена и теперь, кроме расследования смерти Сьюзан Адель Драйвер, включает в себя и расследование жестокого нападения на Тоби Энтони Сьюарда, случившегося прошлой ночью, – объявил своей группе Рой Грейс. – На данный момент я рассматриваю его как умышленное нанесение тяжких телесных повреждений, и у нас есть веские доказательства участия подозреваемых в обоих этих преступлениях.
Он кратко пересказал события последних двадцати четырех часов, привел записи с камер видеонаблюдения и зачитал показания Тоби Сьюарда. А также сообщил сотрудникам, что хирурги убеждены в успехе операции по приживлению кисти Сьюарда, но пройдет еще какое-то время, прежде чем можно будет с уверенностью говорить о результатах и о том, сможет ли он в полной мере пользоваться правой рукой.
– Кроме того, я доволен тем, что мы получили доказательства, позволяющие связать убийство Сьюзи Драйвер с убийством в Мюнхене ее родной сестры Лены Уэлч. Записи камер видеонаблюдения, проанализированные Гайдном Келли, дают нам положительную идентификацию одного из преступников, замеченного на месте обоих преступлений. Это, как мы убеждены, некий Тунде Оганджими, он же Жюль де Коупленд.
Грейс показал на распечатку с видеозаписи, приколотую к демонстрационной доске вместе с фотографиями из паспортов на оба имени.
– Эти доказательства, – продолжил он, – наряду с результатами тщательного осмотра места преступления и вскрытия Сьюзи Драйвер, показывают, что она была убита, а не покончила с собой. Я уверен, что преступники испугались разоблачения и решили устранить эту женщину. Как нам известно, обычно мошенники подобного профиля не встречаются со своими жертвами.
– Значит, на самом деле они не так уж и хитры, правда, босс? – спросил Саймон Снейп.
– Коупленд умнее, чем его подельник, который находится сейчас под арестом, – ответил Грейс. – Кофи Оконджо. Известный также как Дунстан Огванг и Дональд Дак.
Он опять показал на доску, где красовались фотографии из двух паспортов, снимок, сделанный в камере предварительного заключения полиции Брайтон-энд-Хова, и распечатанные кадры видеозаписи, полученной из Мюнхена.
– Не очень-то он похож на того Дональда Дака, которого я помню с детства, – заметила констебль Бутвуд.
– Уверен, что он закрякает после пары дней за решеткой, – ответил Норман Поттинг. Как всегда, отпустив шутку, Поттинг огляделся в поисках одобрения. Но не увидел ничего похожего.
– Выдашь нам еще какой-нибудь перл, Норман? – спросил Грейс.
– Разве что о Старом Билле, шеф, но я подзабыл, в чем там суть.
– К счастью для всех нас, – проворчал Снейп.
– Группа сбора наружной информации Джека Александера получила с камер, установленных неподалеку от Норт-Гарденз, две разных видеозаписи с Коуплендом, куда-то спешившим сразу после нападения: время совпадает. У нас есть два главных подозреваемых, и, как мы теперь знаем, Международный уголовный суд в Гааге выдал ордера на арест обоих по обвинению в зверствах, совершенных в ходе гражданской войны в Сьерра-Леоне в начале столетия.
Грейс повернулся к Гленну Брэнсону.
– Сегодня я проведу пресс-конференцию, на которой покажу фотографии Тунде Оганджими, или Жюля де Коупленда, который пока находится на свободе. Хочу обратиться к общественности с просьбой: пусть любой, кто видел его или знает, где он находится, немедленно свяжется с нами. – Рой отпил кофе из стаканчика и продолжил: – Наш арестованный продолжает играть в молчанку и, откровенно говоря, делает это не от большого ума. Как только мы получим от судмедэкспертов анализ ДНК, который, надеюсь, подтвердит, что на мачете кровь Сьюарда, я намерен предъявить ему обвинение в умышленном причинении тяжких телесных повреждений.
– На какое из его имен, шеф? – спросил Поттинг. – Дональда Дака?
– Я полагаю, мы предъявим обвинение Кофи Оконджо, ведь именно этот паспорт он использовал, когда в первый раз появился в нашем графстве. В общем, с именами и фамилиями как-нибудь разберемся. И я буду ходатайствовать, чтобы злоумышленник оставался под арестом, поскольку велик риск, что он попытается скрыться от правосудия. Надеюсь, его и дальше будут держать здесь у нас в Восточном Суссексе, в Льюисе, это упростит дальнейшие допросы по делу
