class="p">Моя рука опускается, и волк переводит взгляд с них на меня, прежде чем принюхаться, и мгновение спустя передо мной стоит совершенно голый Дом, весь в крови. — Хороший выстрел, охотник. — Он ухмыляется. — Теперь заканчивай закладывать бомбы, у нас не так много времени.
Кивнув, я убираю пистолет в кобуру и спрыгиваю на землю, мы оба молча копаем ямы на ходу, закладывая как можно больше бомб, прежде чем отступить.
— Ты думаешь, это сработает? — Спрашивает Дом.
— Я надеюсь на это. Впрочем, мы скоро узнаем.
Кивнув, Дом поворачивается обратно. — Нам лучше вернуться. — Я следую за ним, и он смотрит на меня. — Спасибо, что спас мне жизнь. Ты не так уж плох для охотника. — Он хлопает меня по плечу. — Я обязательно расскажу Куинн о твоем героизме.
— Дом, не смей... — бормочу я, но он только смеется.
Волки.
Когда мы возвращаемся, у линии деревьев нас поджидает шеренга волков, все в строю и явно ожидают нападения. Во многих домах, разбросанных вокруг, сейчас темно, и кругом почти тихо. Лунный свет заливает прекрасную землю и красные горы за ней.
Посередине стоит Куинн в обличье волка, за ней Вейл и Джей. Рядом с ними Чан в человеческом обличье, его челюсти сжаты.
— Они готовы. Мы наткнулись на первых охотников-разведчиков, так что остальные не сильно отстанут, — сообщаю я им.
Чан кивает, и я признаю, что в альфе есть что-то такое, что почти заставляет меня хотеть выполнять каждую его команду, чтобы сделать его счастливым, а я даже не волк. Джей был прав. Он огромный ублюдок и чертовски страшный, но когда он смотрит на Куинн, в его глазах нет ничего, кроме любви и покровительства.
— Мы готовы.
— Когда они придут, будут жертвы, — начинает Вейл, но Чан бросает на него взгляд, который заставляет замолчать даже моего бесстрашного брата.
— Мы знаем, и мы готовы. А вы, охотники?
— Да. — Вейл кивает. — Мы с вами, но, пожалуйста, не все, кто нападает, плохие.
— Они здесь, чтобы убить мою семью, поэтому я сделаю все, что в моих силах, чтобы остановить это. Если тебе это не нравится, уходи, — рычит Чан.
Куинн фыркает и подходит к волкам у линии деревьев, игнорируя нас и глядя вдаль. Чан смотрит ей вслед, и его лицо смягчается.
Он наблюдает мгновение, затем снова смотрит на нас. — Что бы ни случилось, берегите мою дочь. Она уже так много потеряла. Пообещайте мне это. Мы начинали как враги, но я вижу правду. А теперь поклянись в этом. Поклянись спасти Куинн, несмотря ни на что.
— Почему ты говоришь это нам? — Я парирую, мне нужно знать.
Он встречает мой взгляд понимающим взглядом. — Мы все - всего лишь создания лунного света, рожденные судьбами, о которых ничего не знаем. Этот мир - огромное, таинственное место, но есть три вещи, которые я знаю наверняка. Во-первых, я должен был стать отцом этой девочки. Во-вторых, она будет самым великолепной альфой, которую когда-либо видел этот мир. В-третьих, вы предаете свой народ не только ради идеалов. Вы делаете это, чтобы спасти того, кто вам дорог. Возможно, вы этого не осознали и даже не признали, но это правда. Судьба направляет вашу руку, и теперь я должен попросить вас об этом.
— Мы сделаем все, чтобы она была в безопасности, — хрипло отвечаю я.
— Хорошо, это хорошо. — Он кивает. — Она не упростит вам задачу. Она нигде этого не делала. — Он усмехается. — Она всегда была такой храброй и волевой. В этом она похожа на своего отца, но у нее доброе сердце ее матери. Я ужасно скучаю по ним, и она тоже. — Я вздрагиваю от этого, Вейл тоже, а Чан печально улыбается. — Мы не можем изменить прошлое, но мы можем изменить наше будущее. Мы можем искупить грехи наших отцов и исправить их, даже когда думаем, что не сможем. — Он меняется на наших глазах, превращаясь в огромного черного волка - того, которого мы видели преследующим Куинн, когда похищали ее. Он бросает на нас острый, понимающий взгляд и направляется к своим людям.
— Он не ошибается, — усмехается Вейл. — Мы делаем это, чтобы спасти наши души.
Я киваю, но перевожу взгляд на Куинн, гадая, прав ли он.
С того момента, как я встретил ее, все, что я, кажется, делаю, - это защищаю и спасаю ее, где только могу, как будто между нами есть связь, которая всегда была поблизости, даже когда этого не должно было быть.
Это судьба или желание сердца?
ГЛАВА СОРОКПЕРВАЯ
Деревья шелестят передо мной, и я рычу, готовая прыгнуть, но это наша передовая команда, наша система предупреждения. Они проскальзывают через линию деревьев пошатываясь, и останавливаются, тяжело дыша и покрытые кровью.
Их всего пятеро.
Их было двадцать.
Черт!
— Как далеко? — Рявкает Чан, возвращаясь в человеческий облик, чтобы вступить с ними в бой.
— Прямо за нами, — отвечает один из них, меняя облик. — Может быть, пару минут. Они убили всех остальных.
Чан рычит и поворачивается к нам. — Приготовьтесь! За нашу стаю! За наш народ!
Мы запрокидываем головы и воем еще раз, в качестве последнего предупреждения для них.
Может, они и охотники, но мы - волки.
После этого мы сохраняем молчание, ожидая под полной луной прибытия охотников. То, что должно было стать счастливой ночью бега и охоты, было уничтожено, но теперь, прежде чем солнце скроется за горизонтом и взойдет солнце, все изменится.
Я чувствую это нутром.
Я сдерживаю дыхание, хотя адреналин и потребность поохотиться делают меня нетерпеливой, и когда я слышу первого охотника, я почти кричу от победы. Они пытаются вести себя тихо, но мы слышим, как они расходятся.
Как и предсказывал Вейл, они пытаются лазить по деревьям. Я знаю, потому что слышу крик и глухой удар, похожий на падение тела, а затем следуют другие. Внезапно охотники выскакивают из-за деревьев, их ружья подняты и готовы стрелять. Когда они видят нас, их глаза расширяются, но я не сосредотачиваюсь на них.
Я атакую. Они - мои враги.
Раздаются крики, когда мы бросаемся на охотников, идущих убить нас. Из леса высыпают
