class="p1">Второе подтверждение отец Роман получил, когда откинул покрывало с убитой женщины.
Да-да, незнакомка, кто бы она ни была, умирала мучительно. Разбитое до неузнаваемости лицо, рана в животе… умерла она не сразу, нет.
И никто ее не слышал?
И в таком виде она смогла проникнуть во дворец?
Бред!
И вот новое подтверждение. Пусть лицо ее не узнать, пусть одежды, в которые она одета, явно принадлежат королеве, но кожа… ее величество никогда не была такой. У незнакомки есть рыжеватые волоски на руках.
Королева была смуглой, и – один из признаков эрры, на ее теле не было ни единого волоска.
Так что же это за мистификация? Но пока священник молчал, и правильно, потому что не прошло и десяти минут, как в храм ворвался его величество Иоанн.
– Моя девочка! Где она?!
Роман невольно огляделся в поисках Дианы.
Нет.
А его величество рухнул на колени перед телом неизвестной.
– Мария… прости меня. Я был глупцом, Мария…
И схватил тело за руку, прижался к холодной кисти… правда не кожей, сделал так, чтобы между ним и трупом оставался слой ткани. Кто-то другой не заметил бы, а вот святой отец видел. И едва не хмыкнул.
Талантливо играет его величество. Очень вдохновенно. А зачем?
Хотя это вопрос глупый, и так ясно, и зачем, и для чего… не нужна ему живая королева в бегах, нужна мертвая в гробу. Но рискует король, сильно рискует, так уж он уверен, что королева будет сидеть тихо и смирно? А зря.
– Мария…
В часовню начали просачиваться придворные. Заявился с постным видом Виталис Эрсон.
– Ваше величество, умоляю, подумайте о стране! Вы нужны Эрланду! Не рвите себе сердце…
Рядом скользнула рыжеволосая красотка, надевшая для разнообразия сегодня платье без выреза. И даже с кружевным воротником. Что это с ней?
Или?..
Судя по тому, как Диана уверенно опустилась на колени рядом с королем, как взяла его за руку, похоже, она добилась своего. Вот и ответ.
Иоанн собирается жениться еще раз, и развод – это долго. А тут как хорошо!
Явится ли королева в столицу, останется ли невесть где, все равно Иоанн в выигрыше. Он уже супругу похоронил, ему никому и ничего доказывать не надо. Это королеве придется подтверждать свою подлинность, если ее величество чего-то не придумает, а она может.
Роман в это лезть точно не будет, и при всех разоблачать бесстыжее вранье – тоже. А вот его величеству Саймону напишет. Хотя, если бы не письмо от Феликса, если бы не письмо от ее величества, запечатанное ее личным перстнем, и он бы засомневался. А так – нет.
Он-то правду знает и может спокойно искать нестыковки. А вот придворные – нет.
* * *
Алесио Ихорас ушам своим не поверил.
Королева – мертва?!
Боги, ЗА ЧТО?!
В часовню он сорвался стрелой, едва его эрр Демьен перехватил.
– А ну, стой! Ты куда?
– Непонятно? – окрысился Алесио.
– Понятно. И не только мне, а и всем остальным. Так что морду сделай попроще и иди спокойно, а то у тебя вид, словно ты всю родню разом потерял!
Алесио прикрыл глаза.
И правда, если он вот так, сейчас королю покажется… это будет приговор. И от Эрсона тоже.
Спокойнее надо, с улыбкой, вот так, рассудочно, ему просто любопытно, что тут происходит, он пришел вместе со всеми зеваками… вот и часовня.
Мужчины бы не пробились через толпу придворных, но эрр Демьен играл нечестно. Кому-то наступил на ногу, кого-то ткнул погремушкой в зад, эрры грозно оглядывались на него и тут же решали, что потом поругаются. А то отдача замучает.
Королевский шут – он такой. Ты его толкнешь один раз, а он тебя потом двести сорок раз, и с крыши спихнет, и еще труп попинать придет. Запросто!
А за ним и казначей протиснулся.
И тут же выдохнул.
Кто бы ни была эта несчастная, это НЕ Мария.
Похожие волосы, телосложение, безусловно, но скулы чуточку другого рисунка, и губы у этой женщины тонкие, и зубы плохие, и, если пристально ее оглядеть, наверняка и еще что-то найдется… вон, юбка сбилась, туфелька с ноги упала, и видна грубая нога. Это кто другой не обратил бы внимания, а Алесио знал, что ножки у королевы узенькие, изящные, раза в полтора меньше, чем у незнакомки. Эта баба, кто бы она ни была, ходила все детство босиком, вон какая стопа растоптанная, а королева – нет. И ножка у нее совсем другая.
Алесио выдохнул.
Мария жива.
Мария жива, и увидеться они еще смогут, а вот этот мерзкий спектакль… Алесио чуть ли не с ненавистью поглядел на Иоанна.
Ты поплатишься за это, мерзавец!
Я тебя на дуэль вызывать не буду, я доказательства соберу, а потом… потом ты мне ответишь за свой обман!
Рене Демьен посмотрел на Ихораса.
Подтолкнул его под локоть, да и вытащил из толпы.
– Мы об одном и том же думаем?
И глаза у шута были серьезные, жестокие…
Алесио медленно наклонил голову.
– Уверен.
– Ее величество жива?
Алесио Ихорас смотрел на Рене Демьена. И глаза у мужчин были задумчивыми.
Они оба это знали. И не слишком верили друг другу, и побаивались… с воцарением при дворе Эрсонов оба теряли достаточно много. Есть ли смысл рискнуть?
Если нет, они просто потеряют всё. Не хотелось бы.
Первым решился казначей. Уж его-то Эрсоны сожрут в первую очередь. Может, Колючка и вывернется, а может, и нет, но Ихораса точно приговорят.
– Это – не королева.
– Я в этом уверен, – согласился Рене. – У ее величества родинка на запястье, и вообще, судя по ногам… это какая-то простолюдинка. У ее величества ножка маленькая, изящная, а тут лапа растоптанная.
Колючка и разговаривал с королевой, и ножку поцеловать напрашивался, как тут не обратить внимание?
– Тогда сегодня надо будет кое-что сделать.
Рене кивнул. Тут их мысли совпадали.
– И кого мы с собой возьмем?
– Священника. Его хватит.
Алесио подумал пару минут. Двое эрров, священник… хорошо бы еще кого-то, но…
– Мы не можем так рисковать. Это плохо закончится, если Иоанн узнает.
– Может, Бустон?
– Нет, не думаю. А вот придворные дамы ее величества – можно. Только надо не говорить им о цели осмотра.
Алесио кивнул.
Ну да.
Кто-то же должен подготовить ее величество к похоронам, обмыть и переодеть. Этим будут заниматься две ее дамы, эрра Розабелла и эрра Линда, со второй чуть сложнее, а первая – такая вдохновенная дура, что все и подпишет, и подтвердит…
– Так и
