— Не могу. Думал, что смогу, но нет.
Он был разбит и подавлен. Впереди — пустота. Надо бежать отсюда. Он не смог убить ее. Видит Бог, он хотел. Он повернулся, чтобы уйти, откуда пришел, раствориться в суете города, забыться в муках воспоминаний.
— Подожди, — еле прохрипела она сдавленным голосом.
Маршалл вошел в соседнюю спальню и уже занес ногу, чтобы спуститься вниз, как опять услышал ее хриплый голос, а затем и сама Джулиана, спотыкаясь, появилась на пороге.
— Не… умерла… — донеслось до него. — Нет… не умерла…
Он оглянулся. Джулиана стояла в дверях, качаясь из стороны в сторону.
— Да… Ты не умерла. — Маршалл направился к выходу.
— Она жива… Рени! — выдавила Джулиана.
Маршалл посмотрел на ее бледное лицо, не веря ни одному ее слову.
— Ты никогда не остановишься. Никогда не сдашься. Ложь… одна только ложь…
Его замутило. Скорее бы вырваться отсюда и никогда не видеть ее больше.
— Спроси Филиппа, — прохрипела она и побрела к себе в спальню, чтобы рухнуть на кровать.
Маршалл не знал, куда идти и что делать. У него оставалось несколько долларов в кармане, и он решил пойти на пристань. Дай Бог, чтоб никогда больше не встретиться с Джулианой Чэндлер!
Глава 30
Рени проснулась от испуга. Ее бросило в холодный пот, она дрожала. Как будто это вовсе и не сон. Наверное, надо отвлечься. Опять она видела Маршалла, он искал ее, звал… Она тряхнула головой, как бы освобождаясь от страшных видений, и встала с кровати. Подошла к окну, посмотрела на спокойные воды реки. Полная луна ярким фонарем освещала берег и пристань. Изумительная картина, которая никогда не надоест.
Рени передернулась. Ночная прохлада пробирала до костей. Сегодня она видела его так отчетливо, словно он находился совсем рядом. Если б это случилось хотя бы еще раз, она рассказала бы ему о ребенке и о своей любви к нему. Вздохнув, Рени вернулась к одинокой кровати. Она мечтала о прикосновении его ласковых рук, ей хотелось еще раз ощутить тепло его сильного тела рядом с собой. Рассердившись на себя за такие мысли, Рени откинула покрывало и вытянулась на кровати, пытаясь поймать ускользнувший от нее сон.
Глава 31
Внутренности города. Почему этот образ вдруг пришел сейчас ему в голову? Как точно подмечено, подумал он и оглянулся вокруг. Как грязно и убого. Бары, так называемые рестораны-погребки, где матросы проводят досуг. А вдруг кто-нибудь узнает его? Но он сразу же отогнал все опасения и сел спиной к посетителям за маленький столик в дальнем углу салона, где царил полумрак. Вскоре официантка, крадучись, подошла к новому посетителю и предложила свои услуги.
— Бутылку виски! — приказал он.
Она повернула обратно, обескураженная его резким тоном. Проглотив обиду, вернулась с улыбкой на ярко накрашенных губах, с бутылкой и грязным стаканом.
— Угости меня, парень.
Он взглянул на нее раздраженно. Только женщины ему сейчас не хватало, особенно такой, что явно не обойдена вниманием мужчин. Единственная женщина, которую ему хотелось бы сейчас обнять, похоронена где-то рядом. Завтра он будет искать ее могилу, чтобы побыть с ней наедине…
— Ну так что? — не отставала она.
— Купи себе сама. — Он покрутил перед ее носом монетой. — И позаботься, чтобы меня оставили в покое на всю ночь.
Она немного поглазела на него, а затем, довольная, пошла прочь. Мужчина он вроде привлекательный, но говорит такие гадости! А ей совсем не нужны лишние проблемы.
Час проходил за часом. Прикончив одну бутылку, он откупорил другую, но был как стеклышко. Он хотел сейчас забыться, а завтра утром проснуться с уже готовым решением. Но алкоголь вызывал только головную боль. Осушив залпом еще один стакан виски, он подумал: который теперь час? Народ уже разошелся, даже женщины отправились спать. Сквозь грязное окно таверны блеснули яркие всполохи молнии. А он все пил и пил, чтобы уйти от тяжких раздумий, от разочарований и потерь.
Но тут входная дверь распахнулась, и в таверну вошла группа матросов с только что причалившего к пристани судна. Они вразвалочку подошли к стойке бара и громко подозвали официанта. Завидев издалека постоянных клиентов, он мигом наполнил бокалы.
— Что нового на судне?
— Ничего особенного, Гарри, — ответил низкий голос.
— Значит, все идет своим чередом?
— Да, все как всегда. — Обладатель низкого голоса немного помолчал, вероятно, потягивал виски. — Еще один, пожалуйста.
— Конечно.
Послышалось бульканье наливаемой жидкости.
— Кто этот тип в углу? — поинтересовался все тот же голос.
— Не знаю. Пришел несколько часов назад и, похоже, хочет напиться в стельку. Кажется, он близок к цели. Ни звука не проронил за все это время. — Гарри наполнил еще один бокал.
— Почему тебя это интересует?
— Лицо показалось знакомым.
— Оливер, дружище, ты сошел с ума! Не думаешь ли, что это Уэстлейк сидит у меня и пьет до беспамятства? Надо смириться. Он умер. Что поделаешь!
— Не могу. Мы были так близки. Он так много сделал для меня…
— Как семья?
— Они уехали на время. Если б ты только видел его молодую жену… — Голос Олли задрожал.
Человек за столом шевельнулся, поднял голову, но не обернулся.
— Должно быть, ему нехорошо. — Гарри показал рукой в угол. — Немудрено — столько выхлебал! Так о чем ты мне говорил?
— Ужасная трагедия!
— Сущий ад! И никому нет дела. Его исчезновение и гибель жены сначала наделали много шума, но когда выяснилось, что она жива и уехала из города, а Магвира убили… — Гарри замолчал.
Незнакомец, сидевший в темном углу, вдруг так резко встал, что опрокинул стол. Пошатываясь, он направился прямо к стойке бара, выискивая среди группы людей того, к чьему голосу прислушивался все это время. Оы узнал его. Олли стоял в конце стойки.
Седовласый Олли отвел глаза в сторону, чтобы не смотреть на пьяницу, шедшего прямо на него.
— Быть беде, Олли, — спокойно сказал Гарри. Он давно наблюдал за типом, который выпил целых две бутылки лучшего виски и теперь ковылял прямо к ним. — Ему нужен ты…
Олли задохнулся от возмущения. Только этого ему не хватало! В его планы не входила драка с пьяницей. Он уже держал наготове кулаки и стиснул зубы.
— Послушай, ты… — начал было он, но тотчас раскрыл рот от удивления, слова застряли в горле.
Перед ним стоял Маршалл Уэстлейк. Сильно изменившийся, хулой, но все же тот самый Маршалл, которого он так долго искал.
— О Боже! — только и смог произнести Олли и бросился навстречу другу.
Маршалл хотел спросить Олли, о чем он тут рассказывал. Верно ли все это или половину дорисовало воображение. Но он стоял и молчал, а в глазах затаились печаль да горечь одиночества. Он сжал кулаки от обиды, что теперь, когда не нужно, алкоголь наконец подействовал.
