Камень Тоэй имел густой тёмно-зелёный цвет — как у листвы лип или клёнов в самый разгар лета — и был весь перевит чёрно-коричневыми прожилками, точно доставляемый гномами малахит. Рисунок на поверхности камня непрестанно изменялся, прожилки вились, точно живые; из-под зеленоватых завитков порой пробивались короткие жёлтые лучики, словно там, в глубине, солнце весело играло среди молодой листвы.
Громадный куб обрёл здесь пристанище уже давным-давно, поднятый на постамент в Звёздном Зале силой магии тогда ещё молодого отца Эльтары, не носившего в те годы гордого титула «Вечный Король»; он увёл свой народ от ужасов войны с Лишёнными Тел, что кипела на закатных берегах Южного Хьёрварда…
Эльтара была одна. За спиной с лёгким перезвоном сошлись хрустальные занавесы, однако она уже ничего не слышала. Всё её внимание приковано было к Камню.
Наделённый собственным разумом, древний, как сама земля, старше вод, звёзд и солнца, старше ныне правящих в мире Новых Богов, Тоэй, случалось, и капризничал, и раздражался. Иногда от него никто не мог ничего добиться целыми сутками; правда, когда речь шла о жизни и смерти Эльфрана (как, например, в дни Восстания Хедина и Ракота, что привело к падению Молодых Богов), Камень никогда не позволял себе никаких вольностей.
Эльтара заставила дрожь уйти из ладоней. Прохладные точёные пальцы принцессы, лишённые положенных по этикету родовых перстней и колец, осторожно коснулись отполированной поверхности, вокруг них тотчас закружились коричневые змейки. Камень узнал одну из тех, кому разрешал что-то делать с собой.
Сегодня Тоэй не упрямился.
Хрустальный купол внезапно залила густая чернота. Пришла пора отдавать накопленные силы. Камень, питавшийся светом звёзд, похоже, терпеть не мог, чтобы они видели его за работой.
Сосредоточившись, Эльтара вновь вызвала из памяти образ Эльстана, из Дома Рождённых Волнами, по привычке называя любимого его ложным «путевым» именем.
Один раз она уже проделывала это. Тоэй тогда не ответил — вернее, ответил, но крайне неопределённо. Что-то вроде «не жив, но и не мёртв». Тогда-то Эльтара и отправилась в своё странствие…
После событий на Холме Демонов пришла горькая уверенность — Эльстана больше нет. Потом всё ещё действующие заклятья, наложенные женихом на Двалина, заставили эту уверенность поколебаться. И вот — вторая проверка.
Питаясь глубоко таимой верой самой саойи в то, что её суженый, несмотря ни на что, всё-таки жив, Тоэй упорно пробивался сквозь тенёта чужого колдовства. Перед мысленным взором Эльтары проносились странные видения: в синем небе плясали огненные светящиеся пузыри, толпы странных существ со всех сторон света шагали к крошечной чёрной точке в самой середине мира и бесследно исчезали в ней. Потом появилось какое-то алое озеро, раскалённое, заполненное чем-то вроде расплавленного камня, из которого возникали чудовищные, гротескные формы… И вновь какие-то влажные подпершие небо леса… обитающие в них рукокрылые создания, очень похожие на людей; подхваченные неслышимым зовом, они взмывали в воздух и мчались, мчались, мчались — прямо ко всё пожирающей чёрной точке, которая уже переставала быть точкой, она росла, превращаясь в расползающееся пятно мрака. А потом снова алое озеро… и выбирающиеся на берег твари Орды во всём своём ужасающем многообразии…
Где связь между этими видениями?!
Откуда-то из-за спины Эльтары брызнули расходящиеся веером ярко-жёлтые лучи. Это работа Тоэя: столкнувшись с каким-то препятствием и подгоняемый волей повелительницы, он пытался сейчас попросту сокрушить преграду. Это было плохо, очень плохо — если Эльстан всё-таки жив, то из повелевающих этакой мощью рук вырвать его будет очень трудно…
Мохнатые грязно-серые тучи испуганно прянули в стороны перед натиском Тоэя, и тут началось нечто странное. Рыхлые пепельные тела облаков внезапно пробил стремительно летящий язык клубящегося пламени — словно выдох дракона, только куда длиннее. И нацелен был этот «выстрел» прямо в лицо Эльтаре.
Огонь пожирал края поспешно расступающихся туч. Стало видно нечто вроде очень длинной обглоданной кости, торчащей посреди унылой равнины, но, конечно же, это была не кость, а уходящая в беспредельность небес гора, тонкая и острая, больше похожая даже не на кость, а на грубо ошкуренную ветку. У подножия горы громоздились высокие холмы каменных обломков, среди которых время от времени что-то ярко взблёскивало — словно солнечный луч играл на осколках стекла. Эльтара, как ни напрягала память, не могла припомнить подобной горы ни в одной из частей Большого Хьёрварда. Совершенно чуждая нашему миру, с неестественными очертаниями; преувеличенная острота граней и выступов, причудливые переливы света — от ярко-алого до бледно-жёлтого; отвесные склоны усеяны направленными вниз каменными рогами, чьи острия отблёскивали белым.
Эльтара видела всё это лишь краткий миг. А потом летящий навстречу огненный язык дотянулся и до неё.
Принцесса оцепенело смотрела на приближающуюся смерть, словно никак не могла поверить в происходящее. Этот огонь казался таким далёким и неопасным…
Сквозь пелену гибельного равнодушия внезапно прорвался отчаянный вопль.
— Мама!
Это кричала испуганная Ками.
Она успела предупредить свою спасительницу.
Эльтара сжалась, в последний миг отдав Камню приказ — сражаемся! Кто-то неведомый нанёс по принцессе такой магический удар, что сама её бессмертная душа могла превратиться в пепел…
Удар.
Тоэй принял на себя всю мощь пылающего копья. Пронёсшееся сквозь серые области Страны Духов неведомое оружие столкнулось с ледяной стеной, воздвигнутой Камнем Эльфрана.
Эльтара отлетела от Тоэя. Ослеплённая болью, с полным солёной крови ртом, принцесса растянулась на полу Звёздного Зала; перед ней яростно светился раскалённый столкновением противоборствующих сил Камень. В тесной клетке бушевал и бился магический огонь, насланный её врагом. Пламя всё ещё клокотало и безумствовало, но поединок уже заканчивался. Тоэй выдержал. А вот выдержала ли она?
Эльтара с трудом поднялась на ноги. Неслушающимися руками кое-как ощупала себя; боль вспыхивала то здесь, то там. Каждый вдох отзывался в лёгких режущей болью. Кровь капала из носа, сочилась сквозь кожу на животе, хотя там не было ни одной раны. Голова сильно кружилась. Кое-как, короткими неверными шагами, Эльтара побрела к выходу. Надо привести себя в порядок…
До дверей оставалось не более полудюжины шагов, когда хрустальные створки внезапно распахнулись и затуманенному взору Эльтары предстал весь Коронный Совет во главе с правителем. И выражение их лиц не сулило ничего хорошего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
