не сдохну, она точно меня добьет с особой жестокостью.
- Ты из-за жены решил от меня избавиться? Я все понимаю и не стану для тебя проблемой, - жужжит над головой, перемещается ближе. – К чему такие крайние меры, Вик? Необязательно меня увольнять. Ей я не расскажу о нас, а тебе не помешает рядом надежный помощник, - звук спускается куда-то под стол. – Который постоянно под рукой, в совершенстве знает все твои привычки и желания, не подведет. И снимет напряжение в такие сложные моменты, как сейчас…
Маленькие ладошки по-хозяйски ползут по моим бедрам к пряжке ремня, и я реагирую молниеносно. Так ярко и остро, будто это не я секунду назад пытался ласты на рабочем месте склеить. Кровь приливает к паху, возбуждение резко повышается и зашкаливает, а коварное сознание рисует мне образ Лили. И это почти отправляет меня в нокаут. Но не до конца. Мозг еще жив в этой вакханалии.
Нехотя разлепляю глаза и устремляю хмурый взгляд на Арину, расположившуюся между моих разведенных коленей. Она смотрит на меня снизу вверх, как преданная собачонка.
- Вик, согласись, ты не готов от меня отказаться, - победно улыбается, облизывая пухлые губы. В доказательство проходится ногтями по моей вздыбленной ширинке. – Я незаменимая, - шепчет с надрывом.
Это слово срабатывает как детонатор. И звучит укоризненным Лилиным тоном. Опять она оказалась права.
- Я теперь женат, Арина, - отъезжаю в кресле назад. - Разве я не предупреждал тебя, что все изменилось? Разве не объяснял, что семья для меня святое? Разве не ты понимающе кивала, как болванчик, в ответ? - цежу стальным тоном, пока внутри все пылает. – Так какого черта ты творишь сейчас?
- У каждого уважающего себя босса есть любовница. И это не мешает семье. Твой отец был ярким тому примером, - напоминает, но совершает роковую ошибку.
- Я не он, - рявкаю яростно. – Я уважаю свою жену. И люблю, - машинально выдаю, не вникая в смысл собственной фразы.
Арина удивленно округляет глаза и оседает на пол, сложив ладони на коленях. Ее поза по-прежнему провокационна.
Подаюсь вперед, хватаю секретаршу за локоть и рывком поднимаю, заставляя встать на ноги. Я чересчур груб – и не понимаю, откуда во мне столько агрессии. Все органы чувств работают на пределе. И чертов инстинкт размножения стоит особняком.
- Встала и вышла на хрен отсюда, - рычу, неотрывно смотря в ее испуганные глаза. – Завтра заявление по собственному желанию на стол! Надеюсь, теперь тебе не надо объяснять, за что?
Отталкиваю ее от себя, нахожу пиджак. Меряю шагами пол, чтобы остыть. Высунувшись в открытое окно, упираюсь кулаками в подоконник и жадно глотаю кислород. Возбуждение никуда не делось, а наоборот, усиливается с каждой минутой. Причиняет реальную физическую боль, затмевая даже мигрень.
- Как мне в таком состоянии Лиле показаться? – выдыхаю клубок пара.
- Вик, - жалобно зовет Арина. – Прости. Не прогоняй.
Я на грани. Злюсь, хочу секса, как тупой подросток, и очень туго соображаю. Я готов выбросить ее из окна. Едва сдерживаюсь. Чтобы не наделать глупостей, я вылетаю из кабинета.
На автопилоте еду домой. Как заболевшее животное, которое возвращается к своему человеку.
Глава 33
Глава 33
- Мы на месте, Виктор Юрьевич, - выводит меня из полузабытья Игорь.
Благо, он быстро приехал за мной, иначе я бы вообще никуда не добрался. Ночевал бы в офисе, в лучшем случае. Или очнулся бы с Ариной в служебной квартире, как бывало не раз. Привычная практика могла обернуться скандалом. Все-таки теперь я женат.
Поднимаю осоловевший взгляд на особняк. В гостиной горит свет.
Черт!
- Спасибо, Игорь, свободен, - мямлю, как после инсульта. Язык онемел, во рту пересохло.
Выхожу из теплого салона на свежий воздух. Судорожно делаю вдох, наполняя легкие под завязку. Контраст температур немного бодрит, однако головная боль по-прежнему дает о себе знать. И жар не отступает.
Задерживаюсь на крыльце, чтобы привести себя в порядок, если это вообще возможно. Равняю воротник, заправляю рубашку в брюки, по-прежнему тесные, дергаю пряжку ремня. Руки не слушаются.
Я как плохой муж, который приперся домой посреди ночи после гулянки. Только хреново мне по другой причине. И я бы все отдал, чтобы не пересекаться в таком виде с Лилей.
- Ну, вот чего тебе не спится, - сдавленно хриплю, покачиваясь.
Дверь распахивается – и в лицо бьет яркий свет. Импульсивно зажмуриваюсь, взметая ладонь к глазам, и обреченно цокаю: не удалось избежать встречи.
- Добрый вечер, Виктор, - вежливо здоровается Лиля, а ее голос обдает меня холодом.
Несмотря на показное равнодушие, она злится. Подчеркнуто деловым тоном проводит границу между нами. На расстоянии чувствую ее обиду и недовольство. Но это к лучшему. Пусть хоть ненавидит меня сейчас, лишь бы позволила остыть.
Но почему-то… ни черта это не работает! Действует в точности до наоборот. Самого факта, что эта ведьма находится рядом со мной, в непосредственной близости, хватает, чтобы я напрягся. Пульс учащается, лихорадка усиливается, а чуть успокоившийся организм приходит в полную боевую готовность.
- И тебе, - выжимаю из последних сил. - У вас все хорошо?
Убираю руку от лица – и тут же жалею об этом. Взгляд присасывается к Лиле. Наклонив голову, неприкрыто рассматриваю ее, не заботясь о правилах приличия. Я слишком плохо себя контролирую, чтобы оставаться джентльменом.
Лиля сонная и естественная. При этом очень красивая. Уютная, домашняя, какая-то своя… Родная.
Оттесняю ее вглубь коридора и молча обхожу, поворачиваясь спиной, чтобы не видеть и не слететь с катушек. Скинув по пути обувь и пиджак, целенаправленно иду к лестнице. Пру, как танк, чтобы скорее оградиться от окружающего мира, в частности… от Лили, которая действует на меня, как наркотик. Поднимаюсь в спальню, чтобы скорее принять таблетки. Хотя уже сомневаюсь, что они мне помогут.
- Мальчишки спрашивали, где ты. Я объяснила, что работаешь, - шепчет Лиля позади, следуя за мной по пятам. Каждый ее сиплый вздох кажется мне эротичным. Мозг едва воспринимает смысл слов. – Я пообещала, что ты зайдешь и поцелуешь их на ночь, даже если они уже будут спать. Иначе не соглашались ложиться.
-
