обратно. — Я им доверяю. Им не нужно было предупреждать нас. — Я смотрю на Чана. — Они говорят правду. — Я повышаю голос. — Отведите женщин и детей внутрь. Это не учения. На стаю напали!
Несмотря на продолжающийся разбирательства, они с готовностью выполняют мои приказы. Тренировки и годы практики не прошли даром, несмотря на всеобщую панику и страх. Как женщины, так и мужчины хватают щенков и спешат в безопасные дома, пока другие готовятся. Я наблюдаю, как волна оборотней готовится к бою, стоя на страже, пока я оглядываюсь на Чана.
— Если ты доверяешь им, то и я им доверяю, — говорит он мне, прежде чем обхватить мой затылок и поцеловать в лоб. — Я знаю, ты пыталась остановить это. Ты сделала все, что могла. Теперь пришло время сражаться за наш народ, за нашу землю. Ты возьмешь юг, а я возьму север.
— Отец...
Его глаза закрываются, и он снова целует меня в лоб. — Я так горжусь тобой, моя Куинни. Теперь покажи стае, почему я выбрал тебя альфой. Давайте обеспечим безопасность наших людей.
Кивнув, я отступаю, и он оборачивается, его глаза становятся ярко-янтарными. — Обращайтесь! Убивайте любого охотника на месте. Защищайте убежище. Мы держим оборону. Этой ночью мы сражаемся за наши семьи, нашу стаю и нашу землю!
Вой эхом разносится в воздухе, когда Чан откидывает голову назад и присоединяется к ним. Я чувствую, как мои глаза смещаются, и я издаю скорбный, злой вой вместе с ними.
Когда я опускаю голову, я встречаюсь взглядами с Вейлом, Люсьеном и Джей. Они медленно поднимаются на ноги.
— Мы можем помочь, — предлагает Люсьен.
— Как? — Мой голос похож на рычание. Я знаю, что мои клыки удлинились, и моя сила течет по нашей земле.
Все, что я делала, было напрасно. Они приближаются, и никто не в безопасности, но я никогда не позволю им причинить вред моей земле или моей стае. Я бы умерла за это.
— Мы одни из их лучших охотников, — усмехается Вейл. — Мы знаем все их стратегии, ходы и слабые места.
— Тогда говори быстро, — командует Чан.
— Мы отвечаем перед ней, а не перед тобой, — рычит Вейл, сталкиваясь лицом к лицу с Чаном, несмотря на то, что он ощетинился и покрылся шерстью. Он не отступает, и в конце концов Чан ухмыляется и поворачивается ко мне.
— Он мне нравится. Быстро все выясни. — Он уносится, чтобы подготовить наших людей, убедившись, что ни у кого из них нет шанса ускользнуть. К счастью, они могут подойти только спереди и с боков. Если бы они захотели обойти сзади, им пришлось бы перебираться через ручьи и переваливать через гору, что невозможно для людей.
— Они придут двумя волнами. Первая будет отвлекающим маневром, атакующим в лоб, чтобы привлечь ваше внимание. Следующие обойдут вас сбоку или сзади, чтобы застать врасплох, подкрасться и перерезать вам глотки. Они не будут играть честно. Они будут использовать аконит, серебро и пистолеты. У них также будут снайперы на деревьях, — быстро сообщает мне Вейл.
— Что-нибудь еще? — Спрашиваю я.
— Да, многие умрут, — выдавливает он сквозь зубы.
Я киваю и спешу к Чану, который выкрикивает приказы. — Нам нужны наши лучшие альпинисты, ожидающие на деревьях снайперов, и еще больше людей, которые смешаются с обеих сторон, когда они попытаются подкрасться к нам. Предупредите всех, что будет аконит и серебро. Они должны быть быстрыми и двигаться без колебаний. Давайте воспользуемся нашим преимуществом. Мы знаем эту землю. Мы можем повести одних к ущелью, а других к скалам, и мы быстрее и сильнее. Я самая быстрая, поэтому уведу отсюда столько людей, сколько смогу, и вернусь.
— Нет, Куинни, — начинает Чан.
— Да, Альфа. Ты знаешь, что это правильный ход.
Он смотрит на меня с такой печалью и болью, что я не могу не сжать его руку. — У меня все получится, поверь мне. Давай покончим с этим сегодня вечером.
Затем подходит Мари, выражение ее лица жесткое и готовое. — Она права. Этого ждали долго. Сегодня ночью мы будем сражаться или умрем за нашу стаю, как семья.
Она хватает нас обоих, заключая в объятия, и на мгновение я впитываю их тепло, прежде чем отстраниться. — Я также воспользуюсь охотниками.
— Ладно, делай то, что считаешь правильным, Куинн. — Чан ловит меня за руку, когда я собираюсь отвернуться. — Будь в безопасности. Я не могу потерять тебя, Куинн. Ты понимаешь меня?
Я ухмыляюсь. — Сначала им придется поймать меня.
— Это моя девочка. — Он ухмыляется.
Мари целует меня в щеку. — Убей их всех, — шепчет она, прежде чем занять свое место в начале шеренги, где ей самое место, как воину, которым она и является.
Я спешу обратно к Вейлу, Люсьену и Джаю, которые пристегивают свое оружие, перед ними открытая сумка. — Не причиняй вреда никому из стаи, или они убьют вас. На данный момент мы посетили вас как союзников, но встаньте у них на пути, и они не будут колебаться .
— Понял. — Люсьен поднимает сумку. — У меня здесь есть несколько забавных игрушек. Я собираюсь посадить их как можно дальше, чтобы остановить некоторых из них .
— Подожди. — Я хватаю его за руку, когда он собирается уходить. Он смотрит на нее, потом снова на меня, и я с трудом сглатываю. — Возьми волка. Таким образом, мы все будем знать, где они находятся, и сможем избежать их .
Он ощетинивается, явно ненавидя, когда волк прикрывает ему спину, но, наконец, наклоняет голову.
Я свистну, и Дом поспешит ко мне. — Иди с Люсьеном. Если к тебе подкрадутся охотники, убей их. Предупреди остальных, где находятся ловушки, через связь со стаей, чтобы мы могли их избежать.
— Ты уверена в этом, детка? — Бормочет Дом, разглядывая охотников.
Я вижу, как они все напрягаются от его ласкового обращения, но я быстро обнимаю Дома. — У нас нет выбора. Иди.
Дом целует меня в щеку, и я игнорирую направленные на меня взгляды, не понимая, почему мне вдруг стало неловко от прикосновений Дома, когда мы делали гораздо большее. — Будь в безопасности, детка.
Я смотрю, как они с Люсьеном спешат к деревьям, а затем поворачиваюсь обратно к Вейлу и Джею.
