покойный кузен застрелит сэра Хьюберта, приняв его за грабителя, а сама спряталась в кустах на случай, если сэра Хьюберта не убьют сразу. Его и не убили, мы знаем, что выстрел лорда Гарвингтона лишь ранил его в руку. Мисс Гриби пришлось стрелять самой, и она не промахнулась.
– А как насчет бескорыстного визита моего покойного кузена к Сильверу?
– О, милорд, это была ошибка. Его светлости сообщила о поддельном письме цыганка Халдея, она нашла письмо в палатке сэра Хьюберта, и ради блага вашей семьи лорд Гарвингтон пожелал вывезти Сильвера из страны. Было бы ужасно, как справедливо рассудил лорд, если бы имена его сестры и ваше стали трепать в связи с тайным побегом, хоть и выдуманным. Поэтому он приехал к Сильверу и стал уговаривать его покинуть страну, но тот, вместо благодарности, оглушил его светлость ударом кочерги, лежавшей тут же.
– Откуда вы об этом узнали, господин инспектор?
– Сильвер сам все рассказал мисс Гриби. Он пригрозил донести на нее, и, зная об этом, Халдея поехала в Лондон – предупредить мисс Гриби.
– О-о, – пробормотал Ламберт, вспоминая слова Джентиллы Стэнли. – А она-то как обо всем узнала?
– Она подслушала разговор между Сильвером и лордом Гарвингтоном в хижине.
Ламберт снова испытал облегчение, видимо мисс Гриби не упомянула о его причастности к этому делу.
– Об остальном, господин инспектор, я могу догадаться. Сильвер мог запросто отправить несчастную мисс Гриби на виселицу, та собиралась вывезти его из страны, а он взял и поджег хижину.
– Хижину подожгла она, – быстро уточнил Дарби. – По случайности, как она мне сказала, опрокинув лампу. Разумеется, лорд Гарвингтон, будучи без сознания, сгорел заживо. Такая же участь постигла и Джентиллу Стэнли.
– А как там оказалась она?
– Видимо, в ночь убийства Джентилла последовала за Хирном – ее внуком, как я узнал от цыган, – в поместье и видела стрельбу. Но она ничего не сказала, ибо не была уверена, что ее показаний хватит для осуждения мисс Гриби. Но она следила за женщиной и пришла за ней в хижину, намереваясь донести на нее в полицию и предотвратить побег Сильвера, который, как она выяснила, тоже знал всю правду. Сильвер сбил пожилую женщину с ног и оглушил ее, и она тоже сгорела заживо. Потом он сел за руль и задавил мисс Гриби – не справился с управлением.
– Думаете, он задавил ее намеренно?
– Нет, – после паузы сказал Дарби, – я так не думаю. Мисс Гриби была богата, и, если бы они сбежали вместе, Сильвер смог бы вымогать у нее деньги. Умысла в этой смерти было не больше, чем в его собственной, когда он рухнул в меловой карьер у дороги. В обоих случаях он не справился с управлением машиной.
Ламберт некоторое время молчал.
– Это все? – спросил он, подняв голову.
– Все, милорд, – ответил инспектор, собирая бумаги.
– Может быть, в газетах появится что-то еще?
– Нет, милорд.
– Я заметил, – медленно произнес Ламберт, – что на дознании ни слова не было сказано о поддельном письме.
Дарби кивнул.
– Это было сделано по моей инициативе, милорд, ведь в поддельном письме не в лучшем свете упомянуты ваша светлость и нынешняя леди Гарвингтон. Думаю, вы заметили, было лишь сказано, что покойный сэр Хьюберт отправился в поместье на встречу со своим секретарем, а мисс Гриби, узнав о его приезде, застрелила его. Мотивом убийства был назван гнев на покойного сэра Хьюберта, якобы потерявшего крупную сумму денег, которую мисс Гриби доверила ему для биржевой игры.
– Она действительно передала ему такие деньги, и они пропали?
– Да, милорд. И в этом факте я увидел возможность скрыть истину. Обнародовать поддельное письмо – это не пошло бы на пользу никому и бросило бы тень как на мертвых, так и на живых. И все сказанное не содержит даже намека на ловушку, расставленную Сильвером. Теперь все участники этой истории мертвы и похоронены, о ней больше никто не услышит, и ваша светлость может спать спокойно.
Молодой человек несколько минут ходил взад-вперед по комнате, инспектор уже собрался уходить. Ноэль был глубоко тронут участием этого человека – деликатность, проявленная инспектором ради сохранения репутации его самого и Агнес, пойдет им только на пользу и спасет от пересудов. Ему стало ясно: инспектору Дарби можно полностью доверять, и он решил выложить все как на духу.
– Господин инспектор, – сказал Ноэль, подходя для рукопожатия, – вы поступили в высшей степени любезно и великодушно, и, чтобы выразить свою признательность за ваше поведение, я хочу рассказать вам всю правду об этом печальном происшествии.
– Я знаю правду, – сказал Дарби, внимательно глядя на Ноэля.
– Вы знаете не все, есть еще кое-что, затрагивающее честь моей семьи. Но поскольку эту честь вы спасли, скрыв некоторые доказательства, будет справедливо, если вы узнаете больше, чем знаете сейчас.
– Я сохраню в тайне все, что вы мне скажете, милорд, – сказал Дарби, весьма довольный. – Все, что не выходит за рамки моих официальных обязанностей.
– Конечно. Я также хочу, чтобы вы знали истинное положение дел, потому что возможны неприятности со стороны Халдеи.
– Не думаю, милорд. Халдея вышла замуж за этого карлика.
– За Кару, сербского цыгана?
– Да. Он от нее натерпелся, но не сильно возражал – не имел над ней власти. Зато теперь, когда она его роми – так цыгане называют жену, – он заставит ее плясать под свою дудку. Вчера они уехали из Англии за границу – в Венгрию, если не ошибаюсь, милорд. Вряд ли скоро вернутся, Кара будет держать ее под надзором.
Ламберт с облегчением вздохнул.
– Я рад, – просто сказал он. – Оставайся она в Англии, я так и жил бы с чувством опасности.
– Опасности? – с подозрением переспросил полицейский.
Хозяин кивнул и предложил инспектору снова сесть. Затем, не теряя времени, рассказал всю правду о поддельном письме. Дарби с изумлением выслушал рассказ и печально покачал головой – оказывается, покойный лорд Гарвингтон был преступником!
– Ну и ну! Ну и ну! – сказал инспектор, пристально глядя на Ноэля. – Родовитый дворянин, образованный человек – и чтобы такое!
– Дворянин может быть не меньшим злодеем, чем бакалейщик, – решительно возразил Ламберт. – Почитайте социалистическую прессу: все зло человечества легко найти в кругу аристократов. Теперь вы знаете всю правду, господин инспектор, я доверил вам тайну, которая касается чести моей семьи. Вы, конечно, не злоупотребите моим доверием.
Дарби встал и протянул руку.
– Можете не сомневаться, милорд. Ваш рассказ останется между нами. Это дело закрыто, и больше вы о нем не услышите.
– Я очень рад и благодарен, – сказал Ламберт, снова облегченно вздохнув, – и в знак признательности за услуги вышлю вам, Дарби, чек на значительную сумму.
– О-о, милорд, я не могу его принять.
